Эверетт громким голосом потребовал, чтоб Максимилиан вышел и сдался добровольно. Ответом ему была тишина. Тогда Эверетт снова повторил ту же фразу, добавив только, что, сотрудничая с ним и не создавая проблем, можно добиться смягчения приговора. Эверетту никто не ответил. Он озадачено обернулся и посмотрел на нас, и именно в эту секунду я заметил тень, летевшую в направлении груди друга. Я поднял руку и сбил ее струей воды. Эверетт удивленно моргнул, осознав, что только что избежал смерти. Тенью, без сомнения, было заклятие темной стрелы, и это говорило всем нам, что Максимилиан довольно сильный маг и, скорее всего, учился у частного наставника. Таких людей нанимали, чтобы воспитывать одаренных магов с самого рождения. Позволить себе нанять такого человека могли только очень богатые семьи.
Я подошел к Эверетту и снова поднял ладонь, чтобы в любой момент отгородиться стеной воды. Друг пришел в себя от потрясения и тоже принял боевую стойку. Вергилий же остался стоять у входа, вальяжно прислонившись к каменной арке. Его безмятежность меня раздражала, но я решил сосредоточиться на главной цели.
— Тебе лучше выйти, Максимилиан, — начал я. — Ты хоть и силен, нас все же трое.
— Я так просто не сдамся! — выкрикнул из неприметной ниши мужчина.
— Все кончено, не усложняй себе жизнь, — сказал Эверетт. — Ваши дела раскрыты, и ты загнан в угол. Какой у тебя может быть план?
— Уйти отсюда живым!
— И как ты пройдешь мимо трех магов? — лениво спросил Вергилий.
— Ха, — усмехнулся Максимилиан, — вы сами меня пропустите.
Мной овладело нехорошее предчувствие. Я шагнул вперед, Эверетт схватил меня за локоть и бросил на меня недоуменный взгляд.
— Что замолчали? — ехидно спросил Максимилиан. — Испугались?
— Нет, — зло произнес я.
— А надо бы, — преступник наконец показался нам. — Ведь с твоей ведьмой сейчас находится моя женщина, и, если я не подам знак, что свободен, она убьет ее и мальчишку.
— Сукин сын! — закричал я.
Меня сковали гнев и страх, я не успел даже заметить, как черная тень метнулась в мою сторону. Эверетт с силой оттолкнул меня, я упал на каменный пол. Не достигнув своей цели, тень рассеялась.
Максимилиан был безумен. Его глаза ярко сверкали, взгляд бегал по сторонам, волосы торчали в разные стороны.
Я вскочил и ударил потоком воды в Максимилиана. Предугадав мои действия, он выставил щит и направил в нашу сторону огненный шар. Он оказался магом огня. Но это не испугало меня — бушующий во мне гнев придавал мне решимости. Я не хотел оставлять его в живых. Только не после угроз Море и Ксандеру. Я не считал себя жестоким человеком, но таких сильных эмоций никогда не испытывал.
Я смог отбить атаку и накрыл нас завесой воды, давая пару минут на обдумывание стратегии. Эверетт не мог пойти против Максимилиана — его родовая магия лишь усилит магию мужчины и обернется катастрофой для нас всех. Тогда, стоило барьеру растаять, я попытался окружить мага водным коконом. Мужчина выставил перед собой стену огня, и мой маневр превратился в пар, закрывший нам обзор. Мы не видели ничего на расстоянии вытянутой руки и не знали, что ожидать в следующий миг.
По оранжево-красным вспышкам за спиной я понял, что Максимилиан попытался бежать и наткнулся на Вергилия. Последний не растерялся и с помощью своей магии превратил пар в смертоносное оружие. Я услышал, как кто-то упал, воздух мгновенно стал кристально чистым. Вергилий, как и прежде, стоял возле стены, не выражая никаких эмоций, а возле его ног лежал Максимилиан с сильными ожогами. Эверетт опустился возле безжизненного тела и разочарованно покачал головой:
— Хотелось заполучить его живым, а не вот таким.
— Он сам себя убил, — ответил Вергилий. — Я не виноват, что он глупец.
Маг выглядел невозмутимым, а я злился на себя, что не смог справиться с Максимилианом, тогда как Вергилий даже от стены не отлип и смог разделаться с врагом, хоть у нас и не было такой задачи.
Но на эмоции времени не было — я должен был спешить к Море и сыну. Эверетт, словно прочитав мои мысли, предложил взять с собой Вергилия. Ему же нужно было не откладывая заняться бюрократическими вопросами. Я отказался от помощи Вергилия и поспешил к Море. Мне послышалось, что Эверетт бросил мне в спину «глупец», но оборачиваться я не стал.
Мора
Ксандер уже вернулся к ужину и все время спрашивал, где Себастьян. Он волновался, что тот может снова нас оставить. Я смогла убедить сына, что отец скоро придет, просто сейчас он занят поиском контрабандистов. Мы ужинали одни, но тревога, не покидавшая меня на протяжении всего вечера, усиливалась. На сердце было неспокойно, и мы с сыном решили дожидаться возвращения Себастьяна в гостиной.
Едва мы выбрали книгу, которую будем читать, в дверь постучали. Я насторожено открыла ее, опасаясь невидимой угрозы, и облегченно выдохнула, заметив на пороге подругу. Лора была бледной и немного нервной, казалось, ноги совсем ее не держат.
— У тебя что-то случилось? — обеспокоенно спросила я.
— Нет, — тихо ответила девушка, — все хорошо. Решила вас проведать, давно не была в гостях.
— Проходи, — пригласила я Лору в гостиную.
Лора села в кресло, я — поближе к Ксандеру, на диван. Девушка внимательно рассматривала моего сына, будто видела его впервые, а я поняла, что Лора догадалась, кто его отец. Я никогда не рассказывала ей нашу историю, отмахивалась, что все очень запутанно.
Мне было немного совестно, что по приезде Себастьяна я ничего ей не объяснила и правда вскрылась таким образом. Получается, будто я врала. Я попросила у Лоры прощения.
— Ничего, — утешительно сказала она, — у всех свои тайны.
Ксандер непонимающе уставился на Лору. Девушка смотрела в пустой камин, и казалось, что она где-то витает. Не придумав, как начать непринужденный разговор, я взяла книгу и начала читать. Ксандер вскоре уснул, и я укрыла его одеялом. Лора так и сидела, погруженная в свои мысли. Часы над камином показывали полночь.
— У меня тоже есть тайна, — вдруг горестно вздохнула подруга. — Но я ни с кем не могу поделиться ею.
— Почему?