Зрелище было хуже некуда. Каменный коридор, ведущий к хранилищу Архила, был усыпан телами гвардейцев. Трое лежали неподвижно, ещё двое пытались подняться, истекая кровью. У стены, прикрывая вход в само хранилище, стояли четверо наших гвардейцев, отбивая атаку.
Атакующих же было пятеро. Все в чёрном, лица скрыты масками. Двигались быстро и слаженно… С какой-то кошачьей… хищной грацией.
Один из них держал в руках куб-накопитель с арихалковой энергией, и я тут же произнёс:
— Ускорение — адреналин — кровавый доспех.
Мир замедлился, и я выхватил метапосох, на ходу трансформируя его в боевую косу.
Ближайший из напавших не успел среагировать. Я вошёл в его слепую зону, взмахнул косой. Лезвие прошло сквозь плоть и кость, словно сквозь масло. Рука, державшая короткий меч, отлетела в сторону, стукнулась о стену и упала на пол.
Раненый не закричал. Вообще никак не среагировал на боль. Он просто развернулся, подхватил отрубленную конечность левой рукой и рванул в сторону раненого гвардейца, лежащего у стены.
— Чё за… — произнёс я, когда нападавший сдернул маску. Бледная кожа, удлинённые клыки, глаза, горящие нечеловеческим голодом.
— «Вампир», — сообразил я. Но о них не было слышно последние пятьсот лет, и все думали, что они выродились.
— Твою мать! — Он уже склонился над гвардейцем, раскрывая пасть, и я не раздумывал.
— Просвещение! — ударил я по площади заклинанием.
Ментальный удар накрыл всех, кто находился в радиусе действия чар. Вампир застыл, как вкопанный, его челюсти зависли в нескольких сантиметрах от руки гвардейца. Остальные четверо тоже замерли, словно статуи.
Я выдохнул, заклинание сработало и на врагах и гвардейцах. Благо воздействие этого заклинания проходит без следа.
— Отпусти их, — раздался голос позади меня. И тогда я медленно обернулся.
В проёме двери стоял высокий вампир. Я сразу понял, что среди них этот кровосос главный. Длинные тёмные волосы, собранные в хвост. Чёрный плащ, расшитый красными рунами. Но кое-что выбивалось на общем фоне. В его руках был свёрток…
Крошечный, завёрнутый в белую ткань, испачканную кровью. Как вдруг…
— Уаааа! Уаааа! — донёсся крик. И меня словно переклинило. Я сразу понял, что это новорождённый ребёнок Аннабель.
Кровь застыла в жилах.
— Отпусти моих птенцов, — произнёс вампир, слегка приподнимая свёрток, — и мы уйдём. Без лишнего шума и крови.
Я сжал рукоять косы. Вокруг меня лежали тела гвардейцев…
— Ты хоть понимаешь, — начал я, стараясь держать голос ровным, — что если с этого ребёнка хоть волос упадёт…
— «СТОП!» — мысль ударила в голову… Ребёнка никто бы просто так не отдал. Значит, либо его отняли силой, либо… либо того, кто должен был его защищать, уже нет.
— «Аннабель… ЛИЛ!» — я почувствовал, как кровь, их кровь, течёт где-то наверху. За шумом и криками я не мог различить чьи сердца бьются, а чьи нет… Страх обжёг меня.
— Я убью тебя, — выдохнул я, глядя вампиру в глаза. — И всех, кто тебе дорог. Найду весь твой клан или род… Плевать, кто будет стоять у меня на пути, я убью вас всех…
Я не стал ждать ответа. Ментальная атака вырвалась из меня с такой силой, что воздух вокруг задрожал. Я целился в его кровь, пытаясь вскипятить её, разорвать изнутри.
Вампир качнулся. Его глаза расширились, а губы раскрылись в беззвучном крике. Руки дрогнули, и свёрток начал падать.
— ЛЕВИ! — крикнул я слово-активатор и подхватил малышку у самого пола, не дав ей ударится. После чего кровавым молотом ударил в грудь вампира, сам же побежал к ребёнку.
И когда девочка оказалась у меня в руке, вампир сорвался с места. Он двигался быстро. Размытое пятно, почти невидимое в полутьме подвала. Я едва успел выставить косу, блокируя удар. Металл звякнул, и вампир, отскочив, приземлился на стену.
— Просвещение, — атаковал я, но на вампира атака не возымела никакого действия.
Ребёнок в моих объятьях закричал громче. Но это никак не останавливало вампира. Более того, этот пид@р@с атаковал снова и снова, целясь, но не в меня, а в свёрток. Каждый удар, каждый выпад был направлен на новорождённую племянницу.
Я прикрывался, как мог. Коса, тело, даже кровавый барьер, который я наспех возвёл вокруг ребёнка. Но вампир, как и я, использовал кровь. Мой и его барьеры из крови не могли сдерживать нас.
Вдруг он нанёс колющий удар мечом… в ребёнка, и увернувшись, он ударил в мою ногу. И снова он целился ударить в ребёнка, и я пропустил удар в руку. Предплечье обожгло болью.
Потом удар в шею. Я смог увернуться в последний момент, но клинок всё равно оставил глубокую царапину.
Я проигрывал. Но я не мог положить ребёнка… вампир обязательно воспользуется моментом и попытается убить его.
Быстро взглянув на характеристики, увидел, что шкала моей жизни опустилась больше чем на половину.
И вдруг вампира окутало фиолетовое облако. Он застыл, словно его обмотали невидимыми цепями. Попытался вырваться, но облако сжалось сильнее, вгрызаясь в его плоть.
Я проследил за энергетическим следом заклинания. И у входа в подвал стояла Аннабель.
Вся в крови. Её ночная рубашка была разорвана, пропитана алым. Волосы растрепаны, лицо бледное, как у мертвеца. Она опиралась на дверной косяк одной рукой, еле держась на ногах.
А другой, сжимала пальцы сдерживая заклинанием вампира.
— Бель! — выдохнул я.
Она не ответила. Просто смотрела на вампира, и в её глазах плескалась такая ярость, что даже мне стало не по себе.
— Ты… посмел… — её голос был надломленным. — Ты посмел тронуть мою дочь!
Вампир зашипел, пытаясь вырваться. Фиолетовое облако сжималось всё сильнее, и я услышал, как трещат его кости.
— Похититель! — выкрикнул я, и фиолетовый луч попал в обездвиженного вампира.
— НЕТ! НЕТ! ОТПУСТИ! Я ГОТОВ ДОГОВОРИТЬСЯ! ПРОШУ, НЕТ! МЕНЯ ДОМА ЖДУТ ДЕТИ! — от грозного врага не осталось и следа… был только трус, к которому я испытывал презрение.
— ПАХ! — ударил со всей силы я его в голову.
— Тварь. Ты только что хотел убить ребёнка! И смеешь говорить мне о своих детях?
Я создал заклинание кровавые путы, дав Бель отдохнуть. Вампир умирал. Я не мог посмотреть его характеристик, но кровосос был силён, и проклятие похититель, неумолимо отнимало у него жизнь, магию и кровь, плюс ко всему двигая меня на несколько уровней вперёд.
Аннабель подошла ко мне, и я передал ей