– Ясно, слушай, Невский длинный, сейчас вот только Московский вокзал будет, – Дмитрий явно был в Питере не впервые, – но он дальше ещё на километры тянется. Идём лучше обратно. У меня всё утро свободно, а потом я могу тебя с моими друзьями познакомить. – Разговаривая, мой новый знакомый опирался на гитарный футляр. – Ты вообще где планируешь ночевать?
Всё происходило словно в кино. Это что, выходит, у меня уже и знакомые есть в Питере, и даже вписка на ночь?
Вниз по Невскому шли два волосатых парня с гитарами, и им явно было о чём поговорить. Тёплое питерское солнце поднималось всё выше, народ, озабоченно спешивший по своим делам, вдруг заулыбался. Город раскрывался с новой стороны. Когда у тебя есть друзья, всё в этом мире немного меняется!
* * *
– Я к девушке своей приехал сюда, она живёт в Питере, – продолжал Димон, пока мы шли вдоль знакомых мне зданий. – Мы в прошлом году познакомились, так и ездим в гости друг к другу: я в Питер, а она ко мне в Москву.
– Прикольно! – Я обратил внимание на обувь моего друга. И без того довольно броской внешности, одет он был с лёгким шиком. Чего стоили одни только кожаные ботинки! Обратил я внимание и на золотую серьгу в его правом ухе – небольшая, но эффектная. О’кей, отметил я, неплохо живут москвичи!
– Ты учишься? Я в МАИ, на проектировании ракетных двигателей. Грузят не по-детски, только в каникулы по-честному получается отдохнуть.
– Я в УГТУ в Екатеринбурге – тоже технический, теплоэнергетика.
Встретились как-то в Питере два технаря!
Мы шагали вниз по Невскому, нас обдувал ветерок, грело солнце, общаться было легко и интересно.
– И что, как ты сюда добирался? – полюбопытствовал Димон.
– До Череповца поездом, зайцем, уже у финиша на пересменку с охраной нарвался, высадили. Оттуда – автостопом с дальнобойщиками. В КамАЗе ночь перед Питером спал! – Я начинал гордиться своим новым стилем жизни. – Еду без денег, буду зарабатывать гитарой, в Екате получалось, надеюсь, и тут получится. А ты пробовал на улице играть?
– Да нет, что-то до этого не доходило. – Кажется, Дмитрию комфортно жилось и без уличного музицирования. – Мы поигрываем с друзьями в Москве, – заметил он. – Собираемся небольшой альбом до конца года записать, студию нашли недавно. Эту гитару я тут прикупил, – он приподнял ценный груз, – хотел обновить перед записями, нашёл хороший вариант у знакомого.
– Классно, покажешь потом, что писать будете? У меня в Екате тоже группа, пару альбомов уже записали, домашние бутлеги.
– Конечно! А у тебя на потом какие планы, после Питера?
– Вообще, дальше путь как раз на Москву. – Я не хотел быть назойливым, но говорил как есть, скрывать было нечего.
– Круто, я возвращаюсь туда через неделю примерно, можем и там пересечься.
– Только за! – Иначе среагировать я просто не мог: на моём пути, ведущем в полную неизвестность, Димон разворачивал красную ковровую дорожку!
Не торопясь мы дошли до поворота на Эрмитаж. Я узнавал места и начинал чувствовать себя почти местным – пока, правда, в пределах одной улицы.
– Смотри, вот здесь чувак какой-то настраивался, я видел недавно, петь собирался. – Я показал Димону на точку между фонтаном и зданием Эрмитажа.
Народу заметно прибыло, из-за угла выглядывал хвост пухлой очереди, похоже, в музей. Вокруг фонтана все скамейки были заняты, и люди сидели где придётся. Место, где настраивался тот музыкант, пустовало: то ли он ушёл, то ли его выгнали отсюда.
– Ну что, я развернусь тут, попробую выступить, что ли? – Я взглянул на Дмитрия, снимая рюкзак.
– Ну давай, блин, ты экстремал всё-таки, я смотрю! – Димон явно в таких выступлениях ещё не участвовал.
Экстремал не экстремал, подумал я, а кушать-то надо, так что действуем по плану!
Я встал на примеченную точку, положил рюкзак сбоку, в пределах видимости. Вытащил гитару и разложил перед собой чехол: опыт показывал, что в него людям легче кидать деньги, чем в маленькую кепку.
Затем я достал хомут и гармошку, настроил это хозяйство поудобнее, подтянул струны… и выдал «Поколение дворников и сторожей» местного, питерского БГ! Вышло это само по себе, по настроению!
Народ в основном проходил мимо, кто-то у фонтана обернулся и стал слушать, человека два-три задержались, формируя небольшое кольцо зрителей. Никто меня не прогонял, всё происходило в пределах моего предыдущего опыта, так что я мог просто делать своё дело.
Я продолжил «Пачкой сигарет» Цоя, следом исполнил «Красное на чёрном» «Алисы». Мой новый инструмент звучал прекрасно, я распелся и наслаждался собственным импровизированным концертом в этом живописном месте; вокруг сновали туристы, круг слушателей понемногу расширялся, иногда кто-то подкидывал деньги.
Спустя полчаса я решил, что пора закругляться: для тестового выступления более чем достаточно. Завершив концерт песней «Никто не услышит…» «Чайфа», я поблагодарил слушателей, аккуратно собрал набросанные в чехол деньги и убрал гитару.
Подошёл Дмитрий, подобрал мой рюкзак, и мы переместились к фонтану.
– Слушай, клёво получилось, мне понравилось! – Димон поздравил меня с первым выступлением. – Половину из твоего репертуара я знаю, подпевал тебе!
Я достал заработанные деньги и пересчитал: неплохо, на булку хлеба и макароны хватит! Может, ещё на банку консервов каких-нибудь!
Глава 16
Мы прошлись по набережной до памятника Петру, это оказалось рядом. У меня была карта России, но вот картами городов я не запасся, а потому полагался на местных знакомых и на собственную любознательность.
У Невы надувал свежий ветер, чувствовался иной, совсем не уральский климат. Солнце, корабли, влажный ветер и холодные брызги – вот чем пахнет Питер!
Проболтавшись пару часов у набережной, мы с Димоном снова приземлились у Дворцового моста. Опираясь на парапет из красного гранита и вглядываясь в тёмные глубокие воды Невы, я на минуту задумался. Это было необычно – осознавать себя в совершенно ином месте, непохожем на что-либо виденное раньше. Моя фантастическая телепортация сработала, и из Екатеринбурга, в котором я провёл девятнадцать лет жизни, всего за пару дней я переместился в центр Питера!
Димон вывел меня из грёз:
– Так, Лёха, я пока выдвигаюсь дальше, есть ещё дела сегодня. Как ты смотришь на то, чтобы примерно в семь у Московского вокзала пересечься? Это там, где мы с тобой встретились на Невском, только выше. – Дмитрий помнил о своём предложении: оно оставалось в силе. – Оттуда мы на метро доедем до Лиры – так зовут мою девушку. Я у неё остановился