Но случилась Хамана. И уже дважды за прошлый год она попыталась перетащить на-агаров на свою сторону, манипулируя и угрожая истинным парам самых влиятельных змеев.
А в случае со мной она вообще пошла дальше. Поняв, что перекроив мою сущность, зараженную ею, и мой организм по своему желанию, она сможет получить то, что и Абсолют. Новую расу, которая будет иметь все шансы со временем стать господствующей в этой Вселенной. И конечно, Са-арда с Шоа-даром, потому что я их пара. А вместе с ними, со временем, и весь Дом Черных на-агаров, потому что они его наследные принцы.
Абсолюту это все ужасно не понравилось и он решил действовать решительно. Уничтожить меня, как носителя заразы, значило бы потерять по меньшей мере двух сильных влиятельных на-агаров и, скорее всего, весь Дом Черных, если отец решит встать на сторону сыновей. А он вполне мог такое решить. Покровитель Аша-Ирона пошел другим путем. Предложил Са-арду и Шоа-дару действенный способ, как избавить меня от сущности Хаманы, действительно единственно возможный, как заверил меня жрец.
Но условием этого ритуала было не только то, что я должна была добровольно на него согласиться. Условием стало принятие на-агарами служения Абсолюту. Ибо только так он получал власть как-то влиять на их сущность.
Всеми на-агарами.
И лидеры на-агарских домов на это согласились. Отец Са-арда и Шоа-дара – ради сыновей и их будущего со своей парой, а глава Бронзовых – по каким-то своим личным соображениям. Так что мои возлюбленные, приняв это судьбоносное решение, начали готовиться к ритуалу, проходить через все стадии посвящения, чтобы это не означало. Поэтому они мне и сказали тогда, что нужно время, чтобы претворить в жизнь их план. Однако Хамана захватила надо мной контроль раньше.
И неизвестно, как бы все повернулось, если бы я не сумела ее переиграть.
Так что честь мне и хвала. Я не только сделала возможным свое спасение, но стала основной причиной перехода двух могущественных на-агарских Домов под покровительство Абсолюта, что очень укрепило империю. Это со слов ри-одо Сетору.
Еще он меня заверил, что во время ритуала мы были наделены частью только духовной и энергетической сущности нашего покровителя, а не ментальной и сознательной, как было у меня с Хаманой. Поэтому это никак не повлияет на мою волю, мнение, решения. Так же как и на моих мужчин.
Лина пылко подтвердила, что именно так всё и обстоит. Она тоже в своё время получила подобные дары от Абсолюта. И хотя ей с этими дарами порой бывает очень трудно жить, но на ее решение могучий богар не влияет. По её же словам.
Относительно частицы Хаманы, к сожалению, у богаров существует закон не причинять друг другу прямой вред. Так что Абсолют не имел права ее уничтожать. Но поскольку физического носителя она потеряла, а в другого, без определенных ритуалов и своего физического присутствия в этой Вселенной, переселиться не сможет, потому что это потребует чрезвычайно много сил, то этот ошмёток её сущности либо найдет путь к ней целой, либо истлеет, лишённый источника питания.
А может Абсолют и сам ее как-то выбросил из нашей Вселенной. Это уже даже жрецу неизвестно. Но все равно лично мне больше не стоит ее бояться, потому что я отныне защищена Абсолютом.
В конце концов, я успокоилась, поверив им всем.
На том наша встреча и подошла к концу.
Мы попрощались с императорской семьей, Са-ард с Шоа-даром официально пригласили их всех на торжественное празднование нашей свадьбы через пять дней, получили такое же официальное согласие, снова подхватили меня на руки и двинулись к взлетной площадке, чтобы наконец вылететь домой.
И вот – мы летим. Не на шаттле, как в прошлый раз. Корабль на-агаров не спеша рассекает персиково-молочные облака неба Тэрстани.
От меня больше ничего не скрывают. Я могу свободно передвигаться по всем помещениям. Но вместо этого просто сижу в кресле, которое для меня установили в комнате управления, и молча наблюдаю за своими, подумать только, мужьями.
Они уже связались с отцом, сообщили ему, что ритуал нами успешно пройден. Это заставило меня снова немного посмущаться и покраснеть, потому что всем известно, как именно этот ритуал должен был проходить.
Но ни-одо Аракеш ограничился очень теплым и искренним поздравлением, без двусмысленности в словах и мимике. Как будто ничего такого необычного в этом не было. Может, для них это действительно так и это только по моим человеческим меркам неприличная тема.
Затем они обсудили то же торжественное празднование, о котором сегодня было столько речи. И еще день посвящения, когда все на-агары империи официально примут покровительство Абсолюта. Насколько я поняла, это тоже должно произойти уже очень скоро.
И у меня теперь в голове крутится куча вопросов.
− Почему другие на-агары на это согласились? – спрашиваю я наконец, когда все переговоры заканчиваются.
Са-ард и Шоа-дар одновременно поворачиваются ко мне, отрываясь от своего интерактивного стола.
− На что «это», Ж-шеня? – уточняет Са-ард, плавно двинувшись ко мне.
− На это посвящение. Почему все согласились принять покровительство Абсолюта и, в сущности, перейти в новую религию? Никогда не поверю, что это из-за меня. Может я и важна настолько для вас, но точно не для остальных.
− Опять ты себя недооцениваеш-ш-шь. Может ты для нашего народа и не имеешь такого же значения, что и для нас с братом, но ты важна для всех на-агаров, как с-с-символ, как воплощение всех истинных пар, делающих нас уязвимыми перед такими монстрами, как Хамана. Взять к примеру главу Бронзовых, ни-одо Чотжара. Он уже знает, кто его пара. И вынужден ждать, потому что она слиш-ш-шком юная. А еще бояться потери, потому что она слиш-ш-шком уязвима. Соглашаясь на покровительство Абсолюта, он тоже ш-ш-шёл на это из-за своей будущей избранницы. И так со многими.
Змей старший не спеша обтекает своим длинным телом мое кресло, окружая меня кольцами своего хвоста.
– Кроме того, это также весомый политический ш-ш-шаг, – продолжает он. − Мы все очень честолюбивы. А с-с-совместное с аш-ш-шарами вероисповедание, покровительство и сила Абсолюта в крови и наших энергетических сущностях делает нас по сути равными с ними на политической арене империи. Мы уже давно понемногу начали перенимать некоторые