Все, я закругляюсь. Не торопись, хорошенько подумай и сделай правильный выбор. До свидания, любимый… — Ольга резко взмахнула правой рукой, закрыв лицо вытянутой вперед ладонью.
Камера чуть наехала на эту растопыренную ладонь, полностью на ней сфокусировалась, так что стали видны все мельчайшие линии на ней и даже капиллярные узоры на пальцах. А окружающий ладонь фон, в виде самой Ольги и оранжевой стены за ее спиной, стал безобразно расплывчатым и совершенно неузнаваемым.
На этом месте запись оборвалась стоп-кадром.
Артем смотрел на узкую ольгину ладонь, такую любимую, знакомую, беззащитную и легко досягаемую. И в его душе боролись два противоречивых чувства любовь и ненависть. А перед затуманенным воспоминаниями взором встали два образа одной и той же девушки: обнаженной страстной любовницы и закутанного в зеркальный костюм безжалостного господина экзекутора. В ушах сладостные стоны любви сменялись свистом хлыста экзекутора.
Никто не давил на него и не торопил с выбором, секунда, растянутая чарами мага-паука до вечности, отрезала Артема от суетного мира. Он выбирал долго, мучительно долго. Наконец решившись, он накрыл левой ладонью правую — своей по-прежнему, несмотря ни на что, любимой девушки.
Рука прилипла к холодному экрану и вдруг, не встретив сопротивления, прошла сквозь него, упершись в настоящую теплую ладонь. Артем попытался было ее сжать, но увы на этом приятная обманка похоже полностью исчерпала свой ресурс… Недавно распаханный вампирскими когтями многострадальный левый бок вновь так скрутило, что от боли у Артема потемнело в глазах.
Поплывшие было перед глазами очертания кабинета, в следующую секунду вновь стали четкими. Левую ладонь тряхнуло мощным разрядом тока и буквально вышвырнуло из экрана. Задымившийся ноутбук тут же самопроизвольно захлопнулся.
Вместе с лютой болью вернулся и контроль над телом.
Волна боли неудержимо рванула к сердцу, Артем взвыл, покачнулся на ватных ногах и, чтобы не упасть, был вынужден облокотиться обеими руками о столешницу. Несмотря на невыносимую сердечную боль, голова его оставалась по-прежнему совершенно ясной, и Артем успел разглядеть коричневый змеиный хвост, сорвавшийся со стола позади дымящейся пластины закрывшегося ноута и провалившейся за остальным юрким телом куда-то вниз. Следом пришло четкое понимание, что жить после укуса тайпана ему осталось считанные мгновенья.
Страха не было. Он криво ухмыльнулся и закрыл глаза…
Глава 19
Глава 19
Шокотерапия
— Эй, что это с ним?.. Стойте! Что вы делаете⁈ — раздался над ухом очнувшегося Артема (в беспамятстве завалившегося-таки на дымящийся ноут) истошный крик Вики, порадовав уже отчаявшегося выкарабкаться из смертельной передряги парня замечательной новостью: что временная аномалия выпустила-таки его из своих цепких сетей.
— Жизнь ему спасаю, не видишь что ли⁈ — в тон напарнице, громко и зло, отозвался Магистр Марсул.
— Фига се, спасатель, блин! Да ты ж ему всю бочину клешней своей разворотил! — возмутилась девушка.
«Странно, а я совершенно не чувствую боли в развороченном боку,» — в параллель со словами напарницы, мысленно пожал плечами Артем.
— Выбирайте выражение, юная леди, вы не на базаре находитесь, а в кабинете своего непосредственного начальника, — тут же строго отчитал забывшуюся помощницу Магистр Марсул.
— Извините, конечно, но… Вы ж, блин, обе руки, вон, по локоть почти Тёмке в бок…
— Помолчи, пожалуйста, а. Отвлекаешь.
— Да блин!..
— Ну вот и все… Было б из-за чего так глотку рвать. Говорю ж: ситуация полностью у меня под контролем.
В подтверждение слов Магистра по телу Артема пробежала приятная теплая волна, от которой тут же ужасно захотелось спать.
— А где кровь? Как это вы успели так быстро все залатать?
— Обижаешь.
— Ой, а что это у вас в кулаке?
— Сувенирчик нашему герою-любовнику от его маньячки-подружки, — хмыкнул Марсул. И заинтригованный Артем, пересиливая чудовищную усталость, заставил сонное сознание пробудиться и внимательно слушать дальше: — Переданный сегодня ночью адресату через посредников. Вампир разодрал ему бок, а предатель-эльф, когда якобы его излечил, подкинул в рану эдакую вот заразу. Я сразу, еще на кладбище, почувствовал неладное. Но, к сожалению, тогда был бессилен помочь нашему другу. Понимаешь, этого паразита можно изловить лишь, когда он пробудится и начнет действовать. Флэшка, которую передал Артему Фьюлес, наверняка, должна была спровоцировать процесс пробуждения. Что и произошло.
— Погодите, но мы ж еще ее не посмотрели, — удивилась Вика.
— И не посмотрим, — хохотнул Марсул. — Она была зачарована и для наших с тобой глаз не предназначалась. Артем просмотрел ее в гордом одиночестве… Не веришь? Напрасно… Ну-ка подвинься, — (судя по последовавшему аккуратному смещению расслабленного тела Артема в сторону, последняя фраза Магистра адресовалась уже ему). — Видишь, ноутбук какой под ним сделался: обгоревший и покоцанный? Это последствия, так сказать, приключившегося только что индивидуального просмотра.
— Фига се!
— Во-во… Хитро придумали заразы. Вынужден признать, отключили нас с тобой от процесса мастерски. И чуть не уморили, в итоге, нашего Артемку. Но я тоже, как видишь, не лыком шит. Меня-то пауки просчитали отменно, и заблокировали наравне с тобой мастерски, а вот с возможностями Гаршши моей их блоки не совладали. Как следствие, коса нашла на камень. Пробудившегося по сигналу с флэшки магического паразита в теле Артема мгновенно почуяла моя ни разу не простая змея, и тут же атаковала его носителя. Опоздай она хоть на секунду, эта тварь разодрала бы Артему сердце. Но Гаршша, разумеется, успела. Ее яд, парализовав бок Артема, остановил и эту рвущуюся к сердцу нашего друга гадину… Ну а дальше осталось дождаться только разблокировки нашего с тобой ступора — ускорению которого опять же поспособствовала вернувшаяся обратно в мое тело змея. Получив же доступ к парализованному змеиным ядом телу Артему, как видишь, я тут же поймал паразита и избавил нашего друга от последствий интоксикации.
Прислушиваясь, параллельно с монологом Магастра, к своим ощущениям, Артем ощущал, как накрывшая тело, словно одеялом, волна слабости, практически неодолимой поначалу, постепенно начинала сдавать позиции. Он зашевелился, распахнул глаза и попытался осмотрелся.
И первым же, на кого из неуклюжего лежачего положения наткнулся его взгляд, оказался, разумеется, сидящий напротив в кресле непривычно бледный и осунувшийся, но при этом довольно улыбающийся Магистр. Обе руки его, с кое-как скомканными и задранными вверх рукавами пиджака и рубашки, едва не по локоть была перепачкана кровью. А на окровавленной правой ладони, выставленной на обозрение обнаружившейся рядом Вики, трепыхалась придушенная большим пальцем мерзкая склизкая тварь, в