Ужинали мы в домашней обстановке. По традиции всё приготовила я. Карина твердила, как сильно ей не хватает моей стряпни и общества, что всё стало совсем по-другому. Не только она пережила огромные перемены и скучала по мне, я тоже скучала по ней. Только в тот момент мне не хотелось её видеть, и от этого понимания мне делалось невыносимо тошно и стыдно.
Не выдержав, я рано ушла к себе, сославшись на дикую усталость и головную боль. Зарывшись под одеяло, я так и не смогла толком уснуть, потому что снизу, из гостиной, до меня постоянно доносились обрывки разговоров и смех. Карина с Лоуреном полночи просидели вместе, распивая вино.
Я завидовала тому, что между ними никогда не было недопонимания и натянутости, завидовала тому, как они близки – их связывает столько воспоминаний и событий! Такие мысли отчётливо давали мне понять, что я никогда не сравнюсь с Кариной.
В итоге я заплакала в подушку. Как он может себя так вести с моей сестрой, если любит меня?! Он настоящий лжец, врёт, чтобы посмеяться над моими чувствами!
Меня раздирали гнев и боль. Как же это мучительно! Мне хотелось вернуться в прошлое, чтобы снова испытывать ненависть к Лоурену! Всё было намного проще, когда мы были врагами! Ничего не тревожило мою душу, а теперь она отравлена его ядом! Я потеряна навсегда…
Следующим утром они оба были бодрыми и в прекрасном расположении духа, а я уже больше походила на мумию после трёх бессонных ночей. Меланхолия раздавила меня окончательно. Весь мир был мне не в радость, поэтому я молчала. Не так я представляла себе нашу первую встречу с Кариной после долгого расставания!
Мы с Лоуреном вместе проводили её в аэропорт, попрощались и поехали домой. Всю дорогу обратно я ехала не проронив ни слова, глядя в боковое окно, но отчётливо чувствовала на себе его внимательные взгляды украдкой. Когда мы вернулись, я до позднего вечера заперлась у себя в комнате, слушала много часов напролёт аудиокниги и смогла немного подремать. Как только в квартире стихло, я выползла из своей берлоги, чтобы попить. Важно было не наткнуться на Лоурена. Конечно, я не могла вечно избегать его, но сейчас точно был неподходящий момент, чтобы столкнуться с ним лицом к лицу. Я понятия не имела, как с ним теперь разговаривать и как себя вести. Все мои тяжкие раздумья в итоге ни к чему не привели.
Не включая свет, я прокралась босиком на кухню, налила стакан воды и залпом выпила. Нестерпимо хотелось уйти куда-нибудь, но было уже почти одиннадцать, и впереди меня ждал долгий, утомительный учебный день.
Я с мучительным стоном облокотилась о дверцу холодильника и посмотрела в потолок.
– И чего ты шаришься в потёмках? – послышался строгий голос Лоурена из темноты.
От неожиданности я вздрогнула. В нескольких шагах от себя я различила очертания его силуэта, подсвеченного огнями города, которые проникали через окно.
– Жажда замучила, поэтому спустилась. Я уже иду спать.
– И долго ты хочешь от меня бегать? – Лоурен преградил мне дорогу, когда я хотела пройти мимо. Мне пришлось остановиться.
– С чего ты взял, что?.. – я не успела закончить предложение, потому что Лоурен неожиданно поцеловал меня. Я оттолкнула его.
– Не смей, ты, мерзкий развратник!
Всё. Конец. Я больше не смогла сдерживать свой яростный гнев. Он сам нарвался, ведь точно понимал, что выведет меня из себя.
– Развратник? Как интересно… – Лоурен попытался изобразить безразличие, но в его голосе звучала привычная порция сарказма, и я даже в темноте, кажется, могла разглядеть его ухмылку.
– Мне противно находиться с тобой в одной комнате! Уйди с глаз долой! – заорала я.
До него, похоже, вообще не долетали мои слова, потому что его руки опять потянулись ко мне. Я с силой оттолкнула их от себя.
– Как ты так можешь! – от злости мне было трудно дышать. – Кормишь меня сладкими речами про любовь, а сам с Кариной воркуешь как голубок. Ненавижу! – у меня аж голос сорвался, так громко я кричала. Из темноты послышался сдавленный смех.
– Да ты ревнуешь, крошка! – спокойно установил Лоурен. – М-м-м… как же это приятно! Теперь ты понимаешь, что я чувствую, когда вижу тебя с этим студентом!
– Это не ревность! – возмутилась я. – Ты всё время изворачиваешь мои слова по своей прихоти!
– Нет, это ты вечно не замечаешь очевидного! Но тебе по неопытности простительно.
Он стоял вплотную и смотрел на меня сверху вниз сверкающим взглядом. Я задрожала всем телом.
У меня нет сил находиться с ним рядом! Когда я слышу его голос, когда он так близко, всё путается, я ничего не могу разобрать, мне страшно!
– Признай уже наконец, что ты влюблена в меня, крошка, – его холодные пальцы прикоснулись к моей коже.
– Нет! – упёрлась я и, зажмурив глаза, замотала головой.
– Ты влюблена в меня по уши, причём уже давно, – повторил он настойчиво. – Ты хочешь быть со мной, а когда меня нет, тебе плохо. Ты ревнуешь без основания к Карине, потому что любишь.
– Нет! – крикнула я отчаянно. Мой голос надломился.
Это не так, он ошибается! Всё не так, всё неправильно! Если я сейчас признаю его правоту, то окончательно проиграю!
Лоурен включил свет. Он стоял передо мной – сама невозмутимость. На нём была белая майка, которая обнажала его элегантно выпирающие ключицы, и лёгкие домашние брюки.
Почему он так чертовски хорош собой даже в простой одежде?! Это нечестно!
– Раз так, то скажи мне это в глаза! Скажи, что не любишь и что я тебе противен! – его провоцирующий взгляд впился в мой. Я вся тряслась как осиновый лист, не зная, как мне избежать поражения. Но я изначально проиграла эту битву. Всё бесполезно. Когда он смотрел на меня своими изумительными изумрудными глазами, я растворялась в них.
– Вот видишь, – Лоурен снова заговорил спокойно, – не можешь, – он подошёл и взял в руку мой подбородок. – Я люблю только тебя, и мне нужна только ты! Карина мой друг и ничего больше, а вот ты, моя крошка, ты особенная, и ничто этого никогда не изменит! – его палец заскользил по моим губам. – Ты сводишь меня с ума своими капризами, – прошептал он томным голосом. – Когда ты так злишься и выходишь из себя, я хочу лишь одного – трахнуть тебя, чтобы ты прекратила беситься. Больше не могу сдерживаться, прости, – его слова шокировали и обездвижили меня, но он не дал мне опомниться.
Губы Лоурена опустились на мои, овладевая ими, и я поддалась.
Что я такое делаю, почему позволяю это? Но его поцелуи такие приятные, касания его холодных пальцев вызывают мурашки по телу. Эти невероятные ощущения – моё отчаяние делает их только сильнее!
Лоурен притянул меня ближе и продолжил целовать. Мне стало не хватать воздуха.
– Пойдём ко мне в комнату, остудим наш пыл, – прошептал он тихо.
Я залилась густой краской и занервничала.
– Я… я… не могу! – затараторила я, запинаясь.
Быстро! Всё происходит слишком быстро!
– Трусишка, – он коснулся губами одной моей щеки, другой, потом лба и кончика носа, – не бойся, я буду ласковым, тебе понравится, обещаю! – Лоурен нежно улыбнулся, подхватил меня на руки и понёс к себе.
Я потеряла дар речи от одной мысли, что сейчас будет происходить. Сердце скакало в груди галопом, как породистый арабский жеребец.
Почему я не протестую, не вырываюсь, не предпринимаю ровным счётом ничего, чтобы его остановить?! Я снова становлюсь его жертвой, теперь добровольно.
Уткнувшись ему в шею, я чувствовала каждой клеточкой тела, насколько велико его желание. И не он один был одержим страстью. Я немного боялась, и тем не менее