- Давай, Картошечка, - подбадривала она, - попробуй протиснуться.
Паркер так и сделал, схватившись за дверь и проскользнув на животе.
Мэгги заняла его место наверху лестницы. Затем они вдвоем полностью распахнули дверь.
Верхний этаж Миллсборо Хаус был незакончен. Насколько могла видеть Мэгги, там не было готовых стен. Были возведены деревянные каркасы, с которых свисали полупрозрачные пластиковые листы. Но бóльшая часть этого этажа была полностью открыта. Она могла видеть ряд окон на противоположной стороне, простирающихся от пола до потолка. Там также была дверь аварийного выхода, светящийся знак над ней показывал зеленый силуэт человека, убегающего от пожара.
Снаружи все еще светило солнце. Только тогда Мэгги осознала, сколько времени прошло с тех пор, как она прибыла в студию, и все... это... произошло. Казалось, прошло много часов, но тот факт, что на улице все еще было светло, подсказывал ей, что еще только начало дня.
Она на мгновение отдышалась, прежде чем снова посмотреть вниз в шахту лифта.
Синди и ее дочь были только на полпути. Бедная девочка цеплялась за лестницу изо всех сил. Она яростно рыдала, слезы текли по ее щекам.
- Давай, детка, - умоляла Синди маленькую девочку, - мы должны продолжать двигаться. Ты ведь хочешь выбраться отсюда, не так ли?
Маленькая девочка кивнула головой.
- Тогда тебе придется продолжать подниматься!
- Ты справишься! - крикнула Мэгги, надеясь подбодрить ее. - Мы с Паркером сделали это! Я думаю, здесь мы можем быть в безопасности!
- Вот видишь, - сказала Синди. - Тебе нужно продолжать идти, милая. Ты можешь сделать это для меня?
Девочка кивнула. Она осторожно начала снова подниматься по лестнице.
Мэгги гордо улыбнулась, когда девочка продолжила подниматься.
Но затем ее внимание привлекло что-то внизу, за их пределами.
Сначала это выглядело как нечто бóльшее, чем бесформенная синяя капля, просачивающаяся в шахту лифта через открытую дверь, через которую они сами вошли. Но потом, когда ее глаза сфокусировались, она поняла, на что именно она смотрит.
Это был один из "Приятелей для объятий".
К ее большому разочарованию, она увидела, что Джимбо поднимается по лестнице позади Синди. Еще более ужасающим был тот факт, что теперь она увидела, что у него есть оружие.
- О Боже! - закричала она в темноту, и дребезжащее эхо ее голоса отразилось от стен. - Берегись!
Маленькая девочка закричала.
Синди тоже.
Джимбо рассмеялся.
- Куда вы собрались? Вы больше не хотите со мной играть? - он высунулся из лестницы, вытянув назад всю длину своей руки. Свободной рукой он направил оружие на Синди. - Это будет похоже на стрельбу по рыбе в гребаной бочке!
- Быстрее! - захныкала Синди, умоляя дочь пошевелиться. - Тебе нужно подняться!
Но девочка осталась застывшей на месте, все ее тело дрожало от ужаса.
Джимбо нажал на курок. В шахте лифта раздался какофонический БУМ! Пуля отскочила от стен, лязгнула о сталь и высекла искры из точки попадания.
- Не волнуйтесь, - рассмеялся он, - это был всего лишь учебный выстрел!
Мэгги упала на колени, спускаясь в шахту лифта, ее рука была всего в нескольких футах от девочки.
- Давай! Тебе нужно продолжать двигаться! Поторопись!
Ребенок не двигался.
Джимбо выстрелил еще раз. БУМ! И снова пуля промахнулась.
- Черт! Думаю, мне еще нужно немного попрактиковаться, а?
Синди поднялась по лестнице, втиснувшись рядом с дочерью.
- Пожалуйста, детка, - прошептала она, - нам нужно идти. Эта... эта... эта штука пытается нас убить! Тебе нужно подняться. Ты можешь сделать это для меня, пожалуйста, детка?
Девочка покачала головой.
Крупные, тяжелые слезы покатились по щеке Синди.
- Пожалуйста, детка, - сказала она, едва не захлебнувшись собственной мокротой, - просто иди!
Девочка снова покачала головой.
Синди стиснула зубы.
- Просто двигайся, черт возьми!
БУ-УМ!
Еще один выстрел пролетел через шахту лифта. Пуля пробила шею Синди, проделав вертикальную дорожку вдоль ее горла и застряв в нижней челюсти. Кровь хлынула из ее разрушенных артерий, забрызгав испуганное лицо ее маленькой дочери. Алый каскад хлынул по ее губам и вниз по ее передней части, осыпая лицо Джимбо несколькими футами ниже.
Мэгги ахнула. Она прикрыла рот, подавляя крик, наблюдая, как глаза Синди закатились, ее тело обмякло, а затем она упала с лестницы. Она кувыркалась в воздухе, пока не ударилась о лифт дальше по шахте.
- О, да! - сказал Джимбо, его голос был полон ликования. Он поднялся по лестнице, пока не добрался до маленькой девочки. - Ты видела это? - спросил он, прижимаясь ближе, отводя волосы от ее лица. - Мама выглядит как раздавленный жук! Давай, посмотри!
Девочка крепко зажмурилась.
- Оставь ее, черт возьми, в покое! - крикнула Мэгги сверху. - Не смей причинять ей боль!
Джимбо нахмурился, его силиконовая бровь опустилась вниз, сморщив лицо, как у человека, который только что откусил горький лимон.
- Почему бы тебе не спуститься сюда и не остановить меня?
Мэгги знала, что не сможет. Если бы она это сделала, она была бы все равно что мертва, тогда Паркер тоже был бы мертв.
- М-м-мамаа... - прошептала маленькая девочка.
- Ты хочешь к своей мамочке? - спросил Джимбо.
Девочка кивнула.
- Разве ты не предпочтешь поиграть со мной вместо этого?
Девочка покачала головой.
Джимбо вздохнул.
- Ладно. Пусть будет по-твоему.
- Нет! - закричала Мэгги.
Одним быстрым движением Джимбо схватил прядь волос девочки и впечатал ее лицо в лестницу. Переносица врезалась в стальную перекладину, сломав кость и открыв ужасную рваную рану. Затем он дернул ее назад, подальше от лестницы, отбросив в сторону, как выброшенную салфетку. Девочка пронзительно вскрикнула. Она быстро упала, ее хрупкое тело хрустнуло, когда она врезалась в сталь внизу, ее сломанные кости разорвали кожу.
- Остались только ты и твой маленький негодяй! - зарычал Джимбо, снова прицелившись из карабина и выстрелив, едва не попав в Мэгги.
Он быстро поднимался по лестнице.
Мэгги отступила назад, отталкивая Паркера от опасности. Мальчик споткнулся о собственные ноги, растянувшись на полу. Но Мэгги это не беспокоило; ей нужно было что-то сделать. Если она позволит Джимбо подняться туда, то, несомненно, и она, и Паркер будут мертвы. Она не знала, что заставило актера внутри аниматронного костюма потерять рассудок, но что бы это ни было, он не собирался сдаваться без борьбы. Он был жесток