Блять. Мне придется защитить его и убедиться, что ничего плохого не произойдет.
Мой взгляд останавливается на лице Юки, которая вытирает слезу со щеки, и, видя, как она счастлива, я встаю и подхожу к Рё.
На этот раз, протягивая руку, я говорю искренне.
— Мир. Ради Юки.
Он поднимается на ноги и пожимает мне руку, говоря:
— Спасибо, что подарили моей сестре хорошую жизнь.
Я киваю, когда мы отпускаем руки, а затем выхожу через раздвижные двери и присоединяюсь к Лоренцо, который курит сигарету.
— Как дела?
— Лучше. — Я качаю головой, оглядывая сад. — Мы вернемся в Токио, чтобы помочь Рё возглавить якудза.
Мой друг кивает.
— Я знал, что это лишь вопрос времени, когда мы вернемся в Японию, чтобы убить Танаку и его сторожевого пса.
— Чем скорее это произойдет, тем лучше.
— А потом ты возьмешь отпуск? — спрашивает он.
— Да. — Я оглядываюсь через плечо и улыбаюсь, видя, как счастлива Юки. — Я возьму пару недель, чтобы провести время с женой.
Он усмехается.
— Думаю, вся Коза Ностра будет рада это услышать.
Глава 27
Юки
Ну и денек!
Загружая посудомоечную машину, я вспоминаю, как была близка к потере всего. Если бы Аугусто и Рё не помирились, не представляю, что бы я тогда делала.
Кризис миновал. Не думай о том, что могло бы случиться.
Несмотря на то, что я сказала Рё, что он может переночевать здесь, он отказался, сказав, что вернется утром.
После того как мужчины во второй раз пожали друг другу руки, обстановка уже не казалась такой напряженной, и я смогла спокойно поговорить с братом.
Нажав кнопку запуска, я закрываю дверь и вздыхаю, когда машина начинает мыть посуду.
Вернувшись в гостиную, я слышу, как Аугусто говорит:
— Спасибо, Кристиано. Буду держать тебя в курсе событий.
Он выходит в фойе и, заметив меня, ободряюще улыбается.
— Как ты себя чувствуешь, любовь моя?
— Я в порядке. — Я сокращаю расстояние между нами и обнимаю его за талию, глубоко вдыхая его запах. — Мне нужно многое переварить, но я счастлива. — Подняв голову, я смотрю ему в глаза. — Спасибо, что не убил Рё и согласился помочь ему. Я знаю, что прошу от тебя слишком много.
Он обхватывает ладонями мои щеки, и его взгляд смягчается.
— Не за что, мой маленький оборотень. — Наклонившись, он быстро целует меня. — Я иду в душ. Готовься ко сну. — Он отстраняется и направляется к лестнице, но затем останавливается и добавляет: — Отныне ты спишь в моей кровати. Больше никаких отдельных комнат. И я хочу, чтобы ты перенесла все свои вещи на третий этаж.
На моем лице расплывается улыбка, когда я поднимаюсь вслед за ним.
— Хорошо. Займусь этим завтра.
Когда я сворачиваю к своей спальне, Аугусто хватает меня за руку и тащит за собой на третий этаж.
Я усмехаюсь и спрашиваю:
— А как же подготовка ко сну?
— Тебе нужно всего лишь раздеться догола, жена. Поверь, сон тебе сегодня не светит.
О-о-о...
Аугусто заводит меня в свою спальню, отпускает руку и идет в ванную. Я слышу, как включается душ, и внимательно осматриваюсь по сторонам.
Если моя спальня оформлена в светлых тонах, то его – в темных.
— Юки, — зовет он из ванной, и я подхожу к двери, вопросительно глядя на него.
Он расстегивает рубашку, и от его доминирующего взгляда у меня внутри все сжимается и трепещет.
— Раздевайся, жена.
Мой взгляд скользит по его груди, когда он бросает рубашку на пол, и, снимая кроссовки, я упиваюсь видом его совершенного тела.
Когда он стягивает брюки с мускулистых бедер, меня охватывает беспокойство. В прошлый раз ему не удалось войти в меня до конца, и я боюсь, что это повторится.
Аугусто проводит большим пальцем по моей щеке.
— Почему у тебя такой обеспокоенный вид?
Мои брови сходятся на переносице.
— А что, если ты снова не сможешь войти до конца?
Уголок его рта приподнимается, а в глазах вспыхивает мрачное желание.
— Это последнее, о чем тебе нужно беспокоиться. Я же говорил, что мне нравится, как твоя киска борется с моим членом. Меня это очень возбуждает.
Я чувствую, как мои щеки заливает яркий румянец. Одно дело – слышать, как он говорит пошлые слова в порыве страсти, и совсем другое – сейчас.
Улыбка Аугусто становится шире, когда он подходит ближе и, схватив мою блузку, стягивает ее через голову. Затем он протягивает руку мне за спину и расстегивает лифчик.
— Я сказал, раздевайся, жена.
Точно.
Когда я снимаю брюки и белье, рука Аугусто ложится на мою грудь, а вторая обвивает спину, притягивая меня ближе.
Он нежно массирует и слегка пощипывает мой сосок, затем наклоняет голову, чтобы поцеловать шею.
Внутри у меня все сжимается, и я чувствую влагу между ног, когда провожу ладонями по его груди.
О-о-о-о, да.
Желание охватывает каждый дюйм моего тела, и я становлюсь смелее, начав целовать его грудь, пока мои пальцы скользят по его рельефному прессу.
Он подхватывает меня на руки и ступает под теплые струи воды.
— Давай поскорее закончим с душем, чтобы я мог вдоволь поразвлечься с тобой.
Пока мы моем друг друга, напряжение между нами нарастает, становясь почти взрывоопасным. Я не могу оторвать взгляд от рук Аугусто, скользящих по телу, и, когда он намыливает свой член, у меня перехватывает дыхание.
Когда мы выходим из душа и вытираемся, моя кожа становится очень чувствительной, сердце бешено колотится, а в груди гудит предвкушение.
Я мельком осматриваю его спину и чуть не стону от того, насколько он сексуален. У него упругая задница, а на плечах вытатуированы КОЗА НОСТРА, какая-то дата и ВИТАЛЕ.
Он делает шаг ко мне, но я, качая головой, быстро проскальзываю мимо и иду в спальню.
— Прежде чем ты возьмешь все под свой контроль, я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделал.
— Что?
— Мне нужно, чтобы ты забрался на кровать и принял ту позу, в которой трахал меня прошлой ночью.
Его член дергается, и он приподнимает бровь, рыча низким голосом:
— Продолжишь так говорить, и мы не доберемся до кровати.
Я наблюдаю, как он забирается на одеяло. Когда он становится на колени, широко расставив бедра, меня охватывает сильное возбуждение от этого