Поздним вечером.
Время было позднее, и наши путники решили устроить привал. Роскошной палатки, подобной как у Кайлоса, у них, разумеется, не имелось. Но это не стало проблемой — всё необходимое для ночлега у костра было при них. С одной стороны, могло показаться странным, что столь уважаемые маги согласились спать на простых циновках под открытым небом. Но с другой — на этом настояла сама Марина. Видимо, ей захотелось обрести долю романтики: провести ночь на свежем воздухе, под шёпот звёзд, зажарить на огне кусок сочного мяса, испить вина или душистого травяного отвара.
И вот барашек был готов, его соблазнительный аромат поплыл в ночном воздухе, заставляя всех присутствующих сглатывать слюну. Дружная компания уже собралась приступить к трапезе, как вдруг Вортис, до этого момента бесшумно перебиравший монету между пальцев, резко вскочил на ноги. Мгновенно вокруг группы воздвиглась сияющая стена из хрустальной воды — и тут же в неё с противным шипением врезалась туча отравленных болтов и стрел, а следом обрушился шквал боевых заклинаний.
Воспользовавшись тем, что водяная стена скрывала происходящее внутри от взоров нападавших, Марина бесшумно ушла под землю. Поскольку вокруг простирались пески, сделать это было энергетически менее затратно, нежели в других местностях. Первым делом она переместилась на расстояние в сотню метров от лагеря. Там, осторожно вынырнув из песчаной толщи, она обнаружила трёх магов и почти два десятка вооружённых людей, готовых ринуться в атаку.
Бросив взгляд в сторону стоянки, она увидела, как водяная стена рухнула, и в сторону врага полетели водяные копья — настолько тонкие и прозрачные, что их можно было разглядеть лишь в отсветах костра. «В который раз я восхищаюсь твоим мастерством, любимый», — пронеслось у неё в голове. Так виртуозно контролировать свою стихию способен далеко не каждый архимаг. Что будет, когда он достигнет этого ранга, даже страшно представить. Да, это будет не скоро, может, лет через триста, но будет, а время… Время пройдёт.
Едва первые копья достигли цели, ночную тишину пронзили вопли боли. Прежде чем маги противника успели среагировать, четверо нападавших рухнули замертво. Только тогда магам огня удалось выставить перед своими рядами защитную стену из пламени, поглотившая остальные копья.
«Глупцы», — мысленно усмехнулась Марина, прекрасно понимая, что эти преграды вряд ли сдержат атаку мужа. «Ох, как же вы сейчас удивитесь», — она стояла за спинами врагов и улыбалась, готовясь насладиться представлением.
В тот же миг из его вскинутых рук вырвалась новая серия водных игл, которые со свистом врезались в узлы сосредоточения вражеских заклинаний. Защитные стены попросту рассыпались в воздухе, не успев хоть что-то противопоставить. «Как же приятно видеть эти растерянные лица», — с холодным удовлетворением отметила она.
Следом в строй нападавших врезались водные серпы, выпущенные Ночным Приливом. Стоило отметить, что их качество было на высоте — почти на уровне мастера. Из пяти выпущенных четыре нашли свои цели. И тут же Вортис принялся отчитывать молодого орка, так как все пять должны были достичь цели. Он же атаковал обычных воинов, а не магов.
— Когда мы вернёмся в академию, тебе придётся месяц отрабатывать это заклинание, раз уж ты до сих пор не можешь с ним справиться! — прогремел его голос.
«Бедный Вул’дан», — с лёгкой усмешкой подумала Марина.
После водяных серпов, выпущенных орком, в бой вступила Ева. Её луч света, направленный в мага, не сумел пробить защиту — что и неудивительно, ведь против них выступали трое магистров. Однако суть была не в этом. При столкновении с барьером луч порождал ослепительную вспышку, способную на мгновение лишить зрения всех в округе. Если не знать об этой её особенности, ослепнуть было проще простого. К счастью, Марина была в курсе её этой особенности и успела прикрыть глаза.
Среди нападавших поднялся крик: одни вскрикивали от боли, другие — от страха перед внезапно наступившей слепотой. Этим моментом следовало воспользоваться.
— Discipulus, — прошептала она.
Песок под ногами нападавших внезапно пришёл в движение, превратившись в зыбучую трясину, и люди начали погружаться в него. Крики стали ещё отчаяннее. Но уже через минуту воцарилась тишина — выжить удалось лишь троим, а маги, тем более магистры, не станут попусту вопить. В Марину тут же полетели сгустки огненных шаров, и ей пришлось вновь скрыться под землёй, где они были ей не страшны.
Тем временем Вортис продолжал наставлять нерадивого ученика.
— Перед тобой — трое магистров пламени. Да, они сильнее, но если бить в средоточие, в точку, откуда начинается плетение…
— Господин Вортис, перед вами не Кайлос, — попытался оправдаться Вул’дан. — У меня нет такого зрения, я не могу увидеть точку плетения.
— А ты должен видеть через «не могу», — раздражённо проговорил «Тень Солнца», попутно развеяв два огненных копья, летевших в Еву. — А ты чего уставилась, разинув рот? Хочешь, чтобы твой Кайлос себе другую нашёл? Как там её… Хельгу?
— Ох, зря вы это сказали, учитель, — с лёгким укором покачал головой Ночной Прилив.
Черты лица девушки исказились гневом, глаза залились ослепительным белым сиянием, а всё её тело окутала белоснежная аура, которая за мгновение сконцентрировалась в единое заклинание, до дна опустошив её источник.
— Sol Iaculum! — выкрикнула Ева, и сотни солнечных дротиков устремились к вражеским магистрам, всё ещё сосредоточенно готовившим новые атаки. В последний миг, повинуясь воле магэссы света, все дротики слились в одно гигантское копьё, которое пробило огненную защиту, а затем — и грудь одного из магистров. Ева в изумлении расширила глаза, не веря, что ей удалось одолеть мага на два ранга выше.
— Такого не может быть, — прошептала она, охваченная бурей противоречивых чувств.
— Разумеется, не может, — спокойно опустил её на землю наставник боевой магии. — Поблагодари Марину: если бы она не отвлекла его, у тебя ничего бы не вышло. А теперь ты пуста, как бутыль из-под вишнёвой настойки. О, великие предки, кого вы ниспослали мне в ученики! Почему меня окружают одни неумехи? Лишь один достоин моего внимания, да и тот — не орк. За что же такое