Ведьмочка мне отдается со всей страстью, это ничуть не похоже на ту ночь, что осталась у нас позади. Не техничное занятие любовью, а кипучая страсть. Она клокочет в нас обоих, бурлит. Я с наслаждением вторгся в блаженство. Резко, сильно, будто бы никогда не знал этой женщины, но всегда мечтал именно о ней, о своей единственной. Девушке застонала, в спину мне впились остренькие коготки. Как упоительно. Я вновь целую ее в губы, как будто благодаря за подаренную любовь. Она отвечает со всей нежностью и в то же время отстраняется, расправляя юбки и рюши старомодного пышного платья. Хочется продолжения, вот только топор опять сжат в ее нежных руках.
— Идем, нам все-таки нужно добыть черенок для моей метелки, — Элли облизнула губы.
Не вынес этого зрелища, вновь поцеловал и опять все закружилось. Моя ведьма, искорки в ее глазах, блестящие лезвие топора, зажатое в ее мягкой руке. Мой сильный напор, настойчивость, ее жадные поцелуи, холод металла на моей спине, нега.
— Нам нужно идти, — стонет она, улыбаясь, и я поднимаю ее на руки, несу куда-то вперед.
— Не туда.
Элька пальчиком указывает направление, я смотрю, как колышутся ее округлости в разрезе платья. Кажется, это декольте было меньше в начале пути. Может, я его разорвал? Не важно. Ее мягкие ручки скользят по моим плечам, шее, трогают, ласкают, порой даже царапают. Вновь хочу утонуть в ее стонах. Мы идем и идем. Наконец, Элли высвободила руку.
— А где топор?
— Ты его несла.
— Мы его потеряли. Где-то там. Нужно вернуться.
И вновь я иду назад. Рука жены соскользнула вниз, потеребила пряжку на моем поясе. Какой удачный пенек! Не зря он тут вырос. Усадил дорогую ношу на круглый спил дерева. Высота такая удачная.
— Устал?
— Ни капли!
Пышные юбки опять куда-то взлетели, узкие щиколотки сомкнулись за моей спиной. Долго, мучительно нежно, целуя друг друга, наслаждаясь безвременьем летней поры, мы танцевали танец жизни, самый древний из всех существующих в этом мире. И закончили его одновременно, не прерывая долгого тягучего поцелуя.
— Мой! — облизнулась она напоследок.
Не могу спокойно смотреть на этот розовый кончик острого язычка. Казалось бы, все получил, доволен и счастлив, даже немного устал. А посмотрю на это чудо и хочу вновь получить продолжение. Мм-м. Ведьма! И язычок у нее колдовской.
— Дима, нет! — ладошка уперлась мне в грудь, — Помни о главном!
— О чем? — поцеловал ее в пальчик, потом в другой, — хочу еще.
— О метле!
Элька соскочила с пня и опять куда-то побежала. Вот и топор к нам вернулся. Интересно, как он тут оказался? На мху. Мы опять идём и идем. Я устал ходить по этому лесу, но, когда впереди вижу покачивающиеся из стороны в сторону бедра жены становится легче. Догнать бы ее, повалить на землю.
— Руби!
Супруга ткнула пальцем в какой-то подозрительный дуб. Засохший, кривой. Может быть, это конечно и ива. Без листьев вот так сразу не поймешь. И как это рубить? Пополам, у корня? Я вообще-то не так чтобы дровосек. Элька смотрит вопросительно и улыбается очень ехидно. Я достал телефон, чтобы найти видеоинструкцию по рубке деревьев. Сеть не ловит. Замахнулся, ударил по кривому столу, даже попал. Уже, считай, победа. После такой-то прогулки попасть топором по дереву! Правда, на корягу это не произвело ни малейшего впечатления. Как стояло, так и стоит.
— Бери правее!
— Ага, я так и подумал.
Ударил еще раз. Мимо. Не страшно, наверное. Каждый имеет право на некоторую ошибку. Может, рукава закатать? Я где-то видел, так делают перед колкой дров. Ой, рубашка моя потерялась, я оказывается остался в одной только майке.
— Правое дерево, Дим. Эта коряга мне не нужна.
— Ага.
Я ударил по соседней жердине, странно, что вообще попал. Только она не сломалась. Обидно.
— Дай сюда топор. Я сама, ты не умеешь!
— Ну уж нет. Это дерево?
— Да! Дим, давай я сама. Ну, правда.
— Нет, — тонкое деревце я выдернул из земли вместе с корнем. И топор не понадобился. Очень удачно получилось,
— Ты довольна, любимая?
— Очень, — жена быстро вырвала из моих рук топор, — Дай сюда, а то сломаешь. Идем домой! Нам не туда, а туда! Так понесешь или сначала ветки отрубишь? — при слове рубить мне стало не хорошо. Ну не умею я этого делать! Хоть порубочный мастер-класс у кого бери.
— Дома отпилим.
— Как скажешь.
— Ты со мной только что согласилась? Я не ослышался?
— Ну, да. Тебе же нести и пилить это дерево.
Элли
Чудесный день, восхитительная мм-м прогулка. И черенок для метлы мы раздобыли каким-то чудом. Вот бы еще прогуляться в тот лес… Не сегодня, увы. Нам всем нужно посетить ратушу, чтобы расторгнуть мой брак с Джимом и заключить его новый брак. Жоли мне все больше нравится. Милая девушка и как замечательно она приглядывает за тройняшками. Те умыты, накормлены и почти не шалят в доме. От сада, правда, мало что осталось, ну да и ладно. Его давно пора было проредить.
— Джим, а какое ты мне купишь свадебное платье? — от нежного голоса юной девицы подскочила вся посуда в буфете и на всякий случай, чокнулись рюмки с графином.
— Я как-то не подумал о платье. А нужно? Точно ведь, нужно! Пойдем скорей выбирать. Лавка еще открыта. Я куплю самое лучшее, какое только есть в городе.
— А приглашения? Ты их разослал?
— Ой!
— Дети! Ваш папа Джим очень хочет побегать по саду, просто стесняется! Это укрепит его память. Помогите ему пульсарами, вы умеете.
Жоли спустила на герцога моих детей. Только бы дом не спалили! Благо Димка успел пригнуть голову, пульсар пролетел мимо него, а следом проскакали тройняшки. Бедный Джим, не думала, что таким будет герцогское счастье.
— Я бы за костюмом сходил!
Любимый поднялся с ковра. В руках гора лишних сучков, которые он спилил с черенка для метелки.
— Сходи, я пока поищу подходящее платье для развода.
— Со мной? — у олигарха, кажется, дрогнул голос.
— Не мечтай даже. Развожусь я исключительно с Джимом.
— Я и не мечтаю. Даже наоборот.
Муж обнял меня и крепко прижал к себе. Так слышно, как бьется его сердце под майкой. Часто и гулко. И поцелуи ложатся на мои щеки. Наверное, оно такое и есть, настоящее счастье. Муж рядом, по саду носятся наши дети и с ними точно ничего не случится. Джим не упустит их из виду, да и Жоли тоже. Мне так повезло!
Дима поехал куда-то в Питер за подходящим нарядом. Я