И снова встречала большая елка, украшенная мягкими игрушками на входе. И снова звучала по радио новогодняя песня, и какой-то малыш опускал в ящик письмо для Деда Мороза. Только теперь все казалось еще волшебнее, ведь рядом была Арина.
— Смотри! — Арина с любопытством шагнула к полке и принялась выхватывать упаковки с игрушками. — Мобильный телефон! Мешок с долларами! А что, с нынешним курсом валют актуальней не придумаешь.
Иван с недоумением взглянул на нее:
— Тебе они нравятся?
— Шучу! Просто удивительно, что кто-то их покупает! — Арина вернула на полку игрушку в виде денежного мешка, и у Ивана отлегло от сердца. А то он уж было подумал…
В итоге Иван выбрал красное, с оранжевым узором, сердце, напоминавшее цветом тот шарф, в котором он впервые увидел Арину. А она взяла белого лебедя — точно такого же, какие достались в наборе главбуху Алле Эдуардовне по случаю серебряного юбилея. И Иван увидел в этом добрый знак. Он представил себе елку, которую через двадцать пять лет они будут наряжать с внуками, и он будет рассказывать, что купил это сердце на память о знакомстве с их бабушкой, а Арина возьмет в руки белого лебедя — и вспомнит этот день, когда они вместе выбирали елочные игрушки.
— О чем ты думаешь? — Арина с любопытством взглянула на него.
— О будущем, — признался Иван.
— И какое оно? — Арина с улыбкой склонила голову набок, и блестящая волна черных локонов хлынула через плечо. Какая же она красивая!
— Счастливое! — уверенно заявил Иван и, не сдержав порыва, поцеловал Арину.
Игрушки пробивала та же самая кассирша, что обслуживала его и Полину.
— Вы вернулись? — улыбнулась она. — А где же ваша Снегурочка?
— Вот моя Снегурочка! — Иван указал на Арину, которая ждала его за кассой. Она вышла ответить на телефонный звонок и теперь нервно прохаживалась, что-то отрывисто отвечая собеседнику. Похоже, разговор был не из приятных.
— Она? — Кассирша удивленно взглянула на Арину и неодобрительно качнула головой. Наверное, приняла его за ловеласа.
— Вы не подумайте, что у меня каждый час новая девушка, — почему-то захотелось оправдаться Ивану. — Раньше я покупал подарки для коллег вместе с моей помощницей.
— С вас семьсот рублей, — сухо отчеканила кассирша. Похоже, не поверила. — Следующий!
— С наступающим вас! — Иван расплатился, забрал игрушки и догнал Арину, которая быстро закончила телефонный разговор и мило ему улыбнулась:
— Достали уже с предложениями тариф поменять!
Эта маленькая ложь царапнула его кошачьим когтем по сердцу. Не из телефонной компании Арине звонили, раз она так разнервничалась.
— У тебя какие-то проблемы? — уточнил Иван.
— С чего ты взял? — беспечно отмахнулась Арина.
Жаль, что она пока не научилась ему доверять и со своими проблемами борется в одиночку. Но Ивану остается только завоевать ее доверие, а потом — оградить от всего враждебного мира. Он не стал заострять внимание на этом эпизоде и увлек Арину к дверям кофейни.
Они поужинали в переполненном зале, за столиком у елки, украшенной имбирными пряниками. Полакомились десертами из новогоднего меню — штолленом с цукатами и изюмом и шоколадным пирогом с мандаринами. А потом Иван довез Арину до дома.
Они долго-долго не могли расстаться у ее подъезда, Иван никак не мог выпустить Арину из кольца своих рук, но не смел зайти дальше — у них впереди вся жизнь, чтобы насытиться друг другом. И самая волшебная ночь в году — новогодняя, которая исполнит самые смелые его мечты. Иван заглянул Арине в глаза и понял, что она думает о том же. Она поцеловала его на прощание и исчезла за дверью подъезда. А Иван остался стоять на пороге — влюбленный и счастливый. Счастье рвалось наружу, как воздушный змей в небо. Иван подпрыгнул до самого козырька подъезда, расхохотался от собственного мальчишества и вприпрыжку сбежал с крыльца, чуть не сбив с ног сгорбленную старушку с пакетом апельсинов, которая остановилась передохнуть у скамейки.
— Пьяный, что ли? — сердито рявкнула старушка. — Новый год еще не наступил, а он уже тренируется!
— Так ведь я от любви пьяный, бабуль! — Иван чуть не расцеловал сердитую старушку. — Хотите, я вам сумку донесу?
— Сама донесу, не развалюсь! — Старушка не потеряла бдительности и доверять драгоценные мандарины первому встречному не спешила, но сменила гнев на любопытство. — В кого ж ты так влюбился, сердечный?
— В Арину! — Иван был готов кричать о своей любви всему миру. — Знаете такую?
— Как не знать! — Старушка сердито поджала тонкие бледные губы. — Как она сверху поселилась, так жизни никакой мне нет. То музыка у ней орет, то всякая шантрапа к ней шастает! Ох, и бедовая девка!
— Зачем вы наговариваете? — Иван отшатнулся от старушки, как от злой ведьмы. Ему казалось, что весь мир должен любить Арину, как любит ее он сам.
— Предостерегаю! — каркнула старушка. — Ты вот послушай, что она намедни учудила…
Но Иван уже развернулся и зашагал прочь. Не хватало еще слушать бредни вредной старухи! Его душа еще пела, а губы хранили вкус медовых Арининых поцелуев, но холодок сомнений коснулся его сердца.
26
Арина с тревогой прильнула к окну. Что там старая карга Казимировна кричит вслед Ивану? Еще настроит его против нее!
Арина и так сегодня прокалывалась на каждом шагу и едва успевала отшутиться и найти отговорку. Хорошо, что Иван влюблен в нее до безумия и готов принять любые ее оправдания. На будущее лучше помалкивать о том, что ей нравится и не нравится, а просто поддакивать Ивану. Мужчины это любят. И еще эта встреча с Никой и ее Семочкой так некстати — трудно изображать тургеневскую девушку, когда твоя подруга — содержанка! Хорошо, что и тут удалось усыпить бдительность Ивана. И в довершение всех зол — телефонный звонок с незнакомого номера. Арина уж размечталась, что ее хотят пригласить на кастинг, а оказалось, это мать сменила номер и стала звать ее домой, в Рязань — на Новый год и вообще:
— Возвращайся, дочка! Паша о тебе спрашивал, я тебя в магазин продавцом пристрою. Что в Москве мыкаться?
— Да уж лучше мыкаться в Москве, — прошипела в трубку Арина, — чем киснуть в Рязани, выйти замуж за грузчика и плодить нищету! — Ее взбесило упоминание о влюбленном нелепом соседе Пашке. Один раз с ним по глупости переспала — а тот уже ее себе в невесты записал! Арина нервно оглянулась на Ивана, который расплачивался на кассе за тошнотворных белых лебедей. Она так и