— Но ведь теперь вы... — начала я, и в моем голосе прозвучала надежда, которую боялась облекать в слова.
— Вы боитесь, что я злоупотреблю доверием? — спросил он прямо.
— Наоборот. Я хотела бы чтобы вы занялись этим. Отец был бы рад.
— В таком случае я намерен вовлечь и вас в этот процесс, Александра.
Удивлённо посмотрела на него.
— Вовлечь... меня?
— Вы — наследница. Вы должны понимать, чем будете управлять. Ваш отец построил это. Моя задача — уберечь построенное. А ваша — перенять эстафету. Если не самой, то найти достойного управляющего.
— Я... я не знаю, смогу ли, — честно призналась ему в своей неуверенности.
— Сможете, — он ответил просто, как констатацию факта, — Потому что другого выхода у вас нет. А теперь, — он снова тронул коляску с места, — Давайте займёмся тем, для чего сюда пожаловали. Тканями.
Фредерик завез меня вглубь склада. На нас косились. Рабочие в грубых фартуках, приказчики с учётными книгами, даже матросы, грузившие тюки, — все разглядывали спутницу хозяина с нескрываемым любопытством. Кто-то смотрел украдкой, кто-то — прямо, не скрываясь. Давно я не чувствовала на себе столько внимания, и по спине снова побежали мурашки от смущения. Но стоило моему взгляду упасть на бесконечные ряды тканей, как всё остальное перестало существовать.
В окружении бесконечных стеллажей, заставленных рулонами самых невероятных тканей, я забыла обо всем на свете — о своей коляске, о посторонних взглядах, о тягостных мыслях.
Всегда мечтала побывать на знаменитом приморском рынке, о котором ходили легенды. Говорили, он значительно больше и богаче нашего столичного, и туда свозят ткани со всех уголков света — от нежных индийских шифонов до грубых скандинавских льнов. Боюсь, если бы мне удалось туда попасть, несколько дней меня бы и правда не нашли, затерявшуюся в этих «сокровищах», как в лабиринте.
Я была там лишь раз, три года назад, проездом с отцом, но даже тогда он поразил меня своим размахом. А в газетах недавно писали о его грандиозном расширении. Хотелось воочию увидеть эти изменения.
Нас у входа встретила рослая женщина в безупречно белом рабочем халате, с мерной лентой через плечо и журналом в руке.
— Мистер Демси, добрый день, — её голос, низкий и уверенный, легко перекрывал гул склада, — Не ожидали вас сегодня увидеть. Что-то случилось?
— Здравствуйте, Клара. Всё в порядке, — ответил Фредерик, и в его тоне я уловила лёгкое уважение к этой женщине, — Моя супруга изъявила желание лично выбрать некоторые ткани. Познакомьтесь, это Клара Брунген — начальник всего текстильного направления. А это моя жена, Александра Демси.
Было до сих пор непривычно слышать свою новую фамилию и роль в таком контексте. Но я собралась с духом, не стала отводить взгляд и протянула женщине руку для знакомства. Клара мельком окинула мою коляску, явно пребывая в легком шоке от новостей. Наверняка никто не знал, что хозяин женился, так еще на девушке-калеке. Сегодня сотрудникам будет о чем поговорить.
— Рада знакомству, миссис. Что желаете посмотреть? — голос Клары был низким и приятным, — Что-то конкретное?
Фредерик, прежде чем мне ответить, провел краткую, но ёмкую экскурсию, и его голос зазвучал с новой, незнакомой мне деловой гордостью:
— Всё, что вы видите вокруг — продукция наших собственных мануфактур. Справа — шерсть и камвор с фабрики «Северный ветер». Слева — шелка и бархат с комбината «Золотая нить» в предместьях. А это, — он указал на отдельный стеллаж с застекленными полками, где ткани переливались особенным, глубоким блеском, — Наша гордость. Эксклюзивные коллекции. Ручная работа лучших мастеров.
Услышав про ручную работу, захотелось прямиком направиться именно к ним. Такие материалы действительно в разы превышают по качеству станки.
В этот момент к нему подошел молодой клерк с озабоченным лицом и что-то тихо прошептал на ухо. Фредерик нахмурился.
— Мне нужно отлучиться на полчаса. Клара, пожалуйста, покажите миссис Демси всё, что она пожелает. Александра, вы не против?
— Конечно, нет, — кивнула, спокойно отпуская Фредерика по делам, — Уверена, мы с Кларой прекрасно справимся.
— Для начала я бы хотела выбрать что-то для моей... падчерицы, Виктории. Ей нужна ткань для платья. Синяя. Очень... особенная.
Лицо Клары озарилось понимающей улыбкой.
— Для юной мисс? Позвольте предложить... — она подвезла меня к одному из тех самых застекленных стеллажей и ловко сняла рулон с верхней полки, — Шёлк-сатин с вплетением настоящего перламутра. Краситель получают из раковин средиземноморских моллюсков — отсюда этот уникальный глубокий цвет.
Она развернула ткань, и я замерла. Это было именно то — насыщенный синий, словно вода в глубине океана, с мерцающим, переливающимся эффектом, который менялся при каждом движении.
— Идеально, — прошептала я, касаясь прохладной, переливающейся поверхности. — Она будет в восторге.
Пока Клара отмеряла нужное количество, аккуратно отрезая идеально ровный край, мой взгляд самопроизвольно упал на соседний стеллаж. Там лежал рулон ослепительно белого атласа, а рядом — невесомое кружево с причудливым растительным узором.
— А это? — не удержалась я.
Клара посмотрела в указанном направлении, и её глаза загорелись особым блеском.
— Это для свадебных платьев. Атлас «Лебединая песнь» — плотный, матовый, но с глубинным свечением. И кружево «Снежная вуаль» — плетётся на старинных станках, технология хранится в строжайшем секрете.
Сердце ёкнуло. Я еще не решила буду ли самостоятельно шить себе свадебное платье. Этот брак не был настоящим. Но... что если? Что если сшить его просто для себя? Как символ новой жизни, в котором я буду чувствовать себя сильной, даже сидя в этой коляске.
— Я... я возьму и это, — сказала твёрже, чем планировала. — Столько, сколько нужно для платья. И кружева на отделку.
Клара кивнула без малейшей тени удивления или неуместного любопытства, лишь с профессиональным одобрением и легкой долей энтузиазма.
— Прекрасный выбор, миссис Демси. С этим атласом приятно работать. Он послушный, хорошо держит форму. Из него получится великолепное платье.
Пока мы двигались дальше, я приметила ещё несколько интересных тканей для повседневных платьев — прочный, но приятный на ощупь хлопок с набивным рисунком, лён цвета морской волны, тонкую шерсть для костюмов. Мне нужно было занять руки делом, чтобы не сойти с ума от вынужденного бездействия и тягостных мыслей.
Мне было безумно интересно абсолютно всё. Я засыпала Клару вопросами, перемещаясь с ней по огромному складу, как по волшебной стране.
Я расспрашивала как добиваются стойкости цвета, как достигается фактура: за счёт особого переплетения или специальной обработки? Сколько в среднем уходит времени на создание одного ручного рулона?
Клара отвечала охотно и подробно, видно