— Да пошли вы! — зло бросил я и пошёл к машине.
Вася.
Прошла неделя с того дня, как я ушла от Саши. До сих пор с трудом верилось, что любимый человек может так с тобой поступить. А ведь Максим меня предупреждал! Говорил, что я плохо знаю Сашу. Но я ему не верила. Глупая любовь застилала глаза. Вот только Саша мне ни разу не сказал, что любит меня. Теперь, когда я поняла, насколько был прав Максим, мы стали с ним ближе. Стали больше общаться и больше времени проводить вместе. Чтобы хоть как-то избавиться от мыслей о Саше, я стала чаще бывать в приюте для собак. В новом приюте. Потому что из старого нас выгнал Саша. И сердце снова отказывалось верить в происходящее. Казалось, что это дурной сон.
Вот сейчас я проснусь, и всё будет, как раньше. Сашка лежит рядом на постели, сжимая меня в объятьях так крепко, что практически нечем дышать. Но это не раздражает, а наоборот, вызывает нежность. А потом я его поцелую, он проснётся и мы займёмся любовью.
Сейчас, лёжа в одиночестве на постели, хотелось плакать от жалости к себе. Но откуда-то поднявшаяся волна тошноты, заставляет подскочить с кровати и бежать в ванную. Склонившись над унитазом, я вспоминала, когда в последний раз у меня были месячные. Картина выходила неутешительная. Похоже, что у меня задержка. Но ведь этого не может быть! Мы же всего один раз занимались любовью без презерватива! Хотя, это была одна ночь, но вот "раз" был точно не один. Собравшись с духом, позвонила и записалась на приём к гинекологу. Тесты это конечно хорошо, но хотелось быть уверенной на сто процентов.
На следующий день я сидела в очереди к врачу в женской консультации. Руки тряслись от волнения, а пустой желудок бунтовал. С утра меня снова стошнило, а есть после этого не хотелось. После очередного голодного урчания живота, девушка, сидящая рядом со мной, протянула мне пачку печенья.
— Вот, угощайся. Мне это всегда помогает, — улыбаясь, предложила она.
Поблагодарив, я взяла пару печенек и с жадностью съела. Девушка с улыбкой наблюдала за мной.
— Первый раз? — спросила она меня.
Я только кивнула в ответ.
— Ты не переживай. Всё нормально будет. Я тоже первый раз боялась, но теперь уже не страшно, — улыбаясь, подбодрила она меня.
В этот момент дверь в кабинет открылась и медсестра назвала мою фамилию. Девушка снова подбодрила меня, и я на негнущихся ногах вошла к врачу.
После осмотра врач сняла перчатки и с улыбкой посмотрела на меня.
— Можете одеваться, — она села за стол и начала заполнять бумаги, а моё сердце замерло в ожидании, — Что ж, я вас поздравляю. Вы беременны, — радостно известила она меня.
Я с трудом слезла с кресла и натянула на себя бельё и джинсы.
— Срок три недели, — услышала я сквозь грохот крови в ушах.
Доктор сказала что-то ещё, но я её не слышала. В голове билась только одна мысль. Я беременна. У меня будет ребёнок от Саши. Попрощавшись с врачом, я вышла из кабинета и села на банкетку в коридоре. Слёзы ручьями полились из глаз.
— Ну, что ты, не расстраивайся! — услышала я голос той же девушки, что до этого угощала меня печеньем, — Ты ещё молодая. У тебя ещё будут дети!
— Я беременна! — хлюпая носом, ответила я ей.
— Ну, так тем более, глупая, радоваться надо, а не крокодильи слёзы лить! — девушка погладила меня по плечу и протянула упаковку бумажных платочков.
Я с благодарностью вытащила платок и принялась вытирать слёзы.
— И вообще, прекрати плакать! Нервные напряжения вредны для ребёнка! — попыталась образумить меня девушка.
Высморкавшись и вытерев слёзы, я попрощалась с девушкой и поехала домой. По дороге думала, как я сообщу родителям эту новость. Мама меня убьёт. Она и так думает, что это я виновата в том, что мы с Сашей расстались. Только папа меня поддерживал и утешал всю эту неделю.
Открыв дверь, я вошла в пустую квартиру. Родители были ещё на работе, так что я была предоставлена сама себе. Подойдя к зеркалу, я задрала майку и, повернувшись боком, взглянула на свой ещё плоский живот. Внутри меня уже росла новая жизнь. И может я буду одна, но я никому и никогда не отдам своего ребёнка. Тем более от любимого. Это будет только мой ребёнок. А Саша никогда о нём не узнает. Я ему точно не расскажу.
Неделя подходила к концу. Утренняя тошнота всё также донимала меня. Однажды, мама увидела меня в ванной, склонившейся над унитазом, и всё поняла. Но, вопреки моим ожиданиям, она меня не ругала. Только подошла, обняла и принялась утешать. В выходные они уехали на дачу. Я, сославшись на то, что плохо себя чувствую, осталась дома. Мама, правда, тоже хотела остаться, но я её убедила, что со мной всё будет нормально. Так что теперь я сидела дома одна, ела безвкусные, но зато, как убеждала меня мама, полезные овощи из пароварки и смотрела телевизор.
Когда время приблизилось к двенадцати ночи, я приняла душ и легла в постель. Но сон всё никак не шёл. Я думала, почему Саша ни разу не позвонил. Я бы конечно с ним не стала разговаривать, но сам факт того, что он не звонил, раздражал мою и так возбуждённую психику.
Промучившись так где-то около часа, я встала с кровати и пошла на кухню выпить воды. Я снова вернулась в кровать и попыталась заснуть. Когда я уже начала наконец-то проваливаться в сон, раздался звонок в дверь. А потом я услышала Сашин голос, выкрикивающий моё имя.
— ВАСЯ! — услышала я крик из-за двери.
Пока я натягивала халат, Саша начал ещё молотить кулаками по двери. Распахнув дверь, я увидела его с занесённой рукой для очередного удара. И от