— Зато я очень заинтересован в твоём опыте, — продолжил Октавий. — Слышал, что ты разработал новые приёмы рукопашного боя? И вообще, есть идеи по улучшению подготовки легионеров?
Наконец-то кто-то, кто интересуется делом, а не политикой.
— Есть несколько соображений, — осторожно ответил я. — Но сначала нужно лучше изучить текущее состояние.
— Правильный подход, — одобрил Октавий. — А то некоторые сразу хотят всё перевернуть, не разобравшись в ситуации.
Это была явная шпилька в адрес Луция, который мрачно усмехнулся и отошёл к другому столу.
Оставшуюся часть обеда я провёл в беседах с различными офицерами. Постепенно вырисовывалась картина внутренней политики легиона.
Были ветераны вроде Гая Фортиса — честные, но консервативные люди, которые привыкли к текущему положению дел и не стремились ничего менять. Были молодые честолюбцы вроде Луция Севера — образованные, но высокомерные, рассматривающие службу в пограничном легионе как ступеньку к чему-то большему. И были идеалисты вроде Октавия Честного — искренне верящие в возможность улучшений и готовые работать ради общего дела.
Понимание этого расклада было важно. В любой организации есть союзники, противники и нейтральные элементы. Задача состояла в том, чтобы правильно определить, кто есть кто, и действовать соответственно.
После обеда я решил осмотреть казармы и тренировочные площадки. Если предстоит работать инструктором — если утвердят, нужно понимать, с чем придётся иметь дело.
Первым делом направился к плацу, где проходили послеобеденные тренировки. То, что я увидел, превзошло самые мрачные ожидания.
На площадке около сотни легионеров отрабатывали базовые боевые приёмы под руководством инструктора — пожилого центуриона с громким голосом, но явно устаревшими знаниями. Солдаты двигались вяло, без энтузиазма, многие откровенно имитировали активность.
Но хуже всего была техника. Даже с моего места было видно, что большинство легионеров держат мечи неправильно, их стойки нестабильны, а движения лишены координации. Это были не воины — это были крестьяне с оружием в руках.
— Печально, правда? — раздался голос рядом.
Я обернулся и увидел Октавия Честного, который тоже наблюдал за тренировкой.
— Мягко говоря, — согласился я. — А кто отвечает за боевую подготовку?
— Формально — центурион Авл, — Октавий указал на инструктора. — Сорок лет службы, участник трёх кампаний. Но методы у него… ну, скажем так, традиционные.
— Традиционно плохие? — уточнил я.
— Именно. А попробуй скажи ему что-то — сразу начинается: «Молодёжь ничего не понимает, в моё время воевали по-настоящему» и так далее.
Мы постояли ещё немного, наблюдая за этой печальной картиной. Потом Октавий предложил:
— Хочешь посмотреть на магическую подготовку? Там ещё хуже.
Мы прошли к соседней площадке, где тренировались боевые маги легиона. Здесь картина была ещё более удручающей. Из двадцати человек только трое-четверо демонстрировали приемлемый уровень. Остальные едва справлялись с базовыми заклинаниями.
— Сколько у нас вообще боевых магов? — спросил я.
— По штату — восемьдесят. По факту — около пятидесяти. Из них действительно боеспособных… ну, ты видишь.
Действительно, видел. И то, что видел, не внушало оптимизма.
Следующим пунктом осмотра стал арсенал. Здесь дела обстояли чуть лучше — оружие было, хотя и не самого лучшего качества. Но снаряжение… многие доспехи требовали серьёзного ремонта, шлемы были помяты, щиты — потрескавшиеся.
— А финансирование? — поинтересовался я у интенданта, немолодого человека с усталым лицом.
— Какое финансирование? — он горько усмехнулся. — Деньги приходят с опозданием, в урезанном размере. Приходится выкручиваться как можем.
Картина становилась всё яснее. XV Пограничный легион был типичным примером того, как империя относится к второстепенным военным частям. Минимальное финансирование, устаревшее снаряжение, низкая мотивация личного состава.
Но хуже всего было то, что большинство офицеров смирились с таким положением дел. Они перестали верить в возможность изменений и просто отбывали номер до пенсии или перевода.
Закончив осмотр, я вернулся в выделенную мне комнату в офицерском корпусе. Небольшое помещение с койкой, столом, стулом и сундуком для вещей. Спартанская обстановка, но для начала сойдёт.
Сел за стол и начал записывать наблюдения. Список проблем получался внушительным:
1. Низкий уровень физической подготовки личного состава.
2. Устаревшие методы боевого обучения.
3. Слабая магическая подготовка.
4. Проблемы с финансированием и снабжением.
5. Низкий моральный дух.
6. Консерватизм командного состава.
7. Отсутствие инициативы у младших офицеров.
И это только поверхностные проблемы. Наверняка, глубже копнув, можно обнаружить ещё массу недостатков.
Но в то же время я видел и возможности. Люди вроде Октавия, готовые к переменам. Легат, заинтересованный в нестандартных решениях. И главное — реальная угроза, которая может стать катализатором изменений.
Сидя в своей скромной комнате за простым деревянным столом, я долго размышлял над увиденным. За окном сгущались сумерки, где-то вдалеке слышались звуки вечерней поверки. Форт Железных Ворот жил своей размеренной жизнью, не подозревая о грядущих переменах.
А перемены были неизбежны. Некоторое время назад я был растерянным человеком, пытающимся адаптироваться к новому миру и чужому телу. Сейчас же передо мной открывались возможности, о которых Алексей Волков мог только мечтать в прошлой жизни.
Конечно, начальные позиции были не самыми блестящими. Ослабленная магия, скромное звание, куча проблем вокруг. Но именно в этом была скрытая сила — любые улучшения будут заметны и оценены по достоинству. Когда стартуешь с самого дна, единственный путь — наверх.
Я встал и подошёл к окну, глядя на огни форта. Где-то там, в казармах, спали люди, которые завтра снова будут имитировать военную службу. Где-то там, в офицерских покоях, планировали карьеру амбициозные центурионы. А где-то там, в пустошах за горизонтом, готовились к новым атакам враги империи.
Но что, если изменить эту ситуацию? Что, если использовать знания и опыт двух миров для создания чего-то принципиально нового?
В памяти всплыли занятия по военной истории в российской академии. Как небольшие, но хорошо подготовленные подразделения громили превосходящие силы противника. Как правильная тактика и высокая мотивация компенсировали недостаток ресурсов. Как инновации в военном деле меняли ход войн.
А теперь представим всё это, помноженное на магию. Заклинания, которые могут заменить артиллерию. Магическую разведку вместо примитивных дозоров. Телепатическую связь между подразделениями. Возможности были огромными — нужно только правильно их использовать.
Конечно, путь будет непростым. Консерватизм военной машины, сопротивление карьеристов, недостаток ресурсов — всё это придётся преодолевать. Но у меня есть преимущество — я знаю, что работает, а что нет.
Я вернулся к столу и достал чистый лист пергамента. Пора составлять план.
Краткосрочные цели (первые полгода):
1. Завоевать авторитет среди солдат и младших офицеров.
2. Разработать и