Концлагеря, думает Рита, стараясь не поддаваться подспудно отвлекающему фактору — присутствию Сирхана неподалеку. Концлагеря, где все заключенные напуганы, сбиты с панталыку, а то и вовсе себя за людей не считают. Мысль жуткая и сложная: Рита делит разум, генерируя пару привидений, чтобы обдумать ее со всех возможных сторон.
— Как проходят твои обсуждения проекта спасательного корабля? — спрашивает отца Эмбер. — Нам понадобится портфолио с описанием проекта, когда мы пойдем на выборы.
— План сменился. — Манфред подается вперед. — Не буду вдаваться в подробности, но у Сирхана с ИИНеко нашлось кое-что интересное. — Он опять чем-то озадачен.
Сирхан испепеляет свою эрзац-мать недобрым взглядом, чуть сощурившись, и Рите приходится сдерживать себя, чтобы не заехать ему локтем под ребра. Теперь она неплохо понимает, из какого теста он сделан.
— Мы пока не должны давать понять, что отступаем от базового плана спасательного плота, — громко говорит он. — За альтернативу они просят кое-какую цену.
— «Они» — это кто? О чем ты? — Эмбер явно потеряла нить. — Я думала, ты работаешь над чем-то вроде кладистической карты. При чем здесь цена?
Сирхан холодно улыбается.
— Я и работаю над кладистической картой, если так можно выразиться. Скажи, ты представляешь, какой шанс ты упустила, когда была в роутере? Я разговаривал с Неко…
— Ах ты… — Эмбер осекается и пунцовеет. — И о чем ты болтал с этой кошкой? — Рита видит, как сильно она сердится. Зачем Сирхан выводит ее из себя?
— О топологиях некоторых весьма интересных видов сетей малых миров. — Сирхан откидывается в кресле и разглядывает облако над ее головой. — И о роутере, ясное дело. Ты прошла через него и притащилась с поджатым хвостом — как можно было быть настолько поспешной, чтобы даже не проверить своего пассажира? Вдруг он враждебен?
— Мне что, отчитываться перед тобой? — яростно выпаливает Эмбер. — Ты там не был и даже вообразить себе не можешь, в какие рамки нас там зажали.
— Вот как? — Сирхан иронично поднимает бровь. — Ладно. Вернемся к прохлопанным возможностям. Мы знаем, что роутеры самовоспроизводятся, хотя неизвестно зачем. Они распространяются от одного коричневого карлика к другому, прорастают, забирают у недозвезды немного энергии и материала и отправляют выводок детей дальше. Словом, они — машины Фон Неймана. Еще нам известно, что ими поддерживается широкополосная связь с другими роутерами. Нырнув в тот, что рядом с Хёндай +4904/-56, ты очутилась в неподдерживаемой демилитаризованной зоне, крепящейся к матрешечному мозгу, в силу неведомых нам причин деградировавшему. Следовательно, кто-то этот роутер к матрешке принес и подсоединил. Почему же ты до такого не додумалась?
— Ты хоть знаешь, какая у «Странствующего Цирка» грузоемкость? Прикинь, какой у ядра роутера вес!
— Но ты же потащила за собой Слизня, занявшего где-то половину грузоемкости — и фиг с ним, что он мог быть потенциально опасен!
— Эй, детишки! — Эмбер и Сирхан затравленно оглядываются, оба разом. В голосе Аннет — ни намека на юмор. — Будьте любезны, отложите эти препирательства, — говорит она. — У нас есть дела, и их надо делать. — Кажется, ей вот-вот сорвет крышу.
— Напомни, кто у нас такой альтернативно одаренный, что придумал вновь собрать всю семью вместе? — спрашивает с лучезарной улыбочкой Манфред, потешно супя брови на юного красавчика-политика, явно собиравшегося что-то брякнуть в защиту Аннет.
— Пап, ну давай не сейчас! — Теперь и Эмбер проняло. Выглядит она сейчас гораздо старше своего субъективного возраста в гигасекунду. Рита невольно выпрямляется в кресле. — Аннет права. Ни к чему препираться. Давайте все оставим семейную историю до той поры, когда можно будет к ней вернуться в более неформальной обстановке. По рукам?
Манфреда будто обухом стукнуло.
— И правда ведь… — Он несколько раз моргает, а потом набирает воздуха в легкие. — Эмбер, я включил в уравнение несколько старых знакомцев. Так вот в чем соль: если мы выиграем выборы, то выбраться отсюда поскорее нам поможет только комбинация двух основных идей, уже оговоренных. Во-первых, это сохранение на высокоплотной памяти стольких людей, скольких только получится, рассчитывая на их перевоплощение, когда мы окажемся где-нибудь, где достаточно массы и энергии, а во-вторых, захват роутера. У нас не хватит энергии на достаточно большой для всех релятивистский звездолет — пусть даже в виде выгрузок, это не потянет и всепланетное государство. А нерелятивистский корабль был бы слишком легкой добычей для Дурного Семени. Поэтому мы не будем вслепую срываться к первому сносному пункту назначения. Вместо этого мы разберемся в сетевых протоколах роутеров, придумаем вид переносимой валюты, коей можно оплатить наше перевоплощение на другом конце, а для начала произведем разведку и составим карту, чтобы не сбиться с пути. Два трудных этапа: достать роутер или добраться до него и заплатить на том конце, последнее означает — взять с собой кого-то, кто разбирается в Экономике 2.0., но не лоялен при этом Дурному Семени.
Собравшиеся задвигались, зашумели, обсуждая слова Масха, от волнения перейдя на вербальную коммуникацию.
— И так получилось, — продолжил он, поднимая руку и призывая к тишине, — что эти мои старые знакомцы уже сходили по адресу и заполучили ядро роутера для собственных целей. Оно сейчас в поясе Койпера, в тридцати световых часах отсюда; прямо сейчас они пытаются активировать его. А Неко разбирается в торговых переговорах, и я думаю, она могла бы отправиться с нами. — Воздев правую ладонь, Манфред сгружает инфодамп в общий буфер памяти собравшихся.
Лангусты! Десятилетия назад их выгрузки совершили побег из продуваемой дикими ветрами реальности тревожных нулевых. Манфред заключил для них сделку, и обзавелись они своим собственным заводом на комете. Спустя много лет экспедиция Эмбер к роутеру повстречалась с жуткими ракообразными-зомби, выгруженными образами, захваченными и пересобранными вуншами. Но где все это время были настоящие лангусты?
На мгновение Рите представляется, как она висит во тьме и в вакууме. Далеко внизу слышится пение сирен, несущееся из глубин гравитационного колодца планеты, а слева — на севере? — тускло сияет мглистое алое облако величиной с полную Луну в небе Земли, и сбросовое тепло зеленых бесцветных яростных снов, в которые погружена галактическая цивилизация, засоряет тишину космоса несмолкающим техногенным гулом. Поняв, как изменять направление своего немигающего безглазого взгляда, она замечает звездолет. Он выполнен в форме трехкилометрового ракообразного, разделен на сплюснутые сегменты и топорщится лапами, на которых закреплены объемистые топливные баки с криогенным дейтерием. Синий металлический хвостовой плавник обернут вокруг дюзы термоядерного реактора. Вместо головы у космического лангуста плавающий в полезном тумане ворох роботов-кустов, вокруг которого роятся наносборщики, готовые чинить повреждения на ходу и раскрывать тормозные щиты. Массивная обшивка защищает корабль