— Ты… ты говоришь страшные вещи…
— Всегда есть враг кому это все на руку. Всегда есть враг, кто наблюдает, жадно ловит любые проявления слабости… и когда убеждается, что рычащий хищник не столь уж страшен… враг начинает вести себя нагло. Например, чувствуя волю, спокойно вплывает на вашу территорию на боевом корабле, зная, что никто не будет стрелять и никто не завернет его прочь предупредительным выстрелом орудия. Напротив — его, нагло явившегося с оружием и боевым отрядом, встретят с почестями, угостят лучшими яствами…
— Альбаир! Я слышала то сообщение… прибыл белый великан Альбаир! Я знаю о нем! Он военный вождь! Жадно захватывает земли! Но кто тебе сказал, что мы его встретим с почестями и угощениями?
— А ты слышишь выстрелы? — я поднес ладонь к уху и прислушался — Тишина-а-а… Хотя может это звукоизоляция? Ирма! Там снаружи стреляют?
— Нет, сэр. Наблюдаю швартующийся к главному причалу большой корабль. Звучит музыка, спешат встречающие…
— Ясно… Музыка, встречающие, жратва, танцовщицы с загорелыми попками, море бухла и все прочие подобострастные ужимки тех, кто боится воевать, зная, что не вытянет… В этот раз им, скорей всего, удастся отвадить настоящего монстра от своих ворот… если они выдадут ему того, за кем они пришел. Но этим они покажут свою слабину… и однажды монстр вернется, чтобы забрать все…
— Выдадут ему кого? Того за кем пришел Альбаир? Его гонцы кричали о каком-то чужаке… — оглушенная усталостью и алкоголем, она отреагировала на очередное открытие вяловато — Это… ты? Тот чужак?
— Возможно — небрежно отозвался я, стоя к ней спиной и рассматривая заполненное тщательно уложенными предметами пространство за открывшейся стенной дубовой панелью — А может и нет. Мало ли сколько чужаков ежедневно прибывает в Церру в поисках лучшей жизни…
— Таких как ты — немного.
— Уже начала меня восхвалять?
— Ты… ты очень жестокий человек.
Поморщившись, я поправил:
— Гоблин. Я гоблин. Гоблином родился, гоблином сдохну.
— Да кто такие эти гоблины?
Рассмеявшись, я начал доставить из ниши все то, что наверняка пригодится в ближайшее время. И все это требовало тщательной проверки. Гранаты, набор умных ударных дронов, запасные короба к пулемету с ленточным питанием, бронежилет с усиленными пластинами и, наконец-то, модернизированный боевой шлем с пуленепробиваемым зеркальным забралом. И много чего еще. Я так увлекся перекладыванием и ласканием любым игрушек, что как-то пропустил последние вопросы златовласки. Да она шевелила там губами, говорила все громче, я слышал и даже понимал, но как неважное пропускал мимо ушей.
А нахрена мне озвученный ею километровый список имен их славных предков, патриотичный спич про смелых духом и телом, про то, что лучше умереть, чем сдохнуть. Поняв, что я ее не слушаю, она крикнула мне в спину:
— Церра сильна!
Почесав ушибленное ее словами место — ну и корку грязи содрав — я кивнул:
— Не спорю. Церра сильна.
— Что⁈ Ты же только что говорил про колосса на глиняных ногах…
— Ага. Но это не отменяет факта — Церра сильная. И многим внушает страх. Поэтому ближайшие годы таким как ты не о чем беспокоиться.
— Но ты же говорил, что…
— Но раз ты такая начитанная, раз прочла так много древних книг…
— Еще как много!
— То должна знать из них, что до Церры были империи куда могучее и куда злее. Но и они пали. Не было и никогда не будет государства, что просуществует вечность. Рано или поздно даже самого сильного возьмут скопом, раздерут на части, поделят кровавые куски, а затем перепишут историю, стирая из памяти само название исчезнувшего государства. Так что… ты задаешься не теми вопросами, златовласка. И к главному вопросу даже и не приблизилась, а ведь время утекает… скоро сюда явятся твои родичи, что давно из воинов превратились в придворных членососов, соревнующихся кто больше выпьет бухла, кто сильнее преувеличит свои былые заслуги и кто глубже возьмет в рот хер сюзерена…
— Мы не такие!
— Повторюсь — ты задаешь неправильные вопросы, глупая девка. И теряешь время.
— Так скажи какой вопрос задать!
— Ты должна задаться очень простым вопросом — а зачем этот по сути незнакомец вдруг рассказывает мне все это, зачем пугает и предостерегает. Коротко говоря — зачем ему это? Вы все чуток туповаты… и Шейна тоже. А тот хреносос декламатор и предатель… он кстати в разы поумнее вас будет — он давно понял что вокруг воняет гнилью, что прежде такая жесткая плоть рода превратилась в кисель и вполне можно прогрызть сквозь нее путь наверх… Но вы тупые… вы продолжаете раз за разом спрашивать меня одно и то же — кто ты такой, кто ты такой, кто ты такой… Я никто! Обычный мать его гоблин, что идет своей дорогой! И отсюда я уйду очень скоро! Да планировал задержаться в Церре, отлежаться, изучить мир, наладить связи с теми, кто уходит далеко по торговым делам, составить толковые подробные карты, понять, где лежат зоны хоть какого-то системного сумрака… но раз меня вынудили раскрыться, то оставаться здесь надолго смысла просто нет. Скорей всего сегодня вечером, а может и через несколько часов, я дам деру. Загружу транспортник необходимым — и рвану в закат. Так что вообще похер кто я такой — меня считай здесь уже нет. А вот зачем я на тебя и на Шейну трачу время — вот это важный вопрос. Но ты его не задаешь.
— Уже задала! Ответишь?
— Отвечу — кивнул я и рявкнул в угол — Шейна! Харе притворяться — тебе убогой не спится. Ползи сюда!
— Да вы так орете — простонала встающая телохранительница — Меня даже аптечка не смогла вырубить. Я в дреме…
— Ты в жопе, а в не в дреме — оскалился я — Валяешься в углу, а там твои славные старшие родичи решают, как сделать тебя во всем виноватой. И сделали бы, но хер у них выйдет — записи у нас, а по ним ты шлюха героиня.
— А⁈ Шлюха⁈
— Да Сусана так говорит с завистью — переспала мол уже с сотней мужиков чуть ли не зараз и не собирается останавливаться.
— Она не так говорила!
— Я не