— Нет, это не малыш, — отвечаю каким-то чужим, незнакомым мне голосом.
Девушка вздрагивает, оборачиваясь ко мне, и я вижу на ее лице растерянность.
— Кто ты такая? И что делаешь в моей кровати? — рычу я.
Глава 2
— Кто ты такая? И что делаешь в моей кровати? — кровь приливает к лицу, а в груди вспыхивает пламя. — А ну-ка, пошла отсюда!
Меня трясет. И не просто трясет — лихорадит. В моей постели посторонняя голая девица.
— А ты кто еще? — медленно переворачивается она на спину, демонстрируя голую грудь, и только после этого садится, притягивая одеяло к груди и лениво потирая глаза.
У меня от подобной наглости дар речи пропадает.
— Ты мне еще вопросы задавать будешь?! Это моя квартира! Моя постель! — дергаю одеяло, но незнакомка даже не пытается его удержать, оставшись в чем мать родила. Вместо возмущения брюнетка лишь притягивает колени к груди и будто пытается прийти в чувство.
— Не может быть! — усмехается девица. — Это квартира Матвея.
— А фотографии мои тебе тоже ни о чем не говорят? — распахиваю шторы, вырывая комнату из полумрака, давая возможность не только гостье как следует рассмотреть интерьер, но и мне разглядеть последствия вторжения посторонних.
На полу разбросано белье и одежда. Невооруженным глазом видно, что она здесь не просто поспать прилегла, а провела ночь в компании мужчины.
При мысли, что муж мог привести в нашу постель другую женщину, у меня в животе оседает ледяная глыба. И внутренности стягивает в узел.
Но его ведь нет в городе? Правда же, нет?
Девица поднимает голову к стене, где висят наши с Матвеем любимые фото. Её взгляд проясняется, и она будто немного цепенеет.
— Не знала, что он женат, — заявляет спокойно, и от этой фразы у меня волоски привстают дыбом.
— Как это понимать?
— Как? — нагло усмехается брюнетка и без стеснения выбирается из-под одеяла, совершенно не стесняясь своей наготы.
Несмотря на то что я отвожу взгляд, не могу не отметить, насколько идеальная у нее фигура. Просто тело мечты. Ни грамма жира, подтянутые мышцы, красивый рельеф. Она похожа на тех, кто не вылезает из спортзала.
— Меня нанял ваш муж, — ходит она без зазрения совести по комнате, собирая разбросанное черное кружево.
— В качестве кого? И почему, черт возьми, ты лежишь в нашей постели? Я вызываю полицию.
— Не надо никого вызывать, — отвечает она, обернувшись и встав ко мне лицом к лицу, едва улыбаясь.
— Ты находишься в моей квартире, в отсутствие хозяев. Не объясняешь, как тут очутилась. Поэтому я не собираюсь это терпеть.
В душе я уже знаю ответы на все свои вопросы, но упрямо отталкиваю эти мысли. Не мог Матвей со мной так поступить. Просто не мог. Он же меня так любит и ждет нашего ребенка. А это… Окидываю ее взором. Он выше интрижек и походов налево.
К тому же изменить настолько жестоко и цинично, прямо в нашей с ним постели. В той самой кровати, где мы часами ласкаем друг друга и спим в обнимку всю ночь напролет.
— Ты же не глупая девочка, — несмотря на улыбку, девушка напряжена, направляется в душ.
— Стой, — дергаю ее за руку. — Ты куда собралась? Отвечай немедленно и выметайся.
— И что, даже в душ нельзя сходить?
— А у меня тут что, гостиница?
Стоим и смотрим друг на друга, и ни одна не отводит взгляда в сторону. Я не понимаю, чего, черт возьми, она добивается. И от этого мне становится еще хуже.
Внезапно раздается вибрация, и девица начинает оглядываться в поисках источника звука.
Мне же начинает казаться, что я попала в какой-то страшный сон. Ведь это только в кошмаре можно обнаружить в своей постели другую женщину.
Вижу, как она поднимает с пола смартфон.
— Да, — отвечает сдержанно.
А я прислушиваюсь к каждому ее слову, надеясь все-таки получить ответы.
— Проснулась, да, — говорит, продолжая идти к ванной. — Тут… — делает глубокий вдох и со смехом продолжает, — хозяйка квартиры пришла.
Я не слышу, что отвечает ей собеседник, но интуитивно обо всем догадываюсь.
— Да, она. Хорошо, — сбрасывает вызов.
— С кем ты разговаривала? — спрашиваю агрессивнее, чем хотелось бы.
— Я сейчас оденусь и все объясню, — девица больше не смотрит мне в глаза и ускользает в ванную.
Стоит ей скрыться за дверью нашей ванной, как на меня наваливается какая-то тихая истерика. Меня колотит изнутри, и хочется кричать Но я не могу, будто мое горло сжали удавкой, не позволяя выдавить из себя ни звука.
Я осматриваю еще раз спальню, теперь отчетливо чувствуя здесь чужой запах и запах секса. Им пропиталась вся комната.
Мне противно находиться тут, и я выбегаю в коридор, надеясь не чувствовать ее сладких, тяжелых духов хотя бы там. Но они кругом. Вся квартира пропахла ею. Бегу на кухню в поисках воды, как дверь открывается и порог перешагивает мой муж… Муж, который для меня до завтрашнего дня находится в командировке.
Глава 3
— Вита … — произносит Матвей на выдохе.
А я до сих пор стараюсь понять, как так вышло, что он стоит здесь, вместо того чтобы находиться в командировке.
Встречаюсь глазами с мужем, и от его взгляда грудную клетку сжимает невидимый прут, не давая нормально дышать. В его взоре смешано столько всего. Но прежде всего я вижу злость, которой никогда не было по отношению ко мне.
Во рту пересыхает. У меня на языке вертятся десятки вопросов, но ком, вставший в горле, не позволяет издать ни звука. Все происходящее кажется каким-то абсурдом. Нелепым пранком.
— Вита, какого хрена? — Матвей спрашивает зло и закрывает за собой дверь, шагая вперед.
Такого начала диалога я совсем не ожидала. Смотрю на него, распахнув глаза и потеряв дар речи от возмущения.
— Ты почему не в больнице? — между его бровями пролегла морщина.
— Прости, что? — моргаю, надеясь проснуться. Ведь он не может в данной ситуации злиться на меня за то, что я сбежала из больницы.
— Ты должна находиться под наблюдением. Для ребенка это небезопасно, — приближается он, сверкая глазами.
— Меня отпустили… — непонятно почему оправдываюсь я, будто провинившаяся школьница. — Так, стоп! — прежде всего торможу свой беспорядочный поток мыслей, утекающий во внезапно накрывшее меня чувство вины. — Мне кажется, сейчас это не самое главное, — наконец-то нахожу в себе силы.
В моей ванной прямо сейчас голая девица, которую я прогнала из своей кровати. А муж,