– Отпусти меня, – прорычал Шенли, каменея на месте. – Что бы вы ни задумали с повелителем демонов, империя Таотянь никогда не будет принадлежать Ксиану!
– А кто сказал, что я с ним заодно? Я сама по себе, мой милый Шенли… – промурлыкала Цзин, обходя его по кругу. – И только рада насолить Ксиану.
Пришлось собрать в кулак всю выдержку, чтобы не шарахнуться, не следить взглядом. Позволить этой демонице оказаться за спиной. И все равно Шенли нервно выпалил, сжимая пальцы:
– Тогда помоги свергнуть его! И убирайтесь в свой Подлунный мир!
Цзин прильнула сзади. Она потерлась о Шенли всем телом, как ластящаяся кошка. Тонкие руки скользнули по его груди, царапнули длинными коготками через шелк ханьфу. Даже хвост – и тот обвил бедро Шенли. Нарочно прижимая его ближе к Цзин, горячей, гибкой, манящей хрустальным смехом на ухо:
– Ах, ты такой зануда… Постоянно говоришь о делах империи. Даже не представляешь, что мне хочется сделать с тобой, когда я снова это слышу.
Глава 38
– Ч-что? – Шенли напрягся в руках Цзин.
Она наказала за это. Легкий взмах когтей – и царапины у основания шеи. Совсем небольшие, как от разыгравшейся кошки. Но Шенли все равно вздрогнул.
– Ты так много думаешь о делах, – промурлыкала Цзин, ведя ладонями по его телу. – И совсем не умеешь расслабляться. Мне бы стоило сковать тебя магией на целую ночь. И заставить сорвать голос от моих ласк. Тогда бы ты точно забыл обо всем на свете. Когда я ласкала бы тебя так, как не умеет ни одна распутная девка во всей твоей империи. Когда я показала бы тебе, что мужчина может сгорать от страсти настолько ярко, как тебе и не снилось… Если его любовница не знает рамок и запретов, каких-то глупых человеческих приличий.
Ее ладонь бесстыдно скользнула к низу живота, юрко проскользнула между полами ханьфу, и Шенли сдавленно рыкнул, ощутив касание через брюки. Тонкие ловкие пальцы накрыли его член, проходя вверх и вниз, поглаживая, распаляя. Шенли дернулся зло, сжимая бедра:
– Ты не любовница мне, Цзин! Я никогда не лягу в постель с демоницей, мне отвратителен весь ваш народ!
Он так и не понял, как это произошло. Как хвостов у Цзин стало гораздо больше. Девять, как в старых легендах? Шенли не знал. А краем глаза заметил, что на голове Цзин появились и лисьи уши, когда она наклонила ее, чтобы чувствительно прикусить нежную кожу на шее. Похоже, разозлившись, демоница хуже контролировала себя. Или наоборот? Ведь сразу несколько хвостов обвились вокруг ног Шенли, как веревки, силой заставляя развести ноги. Чтобы Цзин могла без препятствий скользнуть рукой ниже.
– А я? Я отвратительна тебе?
Ласка тонких пальцев стала жестче. Даже когти слегка царапнули через ткань. Шенли едва не заскулил от беспомощности. Рваться сейчас, когда одна когтистая рука Цзин лежала на его шее, а вторая – на не менее опасном для мужчины месте, было невозможно. А эта демоница упивалась, лаская, тихо посмеиваясь на ухо, шепча хрипло и вкрадчиво:
– Так отвратительна, что ты сейчас изольешься в свои же брюки, как мальчишка?
Шенли глухо застонал, закрывая глаза. И тут ему вспомнились ножны, висящие на поясе Цзин. В них был не то короткий клинок, не то длинный кинжал – к счастью, на своей шкуре проверять случая не представилось. Но лучше паршивое оружие, чем совсем никакого!
Шенли подался назад, потерся о тело Цзин, запрокидывая голову, и с губ сорвался рваный хриплый вздох. Нужно было убедить эту демоницу, что поддался ей!
Она довольно усмехнулась, ослабила хватку на шее, да и с коготками стала поосторожнее. Только продолжила с нажимом поглаживать ладонью, нарочно не доводя до грани, мучая, разжигая. В голове от этого туманилось, но Шенли взял себя в руки. Выберется отсюда – найдет себе девицу на ночь! Сейчас главным было другое.
Шенли резко завел руку назад, выхватывая чужой клинок из ножен. А после вывернулся из девичьих рук, поворачиваясь к Цзин лицо к лицу. Черные волосы Шенли растрепались, глаза горели не то возбужденным, не то яростным огнем. В голове была еще пелена, но он думал лишь об одном. О побеге из лап демоницы!
Глава 39
– Тебе не понравилось, Шенли? – рассмеялась Цзин.
Отблески свечей плясали на ее рыжих волосах, на заметных лисьих ушах, на хвостах, недовольно подергивающихся за спиной. Они соединились в один, коротко вспыхнув светом. Цзин ударила им по полу, и от удара в воздух взвилось несколько огненных сфер. Они полетели в сторону Шенли.
Он ловко пригнулся под одной сферой, уклонился от второй, третья едва не зацепила рукав ханьфу. Прошлась в сантиметре. В итоге, их удар пришелся по мебели. Разлетелась в щепки деревянная узорчатая ширма, зазвенело осколками разбитое зеркало. К счастью, ничего не загорелось. Похоже, это был магический огонь, не настоящий. Но испытывать его силу на себе все равно не хотелось!
Шенли ринулся в атаку. Он решительно сжал рукоять клинка. Короткое прямое лезвие блеснуло в свете свечей. Шенли устремился к Цзин, и ни один человек не увернулся бы от этого быстрого удара. Но она утекла в сторону, как проворный ручеек. Только рассеклась под лезвием тончайшая ткань ханьфу.
– Ты отпустишь меня, демоница! Или я убью тебя!
– Попробуй, – прошипела Цзин. – Не боишься, что проиграешь мне? Я могу быть уже не такой ласковой с тобой!
Уйдя вбок, она сделала выпад. Больше оружия при Цзин не было. Но острые когти вполне его заменяли! Длинные, поблескивающие золотым, они прошлись по плечу Шенли. Ткань ханьфу разошлась даже без треска. Он сбился с дыхания, ощутив пять росчерков на коже.
Шенли дернулся в сторону. За спиной оказалась сломанная ширма, но он не споткнулся, ловко перемахнул. Учитель по боевым искусствам всегда твердил Шенли, что хороший воин должен замечать все. Хотя сложно было чувствовать себя хорошим воином сейчас. Когда хрупкая на вид девушка начала загонять в угол. Цзин принялась наступать, замахиваясь когтями раз за разом. Шенли едва успевал то уклоняться, то парировать клинком. В один из раз лезвие скрестилось с когтями в считанных сантиметрах от лица.
– Осторожнее, глупый, – со смешком Цзин отбила клинок, как от мухи отмахнулась. – Я же не хочу испортить тебе мордашку. Ты слишком красивый,