Может...
Входить первым Стефан не хотел, и Джейлис с недовольным шипением обогнала его и распахнула дверь. Стефан на какое-то время замер, разглядывая то, что открылось в проеме — люди успели натоптать внутри целый небольшой сугроб, грязный и тревожно неправильный, повсюду валялись обломки мебели и досок, возможно, раньше бывших лестницей. Как будто мельница, кроме дыры в чердаке решила все внутри переломать.
— Тетушка? — неуверенно позвала Джейлис. Из глубины дома донесся слабый стон.
— Осторожней! — крикнул сзади Эйлерт, но Джейлис замерла лишь на мгновение, а потом, нахмурившись, двинулась вглубь дома. Крупный сор под ее ногами похрустывал, как печенье. Их мельница делала отличное печенье, такое сладкое, тающее на языке...
Стефан затряс головой, чтобы все эти болезненные мысли вывалились прочь, и побежал за Джейлис.
Ее предполагаемая тетка — не то чтобы в их лицах было хоть что-то похожее — обнаружилась в дальней комнате. Она лежала на неразобранной кровати, прикрывшись меховым плащом, бледная, с покрасневшими глазами, одним словом, какая-то совсем больная. Джейлис махнула Стефану рукой, мол, не приближайся, но сама подбежала к кровати.
Ой, да больно ему надо.
— Джейлис, — прохрипела предполагаемая тетка, бессильно барахтаясь на кровати. Встать или даже сесть, опираясь на подушку, у нее совсем не получалось. — Ты... С тобой ничего не сделали?
— Я в порядке, — в голосе Джейлис звенело облегчение. — Все, ты больше не думаешь, что я убийца? Полегчало?
— Воду не пейте, — с трудом проговорила тетка, скривившись. Джейлис быстро закивала. Сзади затопали Эйлерт и Марко, грохнули входной дверью.
— Эй, хозяйка. Засова нет? — проорал Марко. Тетка фыркнула насмешливо, но тут же страдальчески поморщилась.
— Нету. Разрубила.
— Может, есть какие-то лечебные заклинания? — спросила Джейлис, оборачиваясь к стоящему в дверях Эйлерту. — У нас так-то травки есть, и я бы их заварила, но вода...
— Я могу растопить снег, — предложил Эйлерт. — Только...
Дом вдруг дрогнул от мощного удара. Остатки стекла брызнули внутрь, заставив всех присутствующих, кроме разве что болезной тетки, заорать от страха. Эйлерт сразу же махнул рукой, и окно засияло разноцветными переливами, ни дать ни взять мыльный пузырь.
— Только у нас деревня все еще полна нечисти, — любезно сообщил Марко. — Поэтому, уж прости, но не до головной боли твоей тетки, принцесса.
Джейлис бросила на него непонимающий взгляд и, дернув плечом, подошла к тетке поближе. Потрогала лоб. Прикусила губу.
— Вроде бы жара нет.
— Да отлежаться мне и все, не глупи, — проворчала тетка, продолжая барахтаться в постели. — Главное, воду не пейте! Я их замедлила, как могла... Поклялась, что в последний раз в жизни магией пользуюсь, и наколдовала, что не рады им тут... Но надолго этого не хватит, так что зовите вашего... взрослого вашего...
— Кому не рады? — быстро уточнил Стефан, лишь бы не думать о Дитере.
— Нам.
На подоконнике сидела молодая светловолосая девушка с красивым и злым лицом. Стефану вдруг больше всего на свете захотелось посмотреть ей в глаза, он сделал шаг навстречу, но внезапно его стукнули по спине. «Через него гляди», — сказал оказавшийся рядом Марко и сунул Стефану в ладонь цветное зеленое стеклышко. Эйлерт протягивал такое же Джейлис, а ее тетка просто закрыла глаза и отвернулась к стене.
Стефан посмотрел на девушку через стекло — все-таки лучше, чем совсем не смотреть, — и ему немедленно стало очень страшно и очень хорошо. Как будто он летел в пропасть, но летел ведь, как настоящая птица.
— Поможешь мне войти? — улыбнулась ему ледяная фея. — Я сделаю так, что тебе никогда больше не будет страшно, хочешь?
— Ага, и вообще никак не будет, — отбрил Марко. — Потому что замерзнешь изнутри. Проваливайте в свой лес, а?
Девушка пожала плечами.
— Мы бы с удовольствием, — вздохнула она, — но наши кабаны тоже ходили на водопой к вашей отравленной реке, понимаешь?
— Мне кажется, река теперь в порядке, — сказала Джейлис. — Тот, из-за кого это случилось, мертв.
— Отличная новость, — недобро усмехнулась девушка.
Она облизала губы острым язычком, и Стефану тут же захотелось коснуться ее лица. Позор, другие ведь как-то держатся!
— Только они теперь голодные. Да и мы не откажемся, знаешь ли.
— Проваливайте, — повторил Марко.
— А ты, я смотрю, ни вежливее, ни умнее не стал с нашей последней встречи, — фея мелодично рассмеялась. — Мы уйдем. Сначала напьемся вашей волшебной крови, потом накормим своих животных свежей человечинкой, а потом сразу уйдем восвояси. Наверное, вы надеетесь, что вас защитит Эльсино колдовство? Что ж, на пару минут его еще хватит. Нас больше, и мы сильнее.
Она посмотрела прямо в глаза Стефану, и, несмотря на стеклышко, в его лицо как будто воткнули острые ледяные иглы. Он заморгал, затряс головой.
— Зачем ты нам это рассказываешь? — тихо спросил Эйлерт.
— Люблю, когда вам страшно. Так вкуснее.
Фея дождалась, когда Стефан на нее посмотрит, и подмигнула ему. А потом спрыгнула на улицу.
Джейлис молчала. Стефан переглянулся с Марко, попытался поймать и взгляд Эйлерта, но тот, кажется, совсем ушел в свои мысли.
— Они могут уйти сами, — негромко проговорил Стефан наконец. О, как он об этом мечтал. Чтобы и кабаны, и замораживающие изнутри феи, и нескладные гигантские комки молочной пенки, — все, чтобы просто взяли и ушли из деревни. И тогда можно будет нормально поговорить. Решить что-то. Мало ли, может, в деревне есть кто-то, кого очень серьезно ранили, и ему все равно умирать, и тогда это могло бы быть... выгодной сделкой.
Руки дрожали. Стефан понял это не сразу, просто вдруг стрельнуло болью где-то между локтем и запястьем, так, что пришлось растирать руку и стараться никому не смотреть в глаза. Вот скажи ему кто пару месяцев назад, что он смерть человеческую будет так называть.
Сделкой. Выгодной.
Да только делать-то что?
— Попробуй отдохнуть, а мы пока пойдем посмотрим, как там остальные, может, помощь кому нужна, — сказала вдруг Джейлис радостно и ни капельки не фальшиво. Будто бы она внезапно ударилась головой и забыла и смерть Дитера, и то, что случилось с Паулем...
— Погоди. Не надо никуда ходить, опасно, — нахмурилась тетка, и Эйлерт, вздохнув, обернулся к ней и легко подул. Серебристый ветерок скользнул к тетке, окутал на мгновение ее голову, словно гадалкин шарф. Тетка осоловело заморгала, пробормотала что-то еще и повалилась на подушки. Мгновение спустя по комнате поплыл ее громкий храп.
— Лучше б полечили, — сказала Джейлис, но в ее голосе не было особого осуждения. — Нам надо решить...
— Не тебе! — зло перебил Марко и в несколько шагов пересек комнату. Теперь он стоял между Джейлис и напряженным, вытянувшимся в струну Эйлертом. И улыбался, как злобный темный маг из детской сказки.
Страшной.
— Без новой мельницы мы и сами сдохнем, и всех, кто в деревне, обречем, — с каждым словом Марко улыбался все шире и шире. — Так что давай, герой-победитель. Раз уж она тебя выбрала. Навечно вместе останетесь, мечта всех влюбленных, ага?
— Тебе не кажется, что сейчас вообще не время обсуждать наши отношения? — звенящим голосом поинтересовалась Джейлис. Страх уже плескался где-то в самой глубине ее глаз. Не нужно было знать о ритуале во всех подробностях, чтобы понять, что сейчас предлагает Марко.
— Отойди. Найдем другое решение, — очень тихо попросил Эйлерт, и Марко расхохотался.
— Да ты вообще не достоин быть темным магом, мямля!
Стефан облизал пересохшие губы и очень аккуратно сделал шаг назад. И еще. И еще. Нет, убегать он не собирался, снаружи бродили не менее опасные существа. Но на небольшом столике лежал тонкий острый нож. Видимо,