Девушка подошла к стеллажу и, взяв в руки флакон с серебристым содержимым, подставила его под свет магического кристалла, наблюдая за тем, как красиво и причудливо мерцает созданный ею омолаживающий крем. А ведь Хорсар не верил, что у нее получится выделить нужные компоненты из слюны вампира! Её крем почти безупречен. А то, что его ни в коем случае нельзя наносить днём, это такая мелочь.
Или вот, новый опытный образец, который нужно еще проверить на себе. Скраб для тела, в состав которого входит пыльца плотоядных цветов Амролиуса. Эту пыльцу она еле отыскала. Редкий товар, как оказалось.
В склянке с экспериментальным скрабом переливалась густая консистенция двух цветов: розового и голубого. Как ни пыталась Николь, получить однородную массу не получалось. Но когда это её останавливало?
Когда Николь начинала творить, она теряла ощущение времени. Да и вообще, ничего не видела и не слышала вокруг. Хорсара настораживала такая погруженность воспитанницы в процесс, но изменить ситуацию он не мог.
Завязав покрепче длинный фартук и надев защитные очки, Николь приступила. В глубокую чашку положить немного двухцветной консистенции. Теперь нужно добавить нечто, что поможет смешать розовый и голубой. Взгляд выхватил на стеллаже баночку с полупрозрачной слизью лягушек Саразийских болот. Точно! Эта слизь в концентрированном виде даже камень способна растворить. А если взять её совсем чуть-чуть, добавить в чашку со скрабом и нагреть…
Николь с замиранием сердца следила, как содержимое чашки смешивается и два цвета, розовый и голубой, превращаются в нежно-сиреневый. Она помешала в чашке деревянной лопаточкой, полюбовалась красивым цветом и сняла чашку с горелки. Ну, а теперь, завершающий этап: теперь нужно из полученной сиреневой массы удалить слизь лягушек. Она сделала свое дело. Николь закрыла глаза и поднесла правую ладонь к чашке. Внутренним взглядом она разделила массу скраба на составляющие и выделила то, что раньше было слизью. Потянуть пальцами на себя, вытягивая полупрозрачную нитку и сворачивая её в клубочек. Со стороны казалось, что в воздухе сам собой формируется небольшой клубочек некой субстанции, а Николь всего лишь шевелит пальцами, не прикасаясь к клубку. Когда последняя капля из чашки перетекла в клубочек, Николь открыла глаза. Движением ладони она направила клубок в сторону склянки, в которой хранилась оставшаяся слизь. Но что-то пошло не так. То ли магический посыл был не достаточно точный, то ли нежданные магические помехи вмешались. Но клубок слизи не долетел до склянки, а рухнул вниз, прямо в пламя горелки. Огненные брызги разлетелись по каморке. Николь присела, наблюдая за происходящим. Вот пара огненных брызг упала в чашку с сиреневым содержимым. Инстинкт самосохранения уступил место интересу экспериментатора. То, что раньше было скрабом, под воздействием огненных брызг превратилось в пылающее сиреневое облако. Когда вместо оглушительного взрыва, раздалось несколько громких хлопков, Николь мысленно поблагодарила Хорсара за магическую защиту её лаборатории. Но вся каморка и сама Николь, оказались забрызганы сиреневой обжигающей субстанцией.
Глава 3
Вместе с клубами сиреневого дыма Николь вывалилась из распахнутой двери лаборатории. Взмыла вверх по лестнице, и понеслась стремглав по коридору в свою комнату. На бегу чуть не сбила спешащую куда-то горничную, которая попыталась что-то сказать Николь, но та оборвала:
— Потом!
Влетев в свою комнату, она сорвала на ходу платье, точнее то, что от него осталось, и ворвалась в купальню. Одного единственного взгляда в зеркало хватило, чтобы оценить масштаб бедствия. Пятна ожогов на плечах и руках — ерунда. У Николь достаточно бальзама, который прекрасно исцеляет ожоги. Хорсар специально для воспитанницы в свое время заказал огромную партию чудесного средства у одного известного на всё королевство целителя. Лицо к счастью не пострадало. А вот волосы…
Некогда длинные пепельного цвета локоны исчезли. Вместо них болтались какие-то опаленные огрызки невразумительного сиреневого цвета. Николь громко вздохнула, выражая всю степень огорчения.
Она отмокала в горячей ванне, когда в дверь купальни громко постучали.
— Ну что еще случилось? — Николь и не подумала скрывать недовольство. Какая такая необходимость беспокоить её в ванной? Что там случилось, с чем не мог бы справиться дворецкий?
В купальню вошла старшая горничная Маниль и с трагической интонацией произнесла:
— Госпожа, вам необходимо срочно спуститься в холл.
— Это еще зачем? — из облака пены высунулась стопа правой ноги, пошевелила пальцами и скрылась снова. Маниль, проследив взглядом за этим странным телодвижением хозяйки, с еще более трагической интонацией пояснила:
— Там прибыл господин Мирантелл и желает видеть всех обитателей замка, до последней поломойки. А вы, как наследница покойного господина Мирантелла, должны присутствовать обязательно.
Ахнув, Николь села в ванной, продемонстрировав старшей горничной и ожоги на плечах и опаленные волосы. Маниль тоже ахнула, прижав ладони к груди.
— Я не могу сейчас спуститься, Маниль. Ты же видишь…
Горничная закивала и пробормотала:
— Ужас-то какой. Я скажу, что вам нездоровится. Может, вызвать целителя?
— Не нужно. Я сама. Просто скажи, что у меня мигрень или зубы болят. В общем, скажи что-нибудь.
Маниль попятилась к двери, нащупала ручку, не отводя испуганных глаз от сиреневой шевелюры Николь. И когда уже намеревалась закрыть за собой дверь, Николь остановила её:
— Маниль! А этот господин Мирантелл, он какой? Ты его видела? Старый? Страшный? Злой?
Маниль зашептала в приоткрытую дверь:
— Не видела, госпожа. Меня к вам дворецкий отправил. Но если хотите, я потом приду, расскажу.
Выбравшись из ванной, Николь задумчиво посмотрела на мыльные хлопья сиреневого цвета, которые так и остались лежать на дне. Да и разводы на стенках ванны были поводом задуматься. Видимо, нужно в скрабе уменьшить концентрацию плотоядной пыльцы. И ни в коем случае скраб не нагревать. Ну что же, плачевный результат, тоже результат.
В своей комнате Николь