Ник среагировал мгновенно, рванулся следом, и тут же из песка, где он стоял секунду назад, вылезло нечто на редкость неприятное, омерзительное и крайне вонючее.
Тварь цвета высохшей глины напоминала многоголовую гидру, лишённую глаз. Слепые головы пронзительно запищали, выпростав длинные языки, и красноватый такыр каньона вздыбился и пошел трещинами. Из-под земли появилось длинное, могучее, сплошь покрытое шипами тело. Ядрёная вонь – смесь аммиака с метаном – ударила в ноздри.
– Что это за тварь?! – Ник отскочил в сторону, когда очередная порция гидроголовых существ полезла под ноги. Выстрелил, но промазал: чудище успело занырнуть обратно в землю.
– Червь-камнеед, – откликнулся Шторм. Он прицелился, нажал спуск и револьвер грохотнул так, что скалы затряслись. Одна слепая башка превратилась в кровавое месиво.
– Камнеед?
– Да. Нравится? Я сам придумал название!
Шторм разнёс чудищу вторую башку. Ник не успел увернуться, и я его забрызгало слизью и потрохами.
– Твою мать!.. – ругнулся он.
– Ничего. – Шторм дозарядил барабан. – Отмоешься.
Камнеед издал пронзительный визг и атаковал. Огромная туша его вспарывала породу, как плуг борону. Когда червь выпростался и встал на дыбы, точно готовая к броску кобра, Ник и Шторм дали залп разом и, стоя плечом к плечу, опорожнили стволы до последней железки. Туша превратилась в решето и рухнула, подняв столбы пыли. Под шипастым телом расползлась бурая лужа…
Ник поглядел на Ивара Шторма, а тот на него. Они синхронно опустили дымящиеся пистолеты, переглянулись… и сухая земля под ними обрушилась, как если бы они стояли на хрупком насте. С криком, оба полетели в разверзшийся тёмный провал.
ГЛАВА 28
Крис
Идти по следам оказалось проще, чем она думала. Да и координаты запечатлелись в памяти вполне себе отчётливо: не зря же их в лётной школе заставляли учить карты наизусть.
У Кристианы не было проблем с физподготовкой, и с марш-бросками по пересечённой местности она всегда справлялась на ура. Другое дело – Тати. Однажды подруга заявила, мол, они – будущие пилоты, и им совершенно не обязательно выкладываться на полосе препятствий. Они ведь будут летать! За это она, помнится, чуть не вылетела из школы, и только своевременное вмешательство полковника Хея…
«А вдруг она и впрямь его любовница?» – подумала Крис, и сама себя обругала. Нашла о чём думать! Особенно сейчас! Кругом – бескрайняя пустошь, полная опасностей, а она!..
Любовники, не любовники… Бред-то какой в голову лезет! Наверное, от жары.
Крис остановилась, утёрла пот со лба и приложилась к фляжке: пекло нещадно. Раскалённый воздух дрожал, и в знойно-воздушном мареве то и дело возникали удивительные картины-миражи.
Вот огромный сказочный галеон под белыми парусами. Летит по песку, словно по морю, а следом прыжками несутся дельфины. А чуть поодаль уютный домик среди сосен. Белоснежные стены, розовые наличники, резное крыльцо, палисадник, увитый цветущим плющом… Из приоткрытой двери выглядывает женщина и жестом приглашает войти. Волосы у женщины золотистые, точь-в-точь, как у Кристианы, а лицо смазано – похоже, Мрак ещё не успел считать из памяти образ матери. А вот прекрасная туша гигантского червя…
Так, стоп.
Кажется, червь вполне себе настоящий, хоть и дохлый. Дохлый, же?
Кристиана осторожно подобралась к нему и осмотрела, закрыв нос рукавом (воняло от твари нещадно). Не требовалось семи пядей во лбу, чтобы установить причину смерти беспозвоночного исполина. Как и догадаться, кто именно стрелял.
Крис различила плоские следы сапог Холфа и рельефные – от стратегических ботинок отца. Что ж… похоже, её мужчины славно повеселились. Но где они теперь?
Медленно ступая полукругом, Кристиана двинулась мимо поверженного монстра. В отцовской энциклопедии такие звались камнеедами и, по всей видимости, когда-то были вполне безобидными кольчатыми мегадрилами, но под воздействием Мрака изменились, превратившись в плотоядных чудовищ, которые жрали всё, что не способно сожрать их самих.
В десяти шагах от семиметровой твари в гранитно-твёрдой породе обнаружился разлом. Крис подобралась к краю и глянула вниз. Лица коснулось холодное дыхание пропасти. Бесконечная чернота. Бездна без проблеска света…
Неужели Холф и отец провалились туда? Судя по следам, именно так и случилось…
Кристиана ругнулась. Вот два упёртых барана! Накликали беду! «Ты нас вытащишь! Ты нас вытащишь!»
И как, скажите на милость, она это сделает?
«Ты отважная и сообразительная, – прозвучал в голове голос Ника. – Справишься».
Что ж… Крис сняла с плеча вещмешок. Как говаривал полковник Хей, двум смертям не бывать, а одной мы скажем – не сегодня.
Крис размотала верёвку. Намертво закрепила кошку в скалистой расселине. Соорудила страховочный строп из пары карабинов и ремня, включила фонарик и сунула за пояс. Натянула перчатки: стесать ладони в кровь – та ещё перспектива!
Глубокий вдох. Выдох. Ну, была не была!
Сложнее всего было сделать первый шаг: шершавая стена оказалась практически отвесной. Крис медленно спускалась, осторожно ступая ногами и гадала, хватит ли сил? На сноровку она не жаловалась – в школе муштровали знатно, а подъём и спуск по канату вообще входил в перечень обязательных норматив. Но даже при всём этом, пропасть запросто могла оказаться слишком глубокой, и тогда…
Усилием воли Крис прогнала дурные мысли. Нет! Она спустится вниз, и точка. Кто-то же должен выручить угодивших в переделку мужчин! Или хотя бы выяснить, что с ними стряслось…
Луч фонаря резал мглу, освещая неровные, покрытые мхом и плесенью стены. Порода предательски крошилась под сапогами. Крис ощупью находила выбоины и зацепы, спускаясь всё ниже и ниже. Каждый звук отражался эхом, а воздух сделался холодным и влажным, как в склепе. То и дело мерещились какие-то тени – казалось, будто длинные многоножки ползают в темноте, часто перебирая бесчисленными лапками. Далеко внизу слышался писк. Летучие мыши? Возможно…
Но все эти страхи не шли ни в какое сравнение с затраченными силами. Крис казалось, будто руки вот-вот оторвутся, она свалится вниз и разобьётся в лепёшку. Поэтому отвлекаться на шелестящих во тьме многоножек (и прочих тварей) было недосуг.
Когда стало совсем невмоготу, Крис остановилась отдышаться. Уперевшись ногой в удачный выступ, она перевела дух и вытащила из-за пояса фонарик – осмотреться как следует.
Ничего нового. Тёмные стены, блестящие от влаги бугристые наросты, плесень, мох, а у самого её лица – сталактит с глазами…
С пятью внимательно следящими за ней глазами!
Взвизгнув, Крис шарахнулась, потеряла опору и чуть не сорвалась. Фонарик улетел вниз и, кажется, плюхнулся в воду.
***
– Не шуми, – изрекло пятиглазое нечто тоном библиотекаря, призывающего соблюдать тишину, и Крис сообразила – это не сталактит вовсе, а некая субстанция, более всего напоминающая сгусток гноя,