Вечером, анализируя полученную информацию в своей каморке, я осознал — ситуация серьёзнее, чем казалось. Конфликт между военными и гражданскими властями разворачивался на фоне приближающейся внешней угрозы. Такое разделение сил могло оказаться фатальным для всего региона.
На следующий день события начали развиваться с тревожной быстротой. Ещё до утреннего построения ко мне подошёл легионер Марк с известием о том, что меня просят явиться в канцелярию интенданта «по срочному административному вопросу». Уже само это было странно — обычно интендант Флавий избегал лишних контактов со мной с тех пор, как я начал проверять его финансовые операции.
В канцелярии меня ждал не только Флавий, но и незнакомый человек в дорогой тоге с золотой отделкой. Около сорока лет, холёные руки, внимательный взгляд — всё выдавало в нём опытного чиновника высокого ранга.
— Логлайн, позволь представить тебе Октавия Скрибу, — Флавий говорил необычно официальным тоном. — Он прибыл от наместника Аврелия по особым вопросам.
Октавий поднялся и окинул меня оценивающим взглядом. В его манере поведения чувствовалась привычка к власти и уверенность в собственном превосходстве.
— Логлайн, не так ли? — его голос звучал мягко, но с плохо скрываемыми нотками снисхождения. — О тебе ходят интересные слухи. Говорят, ты человек… нестандартных решений.
Я кивнул, сохраняя нейтральное выражение лица. В таких ситуациях лучше слушать больше, чем говорить.
— Наместник Аврелий внимательно следит за ситуацией в регионе, — продолжал Октавий, усаживаясь в кресло. — Он осознаёт, что нынешние времена требуют… гибкости в подходах. Как военных, так и гражданских.
— Что именно имеется в виду? — осторожно поинтересовался я.
Октавий улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз:
— Видишь ли, Логлайн, традиционная система, при которой военные действуют совершенно автономно, показала свою… неэффективность. Слишком много ресурсов тратится впустую, слишком мало координации с общими потребностями региона.
Флавий кивал в такт словам чиновника, словно подтверждая каждую фразу. Его поведение окончательно убедило меня — интендант давно работал на гражданские власти.
— Наместник предлагает создать новую структуру управления, — Октавий достал из сумки свиток с официальными печатями. — Совет по координации военно-гражданских вопросов. Тебе предлагается войти в этот совет в качестве… консультанта по специальным вопросам.
Я пробежал глазами по документу. Формулировки были обтекаемыми, но суть ясна — создавалась структура, которая позволила бы гражданским властям контролировать каждое решение военного командования.
— Условия более чем щедрые, — продолжал Октавий. — Жалованье в двести пятьдесят денариев ежемесячно, собственный дом в городе, освобождение от рутинных обязанностей в легионе. Взамен — консультации по вопросам военной эффективности и… рекомендации по оптимизации расходов.
То есть шпионаж в пользу наместника, только завуалированный благородными формулировками. Я медленно свернул свиток и посмотрел на Октавия.
— Интересное предложение. Но мне нужно время на размышления.
— Разумеется, — чиновник поднялся. — Но не слишком долго. Наместник рассчитывает получить ответ в течение недели.
После его ухода Флавий заговорщицки наклонился ко мне:
— Логлайн, это шанс, который выпадает раз в жизни. Наместник — влиятельный человек, его покровительство откроет любые двери.
— А что будет с теми, кто откажется от такого «покровительства»? — прямо спросил я.
Интендант на мгновение растерялся, но быстро взял себя в руки:
— Наместник человек справедливый. Он никого ни к чему не принуждает.
Ложь была настолько очевидной, что даже отвечать не хотелось.
Вечером я встретился с трактирщиком Марином в его заведении. Старый разведчик сразу уловил серьёзность ситуации.
— Значит, наместник переходит к активным действиям, — задумчиво произнёс он, протирая кружку. — А ты что ответил?
— Пока ничего. Но отказ очевиден.
— Тогда готовься к неприятностям. Октавий Скриба — не просто чиновник. Он специалист по «работе с кадрами». Если кто-то отказывается сотрудничать добровольно…
— Что тогда?
— Тогда находятся способы сделать сотрудничество вынужденным. Компромат, угрозы, подставы — у него богатый арсенал.
Марин наклонился ближе и понизил голос:
— Но есть и хорошие новости. Ты не единственный, к кому обратились. Центурион Кассий тоже получил «заманчивое предложение». И капитан городской стражи Октавий Честный. Наместник набирает команду.
— Кто ещё?
— Самое интересное — в списке оказались именно те офицеры, которые показали себя компетентными и принципиальными. Аврелий не дурак — он осознаёт, что для успеха ему нужны настоящие профессионалы, а не подхалимы.
К концу разговора картина стала яснее. Наместник готовил масштабную операцию по подчинению военных структур региона. Он предлагал хорошие условия тем, кого считал ценными кадрами, и готовился к жёстким мерам против несговорчивых.
— Что будешь делать? — спросил Марин напоследок.
— Играть, — ответил я. — Но по своим правилам.
Следующие несколько дней превратились в настоящий урок политического выживания. Простой отказ от предложения наместника создаст больше проблем, чем решит. Требовалась более тонкая игра.
Первым делом я решил выяснить позиции других офицеров, получивших аналогичные предложения. Центурион Кассий оказался в крайне сложном положении — ему предлагали должность главного консультанта по вопросам боевой подготовки с окладом в триста денариев и собственным особняком.
— Понимаешь, Логлайн, — говорил он мне вечером в своей каморке, — у меня три дочери на выданье и старая мать, которая нуждается в дорогом лечении. Таких денег я не зарабатывал никогда в жизни.
— Но ты осознаёшь, что это значит?
— Конечно, — он тяжело вздохнул. — Фактически мне предлагают стать шпионом против собственного легиона. Но у меня нет выбора, Логлайн. Семья дороже принципов.
Капитан городской стражи Октавий Честный отреагировал иначе. Когда я встретился с ним в его канцелярии под предлогом обсуждения координации патрулей, он прямо заявил:
— Мне тоже поступило «заманчивое предложение» от наместника. Должность начальника объединённой службы безопасности региона. Знаешь, что я ответил?
— Что?
— Что подумаю. А на самом деле я уже всё решил — наместник может отправляться к далеким демонам со своими предложениями.
— Не боишься последствий?
Октавий усмехнулся:
— А ты как думаешь, почему меня прозвали Честным? За мягкотелость? У меня в городе две сотни стражников, и все — лично мне преданные. Попробует наместник давить — узнает, что значит сопротивление.
С прима-магом Луцием разговор получился самым сложным. Его давно раздражало моё растущее влияние в легионе, и предложение наместника он воспринял как шанс поставить меня на место.
— Слышал, тебе тоже поступило предложение от наместника, — ехидно заметил он во время обеденного перерыва. — Интересно, что ты ответишь?
— Пока обдумываю варианты, — нейтрально ответил