— Капитан, вахта, — выбил меня из короткого экскурса в прошлое Антон.
— Принято, — поднимаясь с ложемента отозвалась я. — Вахту сдала.
— Вахту принял, — устроился за моим терминалом Сумароков.
Справа приветствиями обменялись Торрек и Сандерс…
Этот оказался ещё тем пройдохой, как и Слайдер в свое время незаметно став нужным. И не только в стычках с домонами, во время которых давал весьма неожиданные советы, но и на базе, взяв на себя вместе с Рэей, Рэем, тем же самым Слайдером и Шураи физическую подготовку экипажей.
Произошло это сразу после первого мордобоя с вольными, контакт с которыми проходил на их территории. Нас с Дарилом узнали сразу, как и мы тех, с кем предстояло иметь дело. Сначала еще не забывали следить за репликами — как-никак, а временные союзники, но потом прошлое взяло верх и… понеслось.
Как и раньше, о том, что я — женщина, вспомнили не сразу, когда досталось всем, включая меня. Разбитая губа, залитый кровью глаз, выбитый сустав… Обезболивали какой-то бурдой, алкоголя в которой было немногим меньше чем в чистом спирте, но боты успевали избавиться от нее раньше, чем начинало помогать.
Вот тогда Сандерс и взялся… Сначала за меня, посчитав, что я, как его аллера, не имею права позорить столь высокое звание, а затем и за всех остальных.
Прошли чуть больше двух недель, и я начала от Сандерса прятаться. Выставлять нас в разные вахты, как можно реже бывать на базе…
— В этом секторе цепляли всплески, — уже отойдя от терминала, вернулась я назад, выведя на объемку систему, из которой ушли. — Засветкой не проявились, но… — Я положила ладонь Антону на плечо: — «Эссанди» и «Рокси» тоже передали о подозрительной активности, так что смотри в оба.
— Принято, капитан, — Сумароков шевельнулся, подгоняя ложемент под себя.
Я убрала руку, развернулась, тут же упершись взглядом в Сандерса…
— Через неделю получаем четыре пташки, модификанты стрэков с ИР нового поколения…
Сандерс чуть развернул ложемент, но продолжал молчать, глядя на меня своим обычным взглядом недовольного всем… домона.
— Штаб утвердил должность третьего заместителя, по боевой подготовке. Пойдешь?
Из наблюдателя с практически неограниченными возможностями в заместители… Обмен был неравноценным, но это если не брать во внимание тот факт, что он и так этим уже занимался.
— Да, — не разочаровал меня Сандерс.
— А капитаном одного из модификантов? — вышла я на добитие.
— Вот это поворот… — не удержался от сарказма Торрек. — Из ашкера ардона…
— Да, — абсолютно равнодушно ответил Сандерс и вернул ложемент в стандартное положение.
— А ты? — посмотрела я на Торрека.
— Что — я? — ухмыльнулся тот, чтобы тут же кивнуть. — Раз уж у тебя дорга нет.
А ведь ещё не так давно отказывался…
С чем была связана его покладистость, я догадывалась. Аллера и ее капитаны…
Штабу этот расклад был так же понятен, как и мне.
— Капитан, а кто еще? — высунулся из-за внешки Костас.
По физиономии ничего не поймешь, но в глазах поблескивало нехорошим таким энтузиазмом. Опять пари…
Запрещать подобные развлечения за своей спиной я не собиралась. Хватало того, что сама отказалась от жизни.
— Шураи и Антон, — равнодушно произнесла я, разворачиваясь, чтобы покинуть командный.
— Капитан…
Голос Сумарокова сорвался, но я даже не оглянулась, лишь бросила, поднимаясь на площадку телепортатора:
— Справишься!
И ведь не покривила душой. Чтобы подняться на следующую ступень Антону не хватало только самостоятельности. Все остальное у него уже было.
Дорога до каюты не заняла много времени. Площадка там, площадка здесь…
Когда за спиной сдвинулась створа, медленно выдохнула. Хотелось резко, разделяя им то и это, но когда я искала легких путей.
Рабочая куртка полетела на пол, затем ботинки, штаны… Будь моя воля, я бы вообще сюда не возвращалась, но…
Душ был холодным, хлестким, выбивая из тела малейший намек на слабость. Затем растереться до красноты, до горевшей кожи… Как напоминание о боли, помогавшей держаться.
Стакан с коктейлем стоял на столе, рядом с двумя снимками. На одном я с Искандером… давно, еще на Земле, когда он вместе с комиссией посещал нашу Академию. На другом тоже я, но уже с Индарсом. Та самая, наша последняя с ним встреча…
Вся информация о гибели императора Индарса оказалась засекречена на таком уровне, что и захочешь, а не пробьешься. Из известного — флагман в сопровождении четырех крейсеров напоролся на засаду в секторе базы Хэдершал. Ардон с полной загрузкой…
Где именно находится база, почему не обеспечили достойного прикрытия, является ли смерть императора стархов следствием предательства или это всего лишь стечение обстоятельств…
Вопросов было много, ответов — ни одного. Это из тех, который можно было назвать вразумительными.
А из других…
Старх'Эй бурлил жаждой мести за своего императора. В бой рвались все, невзирая на пол и возраст…
Смерть Индарса объединила нацию, сделав ее монолитной, непобедимой.
В какой-то момент мелькнула мысль об инсценировке — выглядело вполне в духе старха, да и цель выглядела великой, вполне подходя под его критерии целесообразности. Мелькнула и… осталась… бессмысленной надеждой, в которую не верила я сама.
Не верила…
— А как же я?! — позволив боли взять над собой верх и опустившись на колени, прошептала я. Закрыла лицо руками…
И ведь понимала, что не имела права…
Это не было мгновением моей слабости — силы, помогавшей сделать все, но не потерять и других.
— Капитан…
Оглянувшись на информер, выругалась сквозь зубы. То, что он светился красным, ничего не значило, когда речь шла о старшем медике.
— Одну минуту, — попросила я, вставая с пола. Подняла валявшуюся форму, скинула в угол. Туда же передвинула ботинки.
На то, чтобы надеть чистый комплект рабочей формы ушло оставшиеся сорок секунд.
— Капитан-лейтенант, — дав команду на открытие двери, приветствовала я Стаса. — Каптри? — несколько удивленно посмотрела на вошедшего следом Торрека.
— Капитан, есть разговор, — Стас прошел внутрь, остановился у стола.
— Слушаю вас, капитан-лейтенант, — не возмущенно — устало произнесла я. Восемь часов на вахте…
Дело было не в вахте, в противостоянии между мной и всем миром.
— Говори! — коротко, но жестко бросил Стас. Не мне — Торреку.
Он и сказал…
— Капитан, ты не права!
Очень хотелось возмутиться, но… стало не легче — спокойнее. Когда заходили с таких фраз…
— Еще конкретней, — попросила я, даже не стараясь представить, где и в чем допустила ошибку. Сами скажут, даже требовать не придется.
— Если конкретней, то аллеры домонов выбирают мужчин сами. Исключений из этого правила нет. А что касается моих прав на тебя…
— … отец наследницы, передавший свою дочь под опеку, остается при приемной матери личным телохранителем, клянясь сберечь жизнь иноры ценой собственной, — закончила я за него. Оглянулась на Стаса… На спину Стаса. — У вас все?
— Нет! — категорично качнул головой Торрек. — Капитан, ты нужна нам! Всем и каждому, но…
— Капитан, тебе стоит вернуться на мостик, — перебил его Антон.
— Принято, — отчеканила я, беспрепятственно пройдя мимо домона. Когда говорят таким тоном…
В командный Торрек поднялся вместе со мной. По дороге молчал, что меня не удивляло. Этот парень неплохо знал, где пролегали границы моего терпения.
— Что у нас? — подошла я к капитанскому терминалу. Увеличила объемку… Показания гравитационного возмущения щелкали, поднимаясь все выше и… выше.
Пять и девять. Семь и один. Семь и восемь. Девять и четыре. Одиннадцать и два…
Цветовая расцветка становилась все более темной, мрачной. Алый цвет уходил в темно-бордовый, тянулся к черноте…
Ярость — к смерти…
Полтора месяца.
— Капитан… — Антон поднял голову, посмотрел на меня.
Оглянулся Джастин. Высунулся из-за внешки Хорс. Встал рядом со мной Торрек…