— Вы погибли, защищая род Арес, защищая Виндар и его жителей, — произнёс я громко, чтобы все слышали. — Вы сражались до конца, не отступив ни на шаг. И ваши имена будут вписаны в историю рода Арес золотыми буквами. Ваши семьи не будут ни в чём нуждаться. Ваши дети получат лучшее образование. Ваши вдовы будут под защитой рода до конца своих дней.
Я сделал паузу, оглядывая собравшихся.
— Я, Андер Арес, клянусь в том, что сейчас сказал.
Собравшиеся молчали. Потом один из гвардейцев ударил кулаком в грудь, традиционный салют воинов. За ним повторили остальные.
— БУМ. БУМ. БУМ.
Я отошёл, ожидая, когда все желающие подойдут попрощаться с погибшими.
Вскоре рядом со мной встала Аннабель. Она держала на руках дочь, завёрнутую в белое одеяло. Слева от неё стоял Гаррик, как бы обнимая-придерживая жену. Наши взгляды ненадолго встретились, и он кивнул мне, а я ему.
Этот поход… эти потери… что-то изменили в нём. А может, и во мне тоже.
Потом к нам подошёл Селви. Под плащом было не заметно, что у него нет рук. Сириус же… он подошёл последним.
Когда все попрощались, я подошёл к помостам вместе с родственниками и гвардейцами. И хоть уровень магии у всех был разный, но тут главное было показать единство, что несмотря на потери, мы вместе и мы сила.
— Воспламенение, — произнесли мы и оранжевые лучи устремились в деревянные помосты.
Пламя вспыхнуло мгновенно. Оно окутало тела, взметнувшись к небу на несколько десятков метров.
Когда пламя наконец угасло, я подошёл и собрал немного праха, оставшегося от Лилии, аккуратно пересыпал его в урну, закрыл крышку; потом взял ещё одну урну, собрал прах Фердинанда, чтобы потом поместить урны в родовую усыпальницу рода Арес.
* * *
Темница встретила меня привычной сыростью и запахом крови.Гвардейцы у входа выпрямились, увидев меня.
— Милорд, — поклонился старший. — Вы…
— Открывай, — оборвал я его.
Он кивнул, достал ключи и отпер дверь.
Я спустился по лестнице, шагая быстро, почти бегом.
Вампир сидел в своей камере, прислонившись к стене. Увидев меня, он вздрогнул.
— Ты… — начал он.
Я же молча достал сумку и стал оттуда доставать чеснок, серебряные иглы и ножи, освящённую в храме Арес воду, напильник и многое-многое другое.
Глава 9
Темница
Я стоял перед клеткой, в которой сидел главарь вампиров. Тот самый ублюдок, что вырвал сердце Лилии, убил Фердинанда и пытался украсть детей.
У меня были вопросы к вампиру, на которые я собирался узнать ответы. А то, что вампир не захочет отвечать на них по доброй воле, я был уверен.
Передо мной на каменном столе были разложены инструменты. Серебряные иглы. Ножи, освящённые в храме Арес, и оттуда же бутыль со святой водой. Чеснок — много чеснока. Напильник. Клещи. Раскалённые угли в жаровне.
Вампир смотрел на всё это с нескрываемым ужасом.
— Зачем… зачем тебе нужны были дети? — спросил я, не глядя на него. Я понимал, зачем ему был нужен накопитель, это было слишком очевидно. Но дети! Я хотел знать, что он собирался с ними делать, и было ли их похищение спланированным или это инициатива конкретно этого вампира.
Однако тот факт, что роды у Аннабель и Аяны начались в один день, говорил в пользу теории о том, что похищение детей было спланировано.
Тем временем вампир молчал.
Тогда я взял серебряную иглу, покрутил её между пальцами. Потом обмакнул в измельчённый чеснок, размешанный со святой водой. И добавил капельку магической энергии — смесь зашипела на серебре.
Вампиры, хоть и считались вымершей расой, но способы борьбы с ними были хорошо известны. Мне же было ещё проще. Почти всё, что на Земле показывали в фильмах по способам их умерщвления, действовало в реальности на Грее.
— Последний раз спрашиваю, — произнёс я пугающе спокойным голосом. — Зачем тебе нужны были дети?
— Я… я не могу, — прохрипел вампир. — Меня убьют. Старейшины…
— Старейшины? — усмехнулся я. — Боишься их больше, чем меня?
Я приблизился к прикованному зачарованными цепями вампиру, и тот так сжался, что отвращение к нему стало ещё сильнее.
— Сейчас я покажу тебе, кого стоит бояться по-настоящему, — сказал я.
Я с силой воткнул серебряную иглу ему в плечо.
— Аааааа! — завопил вампир. Его крик был таким пронзительным, что гвардейцы за дверью наверняка вздрогнули. Кожа вокруг иглы начала дымиться, чернеть, словно её жгли раскалённым железом.
— АААА! ВЫТАЩИ! ПОЖАЛУЙСТА! ВЫТАЩИ!
Я не вытащил. Вместо этого воткнул вторую иглу. Потом третью — в бедро.
Вампир бился в конвульсиях, дёргая цепями. Его лицо исказилось от боли, клыки обнажились, глаза налились кровью.
— ПРЕКРАТИ! ПРЕКРАТИ, ПРОШУ!
— Отвечай на вопрос, — спокойно сказал я. — Зачем вам были нужны дети?
— НЕ МОГУ! Я НЕ МОГУ СКАЗАТЬ!
Я взял четвёртую иглу.
— Хорошо, — отрешенно сказал я. — Тогда продолжим.
Следующие полчаса я методично втыкал иглы. В плечи. В бёдра. В рёбра. В шею. В живот. Каждый раз вампир орал, извивался, клялся, что расскажет всё, но потом снова замолкал.
Я не спешил. А просто делал свою работу.
Когда иглы закончились, я взял нож. Серебряный, с рукоятью из освящённого дуба.
— Видишь этот нож? — показал я ему. — Им можно очень аккуратно срезать кожу. Тонкими полосками. Как шкуру с животного, каким ты являешься. Знаешь, сколько времени занимает освежевать вампира заживо? — Вампир хрипел, пытаясь отползти. — Я тоже не знаю, но обещаю тебе делать это как можно медленнее. И я могу делать это днями. Неделями. Пока ты не умрёшь от истощения.
Я приложил лезвие к его щеке. Надавил. Кожа зашипела, задымилась. Вампир закричал снова.
— ЛАДНО! ЛАДНО! Я СКАЖУ! ТОЛЬКО ПРЕКРАТИ!
В тот момент я еле-еле сдержался, чтобы не выдать своего облегчения. Эти пытки сильно били по нервам. И та злость, чтобы была в момент, когда я узнал о гибели Лилии, не была уже столь сильной. Наверное, у меня уже выгорели эмоции, и несколько часов пыток вампира окончательно выпили их.
Я отстранился и убрал нож.
— Говори. И начнём с того, как тебя зовут.
— Варис. Меня зовут Варис.
— Ну что ж, Варис, рассказывай, что сподвигло тебя напасть на