В каждом поселении были дозорные башни и высокие каменные башенки с сигнальными кострами наверху. Здесь даже дети ходили с оружием и зачастую в самодельной экипировке. Мы проезжали мимо пятилеток, что уже стояли с луками и деревянными мечами, изучая основы ратного дела.
Край суровый. Край боевой. Малышня не играет в обычные игры. Даже как-то грустно…
Я не задавал своим спутникам вопросов, почему здесь вообще есть дети и не лучше ли отсюда уехать. Дом там, где твоё сердце. Покинуть его из-за того, что кто-то тебе угрожает?..
Люди все разные. Кто-то уезжает. А кто-то принимает вызов и живёт дальше. Могу лишь сказать, что даже простые лесорубы и рыбаки здесь носят кольчугу и оружие. Это их осознанный выбор.
Я смотрел на это и чувствовал тяжесть в груди. Эти люди не знают мирной жизни. Для них война не абстрактное понятие, а ежедневная реальность. И сердце загорелось огнём, желая сделать хоть что-то, чтобы это исправить.
— Весело тут, — пробурчал Брячедум, глядя на очередную деревню с частоколом. — Прям как в горах. Только нам в основном гоблины докучают. А тут то орки, то ещё какая-то хрень…
— Тут хуже, — возразил Имирэн. — Орки умнее, организованнее. Орки иметь вождей и шаманов.
— Да ладно тебе, — отмахнулся гном. — Мне ли не знать. Да, здоровые. Но мозги на одном уровне. Сильнее — да, но не умнее.
— Ты не видеть орочью орду, — спокойно ответил эльф. — Когда они идти тысячами, земля дрожать. Когда они кричать, лист на дереве падай. Мой народ воевать с ними века. Мы знать.
Брячедум фыркнул, но спорить не стал.
— Видел я орочью орду… Всё так, как ты и говоришь. Но куда хуже попасть под магию сонного тумана и очнуться обритым в орочьей яме для пленных. Словами не передать тяжесть того, сколько шей своих сородичей я свернул в ответ на их мольбы не дать им жить в таком позоре… Для них было последней честью умереть от моих рук. А мне этой чести некому было оказать… — вздохнул Брячедум и продолжил: — Я жил в той яме среди трупов с теми, кто, как и я, сменил гномью честь на ярость горна в своём сердце. Не ради себя, а ради тех, кто отказался жить в плену и позоре. Ради того, чтобы убить столько орков, сколько получится. И судьба подарила нам шанс…
Эльф с ноткой сочувствия посмотрел на гнома и тяжело вздохнул. И я погрузился в размышления… Впервые услышал эту часть истории бывшего короля гномов.
Алиса сидела на крыше повозки, задумчиво глядя на горизонт.
На четвёртый день мы впервые увидели пограничные укрепления. До этого объезжали их стороной, но в этот раз проехали прямо через одну из линий обороны.
Сторожевые башни были построены через каждые несколько километров. На каждой горел слабый сигнальный огонь. Патрули увеличились в размере и превратились в два-три десятка солдат, прекрасно экипированных. Они ездили, проверяли путников. И что не особо-то и удивительно, их лошади не боялись варгов.
Нас останавливали трижды. Каждый раз я показывал звезду маршала Крево, отчитывался, куда веду путь, и каждый раз нас пропускали с почтительными поклонами.
На пятый день мы увидели Ратибор.
Город появился на горизонте подобно солнцу, взошедшему над краем земли. Медленно, неспешно и величественно. Мы поднялись на очередной холм и замерли, увидев его во всём великолепии.
Передо мной простиралась огромная крепость, какой я не видел ни разу в этой жизни. И даже в прошлой, на Земле, подобные сооружения встречались разве что в учебниках истории.
Ратибор был построен в форме звезды. Идеальной геометрической звезды с остроконечными бастионами. Внешние укрепления представляли собой массивные земляные валы, облицованные камнем, с глубокими рвами перед ними.
На бастионах я различил орудия. Пушки. Настоящие артиллерийские орудия, направленные во все стороны. Уверен, их для крепости отливали долго и везли отовсюду.
Местами пушек не хватало. Их места занимали аналоги… Более примитивные. Настенные катапульты, массивные баллисты — это лучше, чем ничего.
— Святые предки… — прошептал Брячедум, вытаращив глаза. — Я такой крепости в жизни не видал… А видал я всякое!
— Полноценная бастионная система, — пробормотал Граф, тоже застывший с широко раскрытыми глазами. — Звёздная форма для максимального перекрёстного огня. Каждый бастион прикрывает соседние. Подойти к стенам без попадания под обстрел невозможно. Но для этого нужно много ружей…
Если есть в нашем Домене место, где огнестрел стоит на страже защиты города, то это Ратибор.
Имирэн молча кивал. Его острые глаза оценивали укрепления.
— Эльфы видеть похожий крепости в свой историй и поиски утерянный ростки священный лес. Но я не знать, что оно может быть такой огромный… Это быть очень давно… Иногда даже заброшенный, заросший диким лесом крепость находить.
Я удивился. Кто-то ещё из местных строил похожие города? Причём так давно, что они уже превратились даже не в руины, а в дикий уголок природы?
Алиса ринулась вперёд, и я прикрыл глаза, смотря на город её взглядом, пока повозка приближалась к одной из длинных очередей на вход в город. Внутри внешних укреплений возвышались старые каменные стены, более простые, но не менее мощные. Цитадель. Старый город, вокруг которого построили новые укрепления.
Кто-то перестроил Ратибор… И, судя по всему, это произошло, после того как земляне пришли в этот мир. Уж очень чувствуется веяние нашей, земной оборонительной архитектуры. Старая внутренняя цитадель была защищена примерно так же, как и Крево. Только рядов стен поменьше, но зато сам город больше. Каждые пятьдесят метров башни, на стенах — зубцы, бойницы. Классическое средневековье, обёрнутое в технологии более поздней эпохи.
«Впечатляет, — донеслась мысль Алисы. — Люди если и планируют погибнуть тут, то хотят забрать с собой столько орков, что их орды будут восстанавливаться лет десять».
«Умирать они не планируют. Они планируют только убивать, защищая свой дом», — мысленно ответил я.
Мы двинулись дальше. По мере приближения детали становились яснее. На стенах кишели люди. Солдаты в доспехах и кожаных куртках, рабочие с инструментами, офицеры с подзорными трубами. Над городом поднимались столбы дыма от кузниц и кухонь. Воздух дрожал от шума: лязг металла, крики команд, стук молотков. И караваны… Десятки один за другим ехали со всех сторон. Под стенами крепости даже что-то вроде городка из караванщиков организовалось, где путники отдыхали, прежде чем уехать обратно. И ещё я