Так говорил я, и всё это точно свершается нынче!
Глава 64
Стояла прекрасная погода, солнце, совсем не жарко, да и откуда жара в первых числах октября!..
Какие у меня планы? Для начала просто иду подальше от этого места, в город. Главная идея – заглянуть ещё раз на тот рынок и, может быть, снова встретить моих знакомых. Почему бы и нет, если верить в чудеса? Парни к этому времени точно забыли про меня, так что, если увидимся, придётся рассказывать о себе заново – теперь историю с продолжением.
Дальше, если встречаю ребят, смотрим на развитие событий, может быть, ночую сегодня в Симферополе. Если нет – сразу выдвигаюсь домой, в Екатеринбург. Сегодня днём, ждать нечего. Нужно будет набросать по карте маршрут.
Небольшая улочка вела меня вниз, мимо частного сектора. С нагрузкой в виде рюкзака с непривычки идти было нелегко. Но торопиться необязательно, я на свободе, двигаемся по потребностям.
Метров через двести в глубине между двухэтажными деревянными бараками я увидел красную колонку. Старый облупленный металлический гидрант, торчащий из земли, где местные жители набирают холодную воду – и для питья, и для стирки, вообще для всего.
Хорошая идея! У колонки можно полноценно умыться, побриться и почистить наконец зубы! Эх, мой любимый дикий автостоп!
Я положил гитару недалеко от колонки и открыл рюкзак в поисках пакета с банными принадлежностями. Пакет на глаза не попался, и я приготовился было вытаскивать и перебирать весь свой скарб, как вдруг заметил, что внешний карман рюкзака необычно оттопырен. Я редко что туда складывал, не хотелось случайно потерять что-нибудь по дороге.
Так и есть! Каким-то образом пакет со щёткой, пастой, бритвой, мылом и мочалкой переместился в этот карман. И помимо него, я заметил там кое-что ещё.
Знакомая книжица в коричневой обложке. Паспорт! Вот какой молодец, нашёлся! И где? В кармане, куда я его точно не мог положить: обычно засовывал паспорт подальше внутрь, под вещи.
Ну ладно, всё было понятно. По крайней мере, я его не потерял и смогу ехать дальше с документами. Перекладываю паспорт на его законное место внутрь рюкзака и возвращаюсь к колонке.
Вода оказалась холодной, даже ледяной, какой и должна быть в таких источниках! Нажимать на рычаг было тяжело, зато всё работало.
Долгожданный момент гигиены! Я достал из пакета щётку и помятый тюбик пасты, ополоснул рот водой из ладони и провёл щетиной по зубам.
И тут что-то хлынуло у меня изо рта. Ладони залиты красным, борода слиплась. Кровь! Она лила хорошим таким потоком.
Откладываю щётку. Понимаю, что мои зубы на такие упражнения сейчас не согласны, нужно сначала восстановиться, подлечить их.
Минут пять, заливая в рот и выплёвывая ледяную воду, я останавливал кровотечение. Получилось. Промыл щётку, убрал в пакет.
Ладно, побриться-то, надеюсь, сумею?
* * *
Так, понемногу, я начал адаптироваться к свободной жизни.
С некоторыми моментами, как я убедился, стоило быть поаккуратнее. Но главным всё равно оставался вопрос питания: перед выездом мне необходимо было хорошо перекусить, а в идеале запастись едой на дорогу – чтобы снова не вляпаться в длинный голодный переход.
Обдумывая варианты и припоминая маршрут по местным улочкам и паркам, я понемногу добрался до площади с рынком.
Рынок работает, отлично! Спускаюсь в знакомый переход и внезапно обнаруживаю, что подняться у меня уже не получается. Сюрприз! Если в день заезда в изолятор я спокойно проходил тут вверх и вниз, то сейчас, чтобы подняться, мне пришлось перейти к поручням и помогать себе рукой.
Похоже, реально небольшую дистрофию заработал, ладно, будем хорошо кушать – восстановимся!
* * *
Палатку с футболками, кассетами и дисками я увидел издали; она была открыта.
И да, чудеса ещё случаются в этом мире: оба рокера были там! Одеты теперь они были по-другому, чуть другие причёски – подлиннее да полохматее, но самой заметной переменой стал загар: оба были куда чернее, чем в нашу первую встречу.
– Ребята, привет! Помните меня? Мы тут в начале сентября договорились встретиться вечером, но я на месяц подзадержался, по определённым причинам… Но всё равно, вот, добрался. Вопрос актуальный: есть ли вписка?
В этот раз привстали уже оба парня.
– Привет! Так мы тебя ждали, да. Решили, что уехал дальше, раз не пришёл, – сказал тот, что в первую встречу был в футболке с «Сепультурой».
– Нет, я не уехал, – улыбаюсь им, – история такая получилась: через час после того, как я с вами пообщался, меня скрутили в ваш местный спецприёмник, и я там просидел месяц. Вот, два часа назад вышел.
– Чёрт, ты серьёзно? Охренеть! – Парни стояли с открытыми ртами, сопереживая мне: я прямо чуть не расплакался от такого приёма. – Конечно, есть вписка, слушай, да как так вообще?..
– Подожди, мы же сегодня снова в пять закрываемся, может, с нами тут посидишь? Чтобы без сюрпризов? – предложил второй.
– Спасибо! – отвечаю, а сам думаю: как же мне повезло с этими ребятами! – Не переживайте, меня тогда в парке сонного забрали, я больше такими привалами в центре города страдать не буду. С остальным разберёмся.
– Ну хорошо. Тогда приходи в пять снова. Только, подожди, хоть телефон запиши, что ли… – И первый парень черкнул мне на блокнотном листе номер и имя: Андрей.
– Договорились! В этот раз точно буду!
* * *
Жизнь возвращалась в мои вены.
Андрей с другом напомнили мне о мире, с которого всё начиналось и в который я наконец возвращаюсь. О мире, где тебя просто принимают, понимают, поддерживают, ничего не требуя взамен. Просто из человеческой любви – очевидной, базовой, но отчего-то сложно объяснимой.
Итак, у меня в распоряжении есть полдня. Пойду в храм, который мне рекомендовали для первого обеда на свободе. Говорят, от тюрьмы да сумы не зарекайся. Позволю себе в день освобождения официально примерить и суму.
Расспросив прохожих, я легко отыскал Петровско-Павловский собор; в этом городке всё было недалеко – и собор, и рынок, и парк, и изолятор. Вот такие простые рамки человеческой жизни; добавь загс, больницу да кладбище – и готов полный цикл.
Красивое место, спокойствие и тишина, утренняя служба закончилась. Я зашёл в одно здание и спросил, где найти батюшку. Батюшка нашёлся совсем рядом, внимательно выслушал меня, осмотрел с головы до ног. Думаю, не каждый день к нему ломится народ с такой бесхитростной просьбой об обеде. Да ещё