— Васенька, — протянул он, улыбаясь.
Ну, вот как можно, даже будучи пьяным в стельку, быть таким милым?!
— Чего тебе надо? — грубо спросила я.
— Вась, я тебя люблю, — пошатываясь, сказал он.
За две недели он ни разу не удосужился сказать мне три этих слова, которые я так ждала. А теперь он является ко мне домой в час ночи совершенно пьяный и заявляет, что любит меня. После того, как прошла неделя без единой весточки от него, после того, как мы расстались, он стоит у меня под дверью, едва держась на ногах, и говорит, что любит меня! Я была ужасно зла на него.
— Я за тебя очень рада! — прорычала я и захлопнула у него перед носом дверь.
— ВАСЯ! — снова заорал он за дверью.
Я снова распахнула её и чудом успела увернуться от руки, собиравшейся ударить по двери.
— Ты вообще идиот?! Прекрати орать! Всех соседей мне перебудишь! — зашипела я на него, внимательно прислушиваясь к звукам в подъезде.
Но, казалось, никто не заметил шума, поднятого Сашей. В подъезде стояла тишина. Я перевела взгляд на покачивающегося передо мной парня.
— Вась, пусти меня, — жалобно протянул он.
— Нет! — прошипела я на него и уже собиралась снова захлопнуть дверь, но Саша упёрся в неё рукой, мешая мне закрыть её.
— Если ты меня не пустишь, то я снова буду кричать, разбужу твоих соседей, а они вызовут милицию! — пригрозил он, спотыкаясь практически на каждом слове.
— Чёрт бы тебя побрал! — разозлившись, выругалась я, но пропустила парня в квартиру.
Он шатался на каждом шагу, врезаясь во всё что только можно, поэтому я обхватила его за талию и повела в ванную, чтобы хоть немного привести его в себя. Саша тут же обхватил меня рукой за плечи, пытаясь принять более устойчивое положение.
— Вааасяяя! — благоухая парами алкоголя, он наклонился и доверительно прошептал мне на ухо, — Я тебя люблю!
— Давай, пьянь, раздевайся! — проигнорировав его слова, приказала я, заведя его в ванную комнату.
Саша попытался стянуть с себя футболку, но она застряла где-то в районе головы. Я, тяжело вздохнув, принялась помогать ему, отталкивая его назойливые руки, которые не хотели мириться с тем, что они сейчас не способны к каким-либо адекватным действиям. Отбросив своё смущение и робость перед его голым телом, я стянула с Саши боксеры и затолкала его в душевую кабину. Он замер там и уставился на меня глазами новорожденного телёнка, непонимающе и доверчиво смотрящего на мир.
— Горе ты моё луковое! — снова вздохнула я, — Ты сам-то помыться сможешь?
— Вась, я люблю тебя! Вернись ко мне, пожааалуууйста! — будто не слыша мой вопрос, снова жалобно протянул Саша.
Видимо придётся принять крайние меры! Я скинула халатик и пижаму и, оставшись в одних трусиках, залезла в кабину. Повернувшись к Саше спиной, я принялась настраивать температуру воды. Он тут же обнял меня за талию, прижал к своему телу и уткнулся носом мне в затылок.
— Вась, прости меня! — прошептал он.
Проигнорировав его слова, я оторвала его руки от своего тела и, взяв мочалку и мыло, принялась мыть парня. Он закрыл глаза и едва не замурлыкал от удовольствия. Когда очередь дошла до головы, то я надавила ему на затылок, чтобы он нагнулся. Он только послушно подчинялся, больше не пытаясь дотронуться до меня. Смыв шампунь, я выключила воду, вывела его из кабины и начала вытирать полотенцем. Быстренько вытершись сама и скинув мокрые трусики под прикрытие полотенца, я надела пижаму, взяла Сашу за руку и потащила в свою комнату. Уложив его на кровать, я накрыла его одеялом и пошла к двери.
— Вась, — услышала я с кровати, — Вася. Ты куда? — уже более осознанным голосом, видимо душ подействовал, спросил Саша.
— Спи. Мне надо в ванной убрать, а то с тебя воды налилось на пол, — прошептала я и развернулась, чтобы выйти из комнаты.
— Вась, — снова услышала я.
— Ну, что? — раздражённо прошептала я.
— Ты ведь поспишь со мной? — жалостливо спросил он.
— Да, да. Спи! — бросила я и вышла из комнаты.
Вытерев в ванной пол, я вышла на кухню и встала у окна, опершись лбом о стекло. На глаза навернулись слёзы. Любит он меня! Ну, конечно! Если бы любил, то не выгнал бы наш приют с территории. Если бы любил, то сразу бы сказал, что это он и есть, тот новый загадочный владелец земли. Где-то в глубине души, ещё теплилась слабая надежда на то, что он меня всё же любит. Но его поступки говорили мне об обратном. Вытерев слёзы, невольно сбежавшие по моим щекам, я отвернулась от окна и вышла из кухни. Входя в свою комнату, я надеялась, что Саша уже спит. К счастью, мои надежды оправдались. Боюсь, что ещё одного "я тебя люблю" мою сердце не выдержало бы. Тихонько, стараясь не потревожить Сашу, я забралась под одеяло, и отодвинулась подальше от любимого тела. Но это тело, похоже, думало иначе. Стоило мне только опустить голову на подушку, как меня тут же сграбастали в объятья и крепко прижали к горячему и, между прочим, голому телу.
— Вась, я люблю тебя! — проснувшись, снова прошептал Саша мне на ухо.
Как я и думала, больше сил держаться у меня не было. Непрошенные слёзы потекли по моим щекам, прокладывая горячие дорожки. Тело непроизвольно начало сотрясаться от всхлипов. Я почувствовала, как Саша зашевелился у меня за спиной.
— Вась, ты что плачешь? — сонно спросил он.
— Нет! — зло бросила я, — Спи!
— Вась, прости меня пожалуйста! Я не знаю, что мне сделать, чтобы ты меня простила, — отчаянно прошептал он.
Я только молча вытерла кулаком нос и попыталась успокоиться.
— Василисушка! Лисёнок мой маленький! Я правда тебя очень-очень сильно люблю! — снова зашептал он мне на ухо и поцеловал чувствительную кожу шеи.
— Саш! Давай спать, пожалуйста! — всхлипывая, попросила я.
Утром я проснулась одна. Саши нигде не было. Только на кухне на столе стояла кружка свежесваренного кофе, а рядом лежала записка: "Прости меня. Я вёл себя, как дурак.".
Глава 12
Матвей.
Утром я проснулся с глупой улыбкой на лице. А всё потому, что мой маленький котёнок спит со мной рядом, уткнувшись носом мне в шею. Её