Лера ждала нас у собора Василия Блаженного, точнее, под рукой Минина.
– Привет! – Мы быстро обнялись. В этот раз Лера была в синих джинсах и рубашке – вылитая туристка! – Знаешь, что мы задумали? Даём концерт – здесь, сейчас, на Красной площади! Гитара с собой, всё готово!
– И что поём? – Леру уговаривать не требовалось.
– Так, хороший вопрос… А-а-а… Вот: «Никита Рязанский» для начала в самый раз будет! Русское, древнее, энергичное. – Я понемногу начинал волноваться, но это не могло стать помехой нашему амбициозному плану. – У меня и губная гармошка есть, полноценное шоу запилим! Дальше, если пойдёт, Цоя жахнем. Лера, если что, делай вид, что ты мимо проходила, хотела денег артистам дать.
– Ладно, что стращать-то? Всё нормально, концерт так концерт!
Адреналин, как обычно в такие минуты, заполнял меня – пора было начинать!
Мы всей компанией двинулись от Василия к центру площади. Вокруг ходили группы туристов, местные парочки, иностранные группы с гидами. В воскресенье народу было заметно больше, чем в мой первый день здесь.
Остановившись примерно посередине открытого пространства, я снял с плеча гитару и развернулся лицом к ГУМу. Справа от меня был Василий, слева, немного подальше, – Исторический музей. За спиной – кремлёвские стены.
Ласковое солнце подсвечивало резной фасад и зелёные башни ГУМа, шелестели разговоры прохожих, набегал ветерок со стороны Василия. Выгнутая горкой площадь была как на ладони – чистая, контрастная, спокойная.
– Так, поехали! – Я кивнул ребятам и вытащил из чехла проволочный хомут, надел его и закрепил в нём губную гармошку.
Кирилл с Димоном встали за мной в качестве поддержки, Лера остановилась неподалеку, притворяясь туристкой, случайно заинтересовавшейся концертом, оставшиеся парни отошли подальше, присоединившись к гуляющим.
Я достал гитару, перекинул её ремень через голову и взял в руку медиатор. Так, что делать с чехлом? А хрен с ним, разложу перед собой, как всегда это делаю, может, на самом деле заработаем!
Выдох…
«Никита Рязанский // Строил город, и ему не хватило гвоздя. // Никита Рязанский // Протянул ладони и увидел в них капли дождя. // Никита Рязанский // Оставил город и вышел в сад. // Никита Рязанский // Оставль старца и учаше кто млад…»
Я исполнял эту песню Бориса Гребенщикова как на самом важном концерте в своей жизни, хотя поначалу слушателей как таковых и не было.
На второй строчке куплета я вдруг увидел, как группы прохожих и отдельные люди стали поправлять свой курс и двигаться на звук гитары – к нашей импровизированной сцене.
К припеву перед нами скопилась уже немалая группа слушателей, ядро которой составляли японские туристы! Поддерживая свою репутацию любознательной нации, они, как по команде, через одного достали маленькие цифровые фотоаппараты и принялись щёлкать затворами, да ещё и со вспышками!
Один японец отделился от общей толпы и приблизился ко мне, чтобы сделать несколько фотоснимков с разных ракурсов: уличные музыканты, выступающие на фоне Кремля, – ещё одна достопримечательность города!
На всём этом фоне кто-то даже успел положить в чехол деньги.
И тут я краем глаза замечаю, как слева, из незаметного тенёчка в дорожном кармане у ГУМА, медленно выкатывает жёлтая милицейская «Волга» – с широкими синими полосами по бокам и парой громкоговорителей на крыше. И направляется она прямиком к нам, постукивая шинами по каменной брусчатке.
На полпути «Волга» взвывает сиреной. Её громкоговоритель заявляет на всю площадь:
– КУЛЬТУРНО-МАССОВЫЕ МЕРОПРИЯТИЯ НА КРАСНОЙ ПЛОЩАДИ ЗАПРЕЩЕНЫ! РАСХОДИМСЯ, ГРАЖДАНЕ!
Эх, вот так моя песня была оборвана на полпути!
Впрочем, было видно, что какой-либо агрессии против нас не замышлялось, и потому я, не требуя повторения, спокойно свернул хомут с гармошкой, подобрал заработанные денежки, сложил всё это дело с гитарой в чехол и был готов сваливать – с полным ощущением выполненной миссии!
Зрители, так быстро собравшиеся вокруг нас, не менее оперативно рассосались, и спустя минуту площадь снова, как в сказке, приобрела исходный спокойно-задумчивый вид.
Мы быстрым шагом двинулись обратно к Ильинке и дальше на Васильевский спуск. По пути сначала несмело, а потом веселее и громче мы все вместе обсуждали наш дерзкий концерт, вызывающее поведение зарубежных фанатов и эпичное появление неожиданно миролюбивых правоохранителей.
Так, ещё до Red Hot Chili Peppers, Scorpions и Пола Маккартни, я дал концерт в самом центре Красной площади – да, всего лишь на один куплет и один припев, зато для какой невероятно благодарной аудитории!
Вспоминая своё путешествие, я частенько расстраивался: за всё автостопное время я не сделал ни одной фотографии – и дело было не в желании, а скорее в возможностях. Но всё же, если подумать, с главного символического события этой истории – выступления на Красной площади, фотка наверняка есть!
Хранится она где-то в далёкой Японии, у пожилой семьи, в ящичке со старыми вещами, среди сотен других фотографий из Москвы, на карте памяти маленького серебристого фотоаппарата с такой безумно яркой вспышкой.
Часть 3. Москва – Киев – Одесса
Нужно его приютить: от Зевса приходит к нам каждый
Странник и нищий. Хотя и немного дадим, но с любовью.
Дайте ж, подруги мои, поесть и попить чужеземцу.
И искупайте его на реке, где потише от ветра.
Глава 34
Пополнив запасы быстрой лапши и консервов, заправив водой походную бутылку и собрав на прощание автографы у всей московской компании на свою бандану, я выдвинулся дальше.
Следующим городом по плану был Киев!
В теории до него было около десяти часов непрерывного хода – это если ты едешь на собственной машине и не останавливаешься даже в туалет. На практике это означало не менее суток или даже двух, с учётом ночёвок.
В карманах у меня шуршали остатки шальных московских денег, и для выезда из города я купил билет на рейсовый автобус – до Обнинска. Дальше, подумал я, пересядем на попутки.
Эх, не ценил я своего московского благополучия! Практично было бы откладывать часть денег в течение этой недели на дальнейший путь! Но моя концепция не подразумевала финансового планирования, я осознанно стремился жить одним днём, без жирка и запасов прочности, так что после покупки билета на автобус у меня снова остались копейки.
Кроме того, уже за МКАД, наводя порядок в рюкзаке, я случайно сел на свою купленную в Москве бамбуковую флейту.
Раздавшийся из-под меня