— А как же ты? — Спросила я, еле успевая волочить ноги.
— Я быстро ополоснусь, как только отведу тебя внутрь, — сказал он. — Тебе, вероятно, следует проверить малышей.
Смешок вырвался из моего горла.
— Ладно, ладно. — Я позволила завести себя внутрь, но уже знала все, что нужно о его реакции. Эллиса влечет ко мне. Теперь нужно убедиться, чтобы его желание быть моим «другом» перерастает во что-то более чувственное. Потому что, если Эллис влюбится в меня... разве он не позволит мне уйти?
* * *
Медленно, пролетела еще одна неделя в неволе. Сейчас, когда я заговорила, было не так скучно, и с котятами, требующими внимания, мне всегда было чем заняться. Каждые три часа они просыпались для кормежки, что означало, мы могли поспать немного больше, и они уже открыли глазки.
Эллис проводил большую часть своего времени в хижине со мной. Если Эверетт приходил ему на смену, Эллис, как правило, выпроваживал его под предлогом, что брату нужно писать. Иногда Эверетт забегал на пару часов, пока Эллис выполнял какую-то работу, но он всегда возвращается с подарком для меня. В первый раз, это был кусок пирога. В другой, колода игральных карт. Это всегда были простые вещи, предназначенные, сделать досуг немного более приятным.
Он не приставал ко мне. Хотя я и ждала этого, особенно после обнаженки в душе. Эллис всегда был джентльменом, придумывавшим интересные вещи. С одной стороны, мне нравилось, что он был именно тем, о ком говорил, — просто моим другом. С другой стороны, я попытался придумать, как соблазнить его. Я спала без бюстгальтера, моя грудь прижималась к его груди, мое лицо прижималось к его шее. Я использовала любое оправдание, чтобы прикоснуться к нему, и создавала возможности продлить свое прикосновение.
Мы проводили вместе много времени, просто смеясь и разговаривая, и это все меньше походило на тюрьму и все больше на отпуск. Конечно, это был отпуск, который я не могла прекратить, но было не так уж и плохо. Не с Эллисом, составляющим мне компанию, прекрасную к слову. Мы играли в нелепые игры, начиная с простых "Я вижу"1 к более сложным вещам, как "Я никогда". Еще мы гуляли в лесу, но никогда не уходили далеко от хижины. Эллис превращался в вер-пуму, чтобы защитить меня, и пока мы гуляли, я вела односторонний разговор, спрятав руки в худи, просто наслаждаясь тишиной и природой.
Сейчас, когда у меня был друг, и я знала, что они не собирались меня убить. Все не так уж и плохо.
Но все же я хотела пробиться сквозь оборону Эллиса. Я смогу. Нужно просто быть терпеливой.
* * *
— Эй, Лили, — прошептал Эллис у моей шеи, пробуждая меня от дневного сна.
— Хм? — Я придвинулась ближе к нему, прислонившись лицом к его ключице и прижимаясь к нему носом. Спать рядом с ним очень приятно. Он большой и теплый, и мое тело прекрасно соответствовало всем его изгибам.
— Пора вставать.
— Не хочу, — пробормотала я сонно, прижимаясь к нему ещё ближе.
— Ну же, — сказал он, похлопывая меня по плечу. — Ты не можешь спать целый день.
— Спорим, что могу, — ответила я, прижавшись лицом к его шее и вдыхая его запах. Он просто великолепно пах. Мне нравилось уткнуться носом в сгиб его плеча и глубоко дышать.
— Давай, Лили, — дразнил он, его рука пробежалась вдоль моих плеч. — Не будь занозой в заднице. Прекрати это.
Заноза в заднице? Я ему покажу занозу в заднице. Высунув язык, игриво провела им по его горлу. Это был не более чем быстрый, глупый, похожий на щекотку жест.
Но реакция Эллиса была бурной. Он низко застонал, и его руки сжались вокруг меня. Его бедра прижались к моим, и я почувствовала прикосновение его эрекции к своему бедру.
У меня перехватило дыхание. Это должно было привести меня в ужас, но это Эллис. Дружелюбный, говорливый Эллис, который спас котят и старался не смотреть на меня, когда я намыливала свои сиськи перед его лицом. Эллис с большими, покрытыми татуировками руками и мускулистыми плечами и от которого пахло так вкусно. Поэтому, когда мой рот снова задел его шею, я начала покусывать его горло.
Внезапно, я оказалась на спине, большое тело Эллиса нависало над моим. Он двигался так быстро, что я едва заметила это. Я уставилась на него снизу-вверх, заметив, что его зрачки расширены от вожделения, и тот странный, дикий зеленый отблеск появился в его глазах. Его лицо было в нескольких дюймах от моего, и, тяжело дыша, я наблюдала, как он наклоняется.
Эллис был так близко, что я могла снова попробовать его, но он колебался, и его взгляд метнулся к моим глазам.
— Я собираюсь поцеловать тебя, Лили. Скажи мне остановиться, если ты не хочешь меня.
И он наклонился, нежно коснувшись губами моих губ. Я не стала останавливать его.
Я почувствовала покалывание пятичасовой щетины, когда его рот прижался к моей щеке, затем он начал целовать мой подбородок. Его движения были медленными, но решительными, от чего мурашки пробежали по телу. Я поняла — с запозданием — что он держит мою руку над головой, но меня это не волновало. Это Эллис, и с ним я в безопасности. А он продолжал покрывать легкими, скользящими поцелуями мое лицо, пока дыхание не покинуло мои легкие, и я не начала смотреть на него с тоской в глазах. Эти легкие как бабочки поцелуи были сладкими, но не утоляли покалывающую боль, рождавшуюся внутри меня.
Эллис, казалось, понял, что мне нужно больше. Он вернулся к моему рту, и его нос задел мой нежным поддразниванием, а затем, наклонившись, он нежно коснулся моего рта.
Тяжело дыша, я провела языком по губам.
Как только я это сделала, он наклонился и поймал мой язык своими губами, прежде чем я успела его убрать.
Я ахнула, когда желание стрелой пронзило мое тело в ответ. Приоткрыла рот и застонала — это было приглашение, которое, как я надеялась, он примет.
Что он и сделал. Эллиса накрыл мой рот своим и поцеловал. Не нежно и ласково, как раньше, а грубо, яростно, требовательно, поцелуи такой глубокий, словно Эллис пожирал мои губы. Я была беспомощна под натиском его поцелуя... и наслаждалась этим. Снова и снова, его рот обрушивался на мои губы, пробуя, облизывая, покусывая, дразня. Через мгновение — бесконечное, восхитительное мгновение — он поднял голову,