− Своей гибелью ты ослабила Хаману нас-с-столько, что нам с Са-ардом удалось её одолеть и покинуть ту планету, − продолжает этот невероятный, фантастический рассказ Шоа-дар, гораздо более щедрый на подробности, чем его старший брат. – Мы не с-с-стали продолжать экспедицию и сразу рванули к точке перехода, в надежде, что для нас откроют обратный путь. Единственным наш-ш-шим желанием было как можно быстрее отправиться на Землю, чтобы узнать, вернулась ли ты. Но как подданные империи, мы вынуждены во всём подчиняться с-с-своим императорам. А они посчитали нужным провес-с-сти полное дознание, выясняя все подробности наш-ш-шего путешествия и все обстоятельства наш-ш-шего контакта с Хаманой. Нам пришлось доказывать, что мы не предавали империю и не вс-с-ступали в преступный сс-с-сговор с этой тварью, помогая ей вернуться в наш-ш-шу Вселенную. Только из-за этого мы так сильно задержались и не наш-ш-шли тебя раньше. Извини, что тебе приш-ш-шлось столько времени страдать.
Пока братья рассказывали всё это, я сама не заметила, как позволила Са-арду скормить мне всё, что было в тарелке, а потом ещё и солидную порцию запечённой рыбы. А теперь он явно намеревается накормить меня супом.
Отрицательно помотав головой, я даже отодвигаюсь. Глаза бы ещё ели, конечно, но первый голод уже утолён и меня теперь гораздо больше занимают другие вопросы. В частности, всё услышанное и попытка осознать и хоть как-то осмыслить это.
− Ну-у-у, − тяну я, снова чувствуя себя немного неловко под их пристальными взглядами. – Я не знала, что меня кто-то должен найти. Так что не в обиде. Наоборот очень благодарна вам за исцеление.
Не уверенна пока до конца, верю ли им. Поэтому пока не буду рассказывать про то, что меня после пробуждения постоянно преследовало ощущение тоски по кому-то неведомому, и чувство, что меня ищут.
− Вы говорите, что я пожертвовала собой. Как это произошло? – вопросительно смотрю на Шоа-дара.
И вижу, как буквально на глазах темнеет его лицо, как заостряются черты в болезненной гримасе. Да и тело Са-арда, к которому я неосознанно прислонилась, напрягается, становясь похожим на каменное изваяние.
− Ты уверена, что хочеш-ш-шь это знать? – хмуро смотрит на меня змей младший.
− Это было так страшно? – сглатываю.
− Да. Страш-ш-шно, малыш-ш-шка. Даже для нас-с-с. Мы с братом предполагаем, что именно поэтому ты ничего не помниш-ш-шь. Это может быть защитная реакция твоего разума на очень травмирующие воспоминания. Возможно, так для тебя действительно лучше. Хотя для нас с-с-с Са-ардом эта твоя потеря памяти создаёт непредвиденное препятствие.
− Препятствие? – удивлённо вскидываю брови. – Почему?
− Потому что вместе со с-с-своей гибелью ты забыла и всё то, что было между нами, − на губах Шоа-дара появляется кривая ухмылка. – Нам придётся наново добиваться твоего согласия быть наш-ш-шей.
Ой. От осознания, что именно он имеет в виду, у меня даже кончики ушей начинают гореть. Неужели я действительно имела отношения с ними? Насколько интимные?
Не спрошу, не узнаю.
− И что… во время этого путешествия у меня с вами… была близость? – бормочу, боясь поднять глаза. Сгорю ведь.
− О да, − мурлычет Шоа-дар.
− С обоими? – не скрываю своего недоверия.
− Да, Ж-шеня. Ты принадлежала нам обоим, − сжимается на моей талии рука Са-арда. – Мы с-с-с братом вдвоём претендуем на тебя сейчас-с-с. И ты станешь наш-ш-шей общей супругой, когда примешь наш-ш-ши притязания.
− «Когда»? − хмыкаю нервно. – Вы так уверены, что я соглашусь?
− Конечно, − уверено кивает Шоа-дар. − Ведь ты идеально подходиш-ш-шь нам ментально. А мы идеально подходим тебе.
− Как это?
− У представителей наш-ш-шей расы есть способность определять свою ис-с-стинную пару, чувствовать идеальную ментальную совместимость. И так получилось, что мы с братом оба почувствовали с-с-свою пару в тебе, даже несмотря на то, что ты была в искус-с-ственном теле. Сейчас же у нас не осталось в этом никаких с-с-сомнений.
8.2
Сказать, что я ошеломлена, это ничего не сказать.
Мне казалось, что ничего удивительнее рассказа о своём ментальном путешествии и гибели в чужом теле я уже не услышу. Но ошибалась, как выяснилось.
Почему-то именно утверждение, что я пара для них обоих, вызывает во мне больше всего эмоций. Наверное, причина в том, что путешествие, моя героическая и возможно мученическая смерть, независимо от того, были ли они на самом деле, или нет, уже остались в прошлом и, возможно, я всего этого так никогда и не вспомню.
А вот от желания двух огромных змеехвостых мужчин видеть меня своей женщиной отмахнуться не так просто. Потому что они есть здесь и сейчас. И явно на что-то рассчитывают.
− Эм, это очень неожиданно, − бормочу я, пытаясь найтись с ответом. – И сейчас вы… чего-то от меня… ожидаете?
− Прямо сейчас мы просто наслаждаемся тем, что ты жива, находишься рядом с нами и уже нас не боишься, − обезоруживающе улыбается Шоа-дар.
Хорошая попытка увильнуть.
− Угу. А что будет потом? После нашего разговора, например. Вы ведь вернёте меня домой? Мы договаривались.
Почему-то сейчас я уже практически уверена, что неправильно тогда поняла.
− Не совсем так, малышка, − подтверждает мои опасения Са-ард. − Я обещал, что мы поговорим после твоего лечения.
Чёрт. Действительно. А я была слишком не в себе, чтобы уловить, где тут подвох.
− То есть, вы меня всё-таки похитили? – прищуриваюсь, повернувшись у нему. – И отпускать не собираетесь?
− Ты согласилась. И сейчас находишься здесь по доброй воле. А насчёт дальнейшего... Есть ещё один момент, который мы не успели тебе рассказать, − сообщает он ровным тоном, внимательно наблюдая за моим лицом. – Наши императоры приказали доставить тебя в Аша-Ирон.
− Зачем?
− Из-за твоего очень тесного контакта с Хаманой. Они хотят расспросить тебя обо всём. И убедиться, что она не нашла никакого способа пробраться в нашу Вселенную.
− А разве вы не убили это существо?
− Нет, Ж-шеня. Убить богарессу, даже обессиленную, нам не по силам. Мы всего лишь уничтожили одно из её воплощений. Ослабили её сущность. Но не убили. Она со временем всё равно возродится.
− Вы хотите сказать, что этих ваших богаров вообще невозможно убить?
− Даже если такой способ существует, они не спешат им делиться, − мрачно хмыкает Шоа-дар.
Чёрт. Не самая приятная новость. Так это что, получается? Они подозревают,