— Что тебя так пугает? — задал он вопрос, и я почувствовала его взгляд на себе.
— Есть одна вещь, о которой я должна была рассказать тебе раньше. Вот только почему-то молчала, а теперь мне ужасно страшно, ведь я многим врала. — Я осмелилась поднять взгляд на Себастьяна и увидела, что он растерян. — У нас есть сын, Ксандер.
В комнате стало так тихо, что я слышала только биение своего сердца. Внутри меня растеклась опустошенность, и ушли все страхи, стало все равно, что будет дальше. Главное — я нашла смелость произнести это вслух, и теперь оставалось лишь дождаться реакции Себастьяна на эту новость. Себастьян молчал и, кажется, даже не дышал, странно поблескивая своими выразительными глазами.
— Красивое имя. Он знает?
— Нет, я пока ему не сказала. Возможно, он догадался. Вчера он видел тебя.
— Почему?.. — Себастьян запнулся. — Почему ты раньше мне все не рассказала?
— Была зла на тебя и растерянна. — Мой голос дрожал, а на глаза наворачивались слезы. — Ты оставил меня, не искал. Я училась жить без тебя!
На щеках появились мокрые дорожки. Себастьян приподнялся и обнял меня. Я начала всхлипывать еще сильнее. Его рука гладила меня по спине, он прижимал меня к своей груди, шептал что-то успокаивающее, но я не могла разобрать его слов от шума в ушах. Мы долго сидели обнявшись, и лишь когда мои слезы иссякли, я смогла вернуть самообладание.
— Прости, — прошептала я.
— Ты не должна извиняться. — Себастьян уткнулся мне в макушку. — Мы оба хороши. Сейчас я немного зол на тебя и на себя, но больше раздосадован тем, как сложилась наша жизнь из-за одного глупого выбора.
Его светло-серые глаза смотрели на меня с нежностью. А я думала, что он разозлится и станет осуждать меня.
— Я во многом виноват, и мне с этим жить. — Себастьян отвернулся. — Давай отпустим прошлое и посмотрим, что из этого выйдет.
— Ты предлагаешь снова быть вместе? — спросила я его и встала с кровати, внимательно разглядывая мужчину.
— Да! Я люблю тебя и выбираю тебя, жизнь с тобой и сыном, где ты пожелаешь. На любых условиях.
Прошло столько лет. Долгих и томительных. Возможно ли теперь нам быть вместе? Быть семьей? Смогу ли я верить ему и не ждать, что он снова меня оставит?
Себастьян угрюм, и кажется, что пространство вокруг него потемнело. Я не знала ответы на свои вопросы, мне было известно лишь то, что я хотела быть рядом с ним.
— Пусть будет, как будет. — Я подошла к нему и обняла.
Себастьян обнял меня в ответ. Я выбрала быть с ним рядом, а что будет дальше — увидим. Осталось все рассказать Ксандеру и надеяться, что его юное сердце сможет нас простить.
Объятия Себастьяна стали слабеть, и я почувствовала, как его снова начало лихорадить. Я помогла ему улечься в постель, он устало закрыл глаза.
— Тебе нужно отдохнуть. — За всеми своими переживаниями я едва не забыла, что он ранен и слаб. — Я оставлю тебя, поспи.
Через пару минут Себастьян уже спал, его грудь размеренно вздымалась. Он уже не был так бледен, как утром, и, возможно, уже завтра сможет встать с постели. Я укрыла его одеялом и тихо вышла из спальни.
Мора
Ксандер вернулся домой только к ужину — в школе были каникулы, и он все время пропадал на улице с другими детьми. Я поставила перед ним тарелку, села рядом и стала наблюдать, как он с аппетитом ест мясное рагу. Ксандер был так увлечен едой, что не замечал ничего вокруг. Когда же он закончил ужинать и его тарелка опустела, я ласково потрепала его по волосам и начала расспрашивать, как прошел день. Под радостные возгласы восторга от мальчишечьих забав мы перебрались в гостиную и уселись на наш маленький диван. Я еще немного послушала сына и, сделав над собой усилие, прервала его щебетание.
— Знаешь, Ксандер, сказать такое нелегко. — Я сделала паузу. — Но я должна. Там, в моей спальне, сейчас спит твой отец.
Я прикрыла глаза и почувствовала внутри себя смятение. Я не знала, какой будет его реакция. С одной стороны, мне должно было стать легче, ведь я наконец рассказала тайну рождения сыну. Но с другой стороны, я боялась увидеть разочарование и холод в его глазах.
— Я знаю, — тихо сказал сын.
— Откуда? — Такого ответа я не ожидала.
— Утром, пока ты спала, я зашел в комнату и увидел его, — рассказал Ксандер. — Моя магическая сила подсказала, кто передо мной.
— Прости… — Вот и все, что я смогла сказать на его признание.
— Я люблю тебя, мам.
Ксандер обнял меня. В моих глазах стояли слезы, но я не дала им пролиться. Столько дней я боялась открыть правду. Боялась увидеть осуждение. Боялась, что Ксандер отдалится от меня и возненавидит. Боялась, что Себастьян обвинит меня во всем случившемся и оттолкнет. К счастью, моим страхам не суждено было сбыться.
— Я тоже тебя люблю, — поцеловала я сына в макушку. — Обещаю вас познакомить, когда он поправится.
— Он болен? — В голосе Ксандера я услышала страх.
— Нет, его ранили плохие люди, но завтра он уже будет полностью здоров.
— Он поймает этих плохих людей?
— Обязательно.
Мы еще немного посидели с Ксандером, обнявшись, и спустя время я отвела его в комнату и уложила спать, попутно пытаясь ответить на множество вопросов о Себастьяне. На некоторые я нашла что сказать, на некоторые — нет. Как объяснить сыну, почему мы с его отцом не были вместе? Я пообещала как-нибудь рассказать ему все, и, заручившись моим обещанием, он уснул.
Оставив Ксандера погружаться в царство снов, я тихо пробралась к себе. Себастьян сидел на кровати. К нему вернулся здоровый цвет лица, повязку на животе он снял, и на месте страшной раны виднелся тонкий розовый шрам.
— Мне уже лучше, — тихо произнес Себастьян.
— Отдохни еще. — Я подошла ближе и прикоснулась к его лбу, чтоб убедиться, что у него нет лихорадки.
— Я бы сейчас с удовольствием поел, — со смехом в голосе сказал он.
Мне нечего возразить, ведь я поила его только горьким лечебным отваром. Мне стало стыдно, а ведь я еще славилась на весь городок как целительница!
— Прости, — промямлила я, — сможешь спуститься по лестнице?
— Легко! — Себастьян резко встал с кровати, но его тут же повело в сторону.
— Давай я помогу. — Я взяла его под локоть и помогла