Николь судорожно вздохнула, сдувая прядь волос с глаз и пытаясь обрести душевное равновесие. В кромешной темноте, в замкнутом пространстве, с ощущением постороннего присутствия за спиной она ищет какую-то выемку на стене! Больше всего ей хочется сейчас развернуться и оттолкнуть Мирантелла в сторону, чтобы не маячил за спиной!
— Николь, с вами всё в порядке? — голос Грегори разорвал паутину паники, которая начала опутывать Николь.
— Да.
Она снова протянула руку вперёд, нащупывая нужное.
— Нашла.
— Отлично. Теперь с силой нажмите ладонью на эту выемку.
Она нажала, ожидая, что стена под её ладонью отодвинется в сторону. Но стена перед ней осталась на месте, а вот справа раздалось негромкое шипение и в тесную каморку начал проникать серовато-голубой свет.
Она повернулась всем корпусом, но в тесноте каморки свобода перемещения была ограничена и она уткнулась в грудь Мирантелла.
— Не спешите, Николь. Насладитесь зрелищем, — промурлыкал Грегори и Николь померещился двойной смысл в его словах. Но посмотреть и впрямь было на что. И увиденное настолько увлекло Николь, что она на пару мгновений забыла о том, что прижиматься к груди мужчины, даже и знакомого, не прилично.
В открывшемся взору Николь коридоре происходило нечто. Почти всё пространство тоннеля заполняли потоки магии. Они были почти однородного серо-голубого цвета, но иногда в потоках проскальзывали тонкие нити других цветов, которые разбавляли невыразительный цвет потоков. Это было настолько неожиданно и необъяснимо с точки зрения Николь, что она в немом изумлении подняла глаза на Грегори, одним взглядом выражая всю гамму эмоций.
— Восхитительно, не правда ли, Николь? — в глазах Грегори и впрямь читалось восхищение. То ли отблески магического потока преобразили лицо Мирантелла, то ли переполняющие его чувства имели такое действие. Но взгляд Грегори сиял не просто гордостью, а торжеством.
— Что это?! — наконец выдавила из себя Николь, обретая вновь способность говорить.
— Это магия Мирантелл, Николь. Магия всех тех, кто родился и жил в этом замке на протяжении веков.
— Но зачем? Для чего?
— Я расскажу вам по дороге.
Он чуть подтолкнул её вперед, приближая к мерцающему потоку. Но она вдруг опомнилась, уперлась и все-таки отодвинула Мирантелла в сторону:
— Идите первым, господин Мирантелл. Это всё-таки ваша родственная магия, а не моя.
Грегори переместился и, подойдя вплотную к входу в тоннель, взмахнул рукой. Потоки магии, повинуясь его жесту, поднялись вверх, открывая проход. Грегори обернулся к Николь и с улыбкой протянул ей руку. Она, поколебавшись, вложила свою ладонь в его и шагнула в коридор.
— Николь, этот тайник, конкретно этот подземный ход, по сути, является магическим артефактом. Вам никогда раньше не приходилось бывать внутри артефактов?
Она покачала головой, всё внимание обратив на стены тоннеля. Каменные, теплые на ощупь. Испещренные магическими символами и рунами.
— Они тёплые из-за потоков магии?
— Да. Этот тайник создал мой предок, великий магистр Леонсий Мирантелл.
— Для чего? — Николь задрала голову, пытаясь определить высоту сводов, но потоки магии не позволяли рассмотреть верхнее пространство.
— Леонсий был одним из одаренных, владел редкой и уникальной магией. А в те далёкие времена быть одаренным было не безопасно. Будучи талантливым артефактором, мой предок решил создать артефакт, который при необходимости смог бы защитить и его самого и тех его потомков, которые унаследуют дар. И он его создал. Магия, которая годами копится здесь, при необходимости послужит во спасение. Каждый из семьи Мирантелл, достигая возраста двадцати одного года, наполняет своей магией специальный сосуд, из которого потом магия присоединяется к уже имеющимся потокам.
— Это всё магия артефакторов? Прикладная? — Николь протянула руку вверх, пытаясь коснуться магического потока. Но не дотянулась, поток, будто поднялся выше, не позволяя вторгнуться в своё пространство.
— Нет. Это магия всех Мирантеллов, а среди них были не только артефакторы. И ваш опекун тому подтверждение. Главное условие — кровное родство. Именно оно позволяет всем потокам объединяться.
— И каким образом эта магия может спасти кого-то из семьи Мирантелл? — Николь проследила взглядом за ярко-оранжевым тонким ручейком, который спиралью ввинчивался в серо-голубой поток. Интересно, какая магия имеет такую окраску? И какого цвета её магия? И почему она раньше об этом не думала?
— А вот об этом я вам, Николь, сказать не могу. Это знание может быть раскрыто только членам семьи Мирантелл. И раз уж ваш опекун умолчал об этом, то и я воздержусь.
Николь остановилась и высвободила свою ладонь из руки Грегори.
— И зачем тогда было показывать мне это? — она сложила руки на груди и обиженно прищурилась.
Он примирительно улыбнулся:
— Показывать можно, открывать главную тайну — нельзя. Вы же хотели экскурсию по тайным ходам замка? Вот, пожалуйста. И кстати, этот ход наглядно демонстрирует, что никто чужой в замок пробраться не мог. Магический поток просто не пропустил бы чужака.
— Этот ход, возможно. А в других тайниках тоже магия циркулирует?
— Нет. Второй тайник, тот, что на кухне, самый обычный.
— Значит, воришка вполне мог пробраться в замок, раз не все ходы защищены магически.
Грегори рассмеялся и вновь протянул руку, ожидая, когда Николь вложит свою ладонь:
— Чтобы попасть в тайник со стороны, нужно знать, как он открывается и где расположен вход. Пойдёмте, я покажу, куда выводит этот тайник и как хитро спрятан вход.
Николь, смерив хмурым взглядом протянутую руку, все-таки вложила ладонь. Ничего, вот они вернутся с экскурсии, обнаружат в магических силках воришку, и Мирантеллу придётся признать правоту Николь.
Магический тоннель неожиданно сменился самым обычным подземным коридором. Магические потоки, будто натыкались на невидимую преграду и возвращались обратно. В этом коридоре было заметно холоднее, по спине Николь пробежали мурашки. Да, платье и впрямь тонковато для подземных прогулок. А еще здесь было темно и дорогу пришлось освещать магическими всполохами. Очень скоро коридор стал сужаться, своды становились всё ниже.
— Вот и пришли. Смотрите, Николь.
Она посмотрела через плечо Грегори и увидела деревянную панель, потемневшую от времени, покрытую мхом от влажности.
— Здесь самый обычный рычаг, его нужно просто опустить вниз. Если только он от времени не превратился в труху. Всё, что незащищено магией, приходится чинить.
Рычаг не сразу, но поддался. С таким скрежетом и скрипом, что стало сразу понятно — им не пользовались много лет. Панель чуть сдвинулась в сторону, но тоже застряла. Грегори поднажал плечом, отодвигая панель, и вскоре образовалась щель, в которую возможно было протиснуться. Но протиснувшись, они оказались в каменном мешке, выход из которого был наверху. Грегори ловко, будто проделывал это много раз раньше, взобрался вверх по каменным выступам