— Я понял.
Я довольно улыбнулся, облокотившись на стойку, наблюдая за быстро удаляющейся фигурой дорогого клиента.
Теперь у меня были не только свои глаза и уши в этой проклятой Школе, но и лишний источник крови. Разве это не прекрасно? Прогулка, не считая бестактной твари, оказалась более чем успешна.
Улыбка пропала с моего лица.
— Владыки Снов мне свидетели, хрен я теперь смогу спокойно прогуляться… — задумчиво уставился на дверь.
Сейчас я мало чем отличался от обычного человека. Наблюдавшая за Ярнамом тварь была скорее в мире снов, нежели в яви, из-за чего точно была сильно ограничена и не могла так просто заметить меня.
Иначе, имей могущественные твари Царства Снов возможность свободно воплощаться в реальном мире, и этого самого мира бы просто не существовало.
Нужно будет подумать над логистикой и сделать так, чтобы все вопросы решались без моего прямого участия. Чувствую, следующие несколько недель, если не месяцев, будут для меня очень загруженными.
Теперь мне нужно было не просто вытаскивать бизнес Сэндов из задницы космических масштабов, но и сделать так, чтобы одна (или даже не одна?) космическая задница из глубин Царства Снов случайно не обратила на меня повышенное внимание.
Печально вздохнул.
Пойду полью Таламуса, что ли. Обычная вода ему тоже не помешает.
Ночью же можно будет приступить к следующему этапу.
Шкодливо улыбнулся, чувствуя, что начинаю проникаться атмосферой угнетающего тёмного фэнтези.
— Люди будущего видят рекламу везде, но видели ли они когда-то рекламу прямо во сне?
Вот он, истинный Ужас Ярнама, добрый, пф, Хозяин из Песка!
Ха-ха-ха-ха!
«Ты выглядишь таким счастливым, добрый Песочный человек…»
Я едва не прикусил язык, услышав спокойный голос леди Марии. Она явно улыбалась.
Кажется, я говорил, что мне совсем не стыдно?
Теперь немного стыдно.
* * *
— Ты задержался, Карл.
Низкий, глубокий голос с виду хрупкого, интеллигентно выглядящего Мастера Миколаша всегда пугал Карла. Чуть прищуренный, хмурый взгляд и словно застывшая на лице улыбка как нельзя лучше показывали, насколько далеко Мастер зашёл в своих изысканиях.
Абсолютный безумец, ненормальный среди ненормальных, обладающий Тайным Знанием.
Он встретил его прямо у самого входа в Школу, словно прекрасно зная о том, чем он занимался.
— Мне жаль, — коротко ответил Карл.
Больше он не мог позволить себе испугаться.
Почему он вдруг вспомнил про него?
Миколаш, не уступающий Карлу в размерах, возвысился над ним, наклонив голову, словно и не замечая веса клетки.
Проходящие мимо ученики удивлённо переглядывались.
— Где ты был? Ты снимал клетку?
— Я гулял по центральному Ярнаму, слушал игру скрипача, — спокойно ответил мужчина. — Мне жаль.
— Ты выбрал не самое подходящее время, Карл, — горестно вздохнул Миколаш, переведя взгляд куда-то вверх, словно разглядывая что-то. — До ритуала осталось не так много времени, мы не можем позволить себе отлынивать.
— Мне жаль, учитель, — повторил Карл.
— Ясно-ясно, — слабо засмеялся Миколаш. — Развеяться тоже важно, я понимаю… Но ты так и не ответил. Отвечай. Ты снимал сегодня клетку?
Голос Мастера стал более требовательным. Раньше он бы ни за что не выдержал безумный взгляд Миколаша, но теперь…
— Да, снимал. У меня разболелась голова. Неужели я совершил грех, Мастер Миколаш?
Видя абсолютно кристальный, чистый взгляд Карла, Миколаш нахмурился, почувствовав неправильность. Что-то в его голове извивалось, словно черви, предупреждая о чём-то.
К сожалению, без какого-либо повода он не мог превратить его в свою маленькую… марионетку. Ученики Школы не могли быть наказаны просто так. Они ведь цивилизованные люди, не так ли?
— Ты можешь идти, Карл.
Ученику не нужно было повторять дважды. Совсем скоро он скрылся за стенами школы, оставив Миколаша у входа в здание.
Основатель Школы какое-то время стоял неподвижно, после чего поднял взгляд на пасмурное небо, боковым зрением видя… нечто.
— Ах, Кос, или Косм?.. — прошептал Миколаш. — Ты слышишь наши молитвы?
Великие не умирали. Они лишь отправлялись в глубины кошмара.
Их молитвы будут услышаны.
Правда, не обязательно тем, кого они ожидают.
Глава 7
Дни начали сменяться один за другим.
Наличие наблюдательницы в виде слегка ненормальной отчаявшейся до смерти (это ведь даже не фигура речи!) леди как скрашивало будни, поднимая мне настроение, так и порой вызывало чувство головной боли, ставшей особенно сильной после того, как мне пришлось из себя буквально сцеживать кровь, чтобы разбавлять её в эле. Одно дело найти клиента, другое дело — его удержать.
Не нужно уточнять, как себя чувствует обычный человек, сдавая кровь в промышленных масштабах.
С другой стороны, моему песочному сердцу было определённо приятно, что мой не лучший вид не только пробуждал в леди искреннее беспокойство, но и в целом толкал на какие-то действия, выводящие её из перманентной посмертной тоски.
— Давай, дорогуша, я же вижу, что ты хочешь что-то спросить, — слабым голосом пробормотал я, развалившись на стуле.
От момента начала реализации моей маленькой рекламной кампании прошло несколько недель и это, определённо, дало результаты.
Сидящая напротив меня девушка прикусила губу, явно борясь с собой.
Я понимал, что вызывало в ней сомнения.
Она уже слишком обожглась на своём любопытстве. Просунула руки в такое дерьмо, от которого не может отмыться даже в смерти. Пусть для неё я и отличался от Великих, всё равно представлял собой некую… сверхъестественную штуку.
Так уж в тёмном фэнтези сложилось, что проявлять любопытство к сверхъестественным штукам — затея крайне опрометчивая. Она полностью мне доверяла, но при этом боялась узнать что-то, что ей «не следовало знать». Иначе опять ужас, кровь, кишки, надутые водой головы и прочие сомнительные эксперименты.
Я пытался что-то сделать с этим. И где-то успешно. Только вот полностью опасения убрать не мог.
Леди Мария, сознательно или подсознательно, и не хотела быть со мной равной. Ведь это значило, что никакого доброго могущественного существа нет. Есть лишь затейливый дух снов, прорвавшийся в явь, когда-то бывший человеком.
Это звучит уже не так романтично и возвышенно, м-да?
— Любопытство совсем не грех, леди Мария. В разумных пределах, конечно же, — всё таким же слабым голосом произнёс я.
Потеря крови в яви влияла и на мою песочную сущность, ведь моя кровь была пропитана ей. Нужно было время, чтобы немного прийти в себя.
Глаза девушки на миг расширились. Она слабо улыбнулась, будто благодаря меня за такие слова.
— Для чего? Для чего ты делаешь это, Артур?
Она начала называть меня Артуром по моей же просьбе. Не могу точно сказать, как