Серьёзный, испытывающий взгляд. В комнате почти нечем дышать от волн силы.
Эти двое, что решают судьбы империи, нередко сталкиваются лбами.
— Да, Тэйх-хо, готов, — кайтиш Амарлео больше не улыбался. Но смотрел ясно, спокойно, — я не знаю, как моё заклинание подействовало на этого господина. И жив ли он. Но больше мы его не увидим. Такова воля богов. А теперь, может, ты наконец скажешь мне, когда твоя свадьба с прекрасной Минно? И что там с объявлением наследника? Империя ждёт! Кланы волнуются. Снежный Рассвет прошёл, а назначение наследника всё откладывается…
Тонко зазвенела пиала с чаем. Густой аромат щекотал ноздри. Император прикрыл глаза, щурясь.
— Подождут. Сын должен прийти в себя после всего произошедшего. После его свадьбы с юной дочерью Ильшэн-ши мы объявим большой приём, — шелестнул голос драгхо, — и я представлю империи своего наследника. И его жену…
— Начинаю думать… может, и мне обзавестись прекрасной девой и потомством? Что-то вы находите ведь в этом гнездовании, а? Позволишь ли ты мне, братец? — Хрипло рассмеялся кайтиш Амарлео.
Вроде в шутку. А вроде — и всерьез.
И пусть его возможные дети никогда не смогут претендовать на престол, но…
Зазвенело блюдце. Чайник на огне исходил паром. Двое игроков смотрели друг другу в глаза.
Наконец, император медленно обхватил ладонями маленькую чашу. Сделал глоток. Посмаковал напиток.
Не всё брату всех изводить своим всезнайством.
— Может быть, — тихо рассмеялся Владыка империи, — если ты никогда не расскажешь им о своём происхождении… Отчего бы и нет?
Над империей медленно вставало солнце, купаясь в снежных облаках. Пахло теплым весенним воздухом. Набухали первые почки. Весна вступала в свои права.
А жизнь — продолжалась. Они все это заслужили.
Эпилог
Огромный зал гудел. Сегодня здесь можно было увидеть не только лица эль-драгхо, но и прозрачные фигуры эмиссаров Зимы, и пламенно-алые, цвета крови, волосы деймаров, эльфов крови, и смуглокожих трау, и хвосты нагов…
Сегодня император эль-драгхо должен был объявить всему миру имя своего наследника.
Кто им станет? Толпа волновалась.
Толпа кипела.
Вот у самого трона замер принц Дэй, старший сын императора. Многие уверены, что он самый вероятный кандидат на престол. Мужчина смотрит равнодушно, отстраненно. Кажется, это мероприятие ему наскучило ещё до начала. Старшего принца больше заботит невысокая, некрасивая, но крепкая девица эль-драгхо, что стоит рядом с ним.
Когда принц смотрит на неё — вся отстранённость исчезает. Это его жена, Шиэно Аллиэ. Говорят, он женился на ней против воли её отца — просто выкрав из дома. Сложно представить, что этот сдержанный холодный мужчина способен на такие безумства.
Вот там, за спинкой трона, замер второй принц. Шиэно Шэнь. И его положение ясно говорит о том, что наследником ему не стать. Но император доверил ему самое важное — прикрывать спину. Лицо принца скрыто под маской, он стоит, как будто небрежно опираясь на спинку трона, и, кажется, улыбается.
И, наконец, последний принц. Оставшийся один близнец Шиэно Кель. Юноша кажется совершенно разбитым и с трудом удерживает на лице скучающее выражение. Его брата казнили. Предательства эль-драгхо не прощают.
Я познакомилась со всеми тремя принцами. Близких отношений не сложилось — сейчас это было бы странно, но приняли меня радушнее, чем я ожидала.
Пожалуй, Шэнь был мне понятнее и ближе всего. Не знаю, что было в его прошлом, но второй принц сразу ясно дал понять, что не собирается претендовать на престол. С Вэйрином он общался хоть и прохладно, но спокойно, а со мной легко устроил весёлую пикировку.
— От него не жди подвоха, — спокойно сказал мне Вэйрин, хоть и сверкнул глазами, — Шэнь для нас самый безопасный. Кель… сейчас самый непредсказуемый, — поморщился.
Принц Кель не был замешан в заговоре своего близнеца — слишком честный. Но горе часто меняет. За ним мягко приглядывали, и даже придворные уже понимали — реальным соперником Вэйрина мог оказаться только старший принц.
Вэйрин Эль-Шао был официально признан младшим сыном императора Тэйх-хо в день нашей свадьбы.
Второй, официальной свадьбы. Ох и шуму мы тогда наделали…
— Ты так сияешь, что сейчас гости перестанут гадать, кто будет наследником, — прошептала мне Данка, прикрыв рот ладонью.
Снежно-белые волосы очаровательной эльфийки колыхнулись.
Её супруг, принц Норитэли, скосил на нас багряный глаз, но только дёрнул уголком рта. И продолжил что-то негромко обсуждать с Вэйрином.
Да-да, моя любимая и самая лучшая подруга нашла ь и нашла меня — и действительно прибыла с мужем в империи, что отпраздновать вместе со мной этот день! Хотя мы и виделись на моей свадьбе… Ох и веселые времена были!
— Гости, гости, играют в кости, — фыркнул надменно Арг.
Родоку тоже был здесь — на правах моего лучшего друга и одного из лучших заклинателей первой ступени.
— Ой, Родоку, не ворчи, твой братец и так трясется, окопался в своём замке, как в бункере, в ожидании твоей сладкой мести, — отмахнулась подруга.
— Ничего, страх иногда полезен для здоровья, — зловеще ухмыльнулся Родоку.
Белые волосы Арга отросли, и он явно привлекал к себе внимание девиц эль-драгхо.
— Император… — пронеслись шепотки, — император!
Гости и подданные заволновались, раздвинулись в разные стороны ещё сильнее, образуя коридор.
Ллиошэс и Вэйрин тут же подхватили нас с Дайаной под руки, каждый — своё.
Мы стояли у самого трона — по другую сторону от старшего принца. А Ллиошэс, как один из хранителей этого мира и основатель расы эльфов крови — сразу за нами. С тонкого надменного лица древнего не сходила ироничная усмешка, как будто все местные копошения его изрядно забавляли.
Горячие пальцы Вэйрина мягко обхватили кольцом моё запястье. Связь между нами задрожала, узы напряглись, посылая мне вспышку жара и дрожь предвкушения.
Я легонько погладила горячую ладонь.
Император шествовал по проходу не один. За ним чуть позади плавно скользил в одном неизменных балахонов кайтиш Амарлео. Рядом с ним шёл, плотно сжимая сжимая зубы, ещё один Высший заклинатель, а за ними — госпожа Минно-Шао.
Пока ещё лишь мать наследника. Но многие понимали, куда дует ветер. И у рода Эль-Шао вдруг оказалось очень много знакомых и вероятных союзников.
— Волнуешься? — Шепнула я тихо Вэйрину.
По неподвижному лицу мужа скользнула тонкая ухмылка.
— Ты волнуешься, кажется, больше меня, лисица. Иди сюда, — меня едва не силком прижали к горячему боку, — до коронации ещё далеко. Император будет царствовать ещё очень, очень долго… Ты ведь понимаешь, Лис-си?
Я понимала. Но лёгкому волнению это не мешало. Нажейго хорошо — Смолли