А что, если какая-то из этих нитей окажется гнилой?
Что, если в этой сложной машине, которую я строил полтора года, есть предательский винтик, готовый развалить всё в самый ответственный момент? Донесение Марина говорило ясно: Предатели в городе ждут сигнала. Я подавил эту угрозу, как мне казалось, но был ли я уверен во всех? В легате? В командирах соседних легионов, которых я шантажировал? В торговцах, которых лишил прибыли?
Стены выдержат. В этом я был почти уверен. А люди? Выдержат ли люди?
Эта мысль была страшнее, чем вид пятнадцатитысячной армии на горизонте. Потому что врага за стеной ты видишь. Врага внутри — никогда. И я понял, что моя следующая, самая срочная задача — это не проверка укреплений. Это проверка связей. Пока ещё было время.
Глава 16
Рассвет над фортом Железных Ворот выдался пасмурным и тревожным. Я стоял у окна своего кабинета, наблюдая за суетой во дворе крепости — солдаты готовились к очередным учениям, но в их движениях чувствовалось напряжение. Каждый понимал: война не за горами.
На столе передо мной лежали донесения, поступившие за последние три дня. Каждое сообщение требовало тщательного анализа — в преддверии решающих событий цена ошибки могла стать фатальной.
«Агент „Орёл“ без связи уже пятый день», — пробормотал я, делая пометку в журнале. Торговец Луций Дальний, работавший под этим позывным, должен был передать критически важные сведения о движении войск «Серого Командира». Его молчание могло означать что угодно: от банальной болезни до захвата в плен или даже смены сторон.
Я вызвал к себе Марка, младшего клерка, который ведал связью с агентурной сетью. Он оказался незаменимым в работе с информаторами благодаря природной сообразительности и знанию местных нравов.
— Что у нас с «Орлом»? — спросил я, не отрываясь от документов.
— Последнее сообщение приходило в понедельник, магистр, — ответил Марк, нервно поправляя восковые дощечки. — Обещал передать данные о численности северной колонны к четвергу. Сегодня суббота.
— А что говорят другие источники на том направлении?
— «Сокол» подтверждает движение крупных сил, но конкретных цифр не даёт. «Ястреб» вообще молчит уже неделю.
Я нахмурился. Два провала подряд на одном направлении — это уже не случайность. Либо противник вычислил агентов, либо они сами решили сменить лояльность, почувствовав силу приближающейся армии.
— Что с южным направлением?
— Там лучше. «Волк» регулярно докладывает о концентрации сил у Серых скал. «Лиса» передаёт сведения о караванах с осадными машинами. «Медведь»…
— Стоп, — перебил я. — «Медведь» что сообщает?
Марк замялся, листая записи.
— Вчера он утверждал, что видел две тысячи пеших воинов и пятьсот всадников. А позавчера сообщал о тысяче пеших и двухстах конных. Данные не сходятся, магистр.
«Либо „Медведь“ не умеет считать, либо сознательно дезинформирует», — подумал я. А может быть, его заставляют передавать ложные сведения под угрозой расправы с семьёй.
— Есть ещё проблемы?
— «Барс» просит дополнительной оплаты. Говорит, что риски выросли, а прежнего вознаграждения недостаточно. «Рысь» жалуется на преследование — возможно, его вычислили.
Я откинулся в кресле. Картина получалась неутешительной. Из двадцати трёх агентов как минимум семь работали ненадёжно или вообще молчали. Ещё трое требовали пересмотра условий сотрудничества. И это в самый критический момент, когда информация была важнее золота.
— Марк, немедленно передай «Барсу»: если он хочет торговаться в такое время, может искать других покупателей. Пусть «Рысь» уходит в глубокое подполье — лучше потерять агента, чем дать противнику вычислить всю сеть.
— А как быть с молчащими?
— Считай их скомпрометированными до особых распоряжений. Перекрой все каналы связи с ними. И удвой охрану наших курьеров — похоже, противник начал активную контрразведывательную игру.
Когда Марк ушёл выполнять распоряжения, я вернулся к анализу поступивших данных. Даже с учётом провалов картина прояснялась: «Серый Командир» действительно готовил генеральное наступление. Три колонны общей численностью около пятнадцати тысяч человек двигались к границам империи.
Но детали оставались туманными. Какова точная численность каждой колонны? Где расположены склады снабжения? Кто командует отдельными отрядами? Без этой информации планировать оборону приходилось почти вслепую.
Я взял перо и начал составлять новые инструкции для разведки. Надёжные агенты должны были получить приоритетные задания. Сомнительных следовало проверить контрольными заданиями. А провалившихся забыть, как страшный сон.
За окном послышались звуки горна — начинались утренние учения. Солдаты XV легиона оттачивали навыки, которые скоро понадобятся в настоящем бою. Я поднялся и подошёл к окну. Внизу центурион Гай командовал отработкой атаки на условную стену. Легионеры действовали слаженно, но в их движениях чувствовалось напряжение ожидания.
«Информационная война не менее важна, чем обычная», — размышлял я. Враг тоже понимал это и пытался ослепить имперскую разведку в решающий момент. Игра шла на равных, но ставки были слишком высоки, чтобы позволить себе ошибки.
После полудня я провёл экстренное совещание со всеми координаторами информационной сети. В небольшой комнате за главным залом собрались пятеро моих ключевых помощников — каждый отвечал за определённое направление разведывательной работы.
Трактирщик Марин курировал городскую агентуру и связи с торговцами. Ветеран Гай Рубцовый работал с бывшими военными и контрабандистами. Молодой купец Луций Честный поддерживал контакты с караванщиками дальних маршрутов. Центурион Авл координировал военную разведку. А молодая вдова Юлианна, содержавшая постоялый двор у городских ворот, собирала информацию от случайных путников.
— Ситуация критическая, — начал я без предисловий. — У нас есть максимум две недели до начала генерального наступления. Нужно выжать максимум информации из всех источников.
— Мои люди готовы работать круглосуточно, — заверил Марин. — Но многие боятся. Слухи о приближении армии дошли до города, торговцы нервничают.
— Тем более важно знать точную обстановку. Марин, активизируй всех городских агентов. Особенно тех, кто работает с поставщиками. Враг будет пытаться закупать провизию для армии — нужно знать объёмы и направления.
— Будет исполнено, магистр.
Я повернулся к ветерану:
— Гай, твои контрабандисты должны знать о движении в пустошах больше официальных источников. Нужны данные о колоннах, их маршрутах, местах привалов.
Старый солдат кивнул:
— Поговорю с Волком Одноглазым. Его люди торгуют по всем дорогам пустошей. За хорошую плату расскажут всё, что видели.
— Только осторожно. Контрабандисты могут работать на обе стороны.
— Знаю этих ублюдков двадцать лет, —