— Почему ты не позвонила родителям, друзьям?
— Кому я нужна? Родителям в жизни про такое не скажу. Пусть думают, что у меня всё хорошо… Я всё просрала в этой жизни, — всхлипывает Даша. — А могла бы блистать на сцене, если бы не залетела… Вы не знаете, как там мой малыш?
О, вспомнила. Я уже было надежду потерял.
— Ребёнок, конечно же, скучает по тебе.
— Елисей скучает? — лицо Даши преображается, стоит ей улыбнуться, но тут же вновь темнеет. — Я не была хорошей мамой. Не моё это.
— А торговать собою, значит, твоё?
— Нет, что вы. Мне бы долг отдать, да денег немного скопить.
Тупиковая ситуация. Я надеялся, что ещё не всё так плохо с этой девочкой.
— Сколько денег ты должна?
— Двадцать тысяч.
— Если я помогу тебе, ты готова помочь мне?
Взгляд голубых глаз проясняется, Даша утирает слёзы и преданно смотрит на меня.
— А что нужно делать?
— Ты должна будешь вернуть себе расположение Богдана и стать заботливой мамой для вашего сына.
— Вряд ли у меня это получится. Мы толком и любовниками-то никогда не были. Я случайно залетела.
— Жаль, я хотел тебе помочь, — достаю из бумажника триста евро и, встав с дивана, бросаю их на стол. — Счастливо оставаться.
Не успеваю сделать и двух шагов, как в спину летит:
— Я согласна.
Глава 42
Люба
Не ожидала, что дети захотят провести с нами лето на даче. Вспоминаю то солнечное утро, когда вышагивала по платформе, мечтая об уединении на свежем воздухе. Но Богдан ворвался в мою жизнь ураганом, и растворил глупые мечты в прах.
Места здесь хватает всем, народ подобрался весёлый, правда, вся эта суета с записью видеороликов несколько утомляет. В моём положении мне хочется немного тишины, и Богдан это чувствует. Сегодня он, перепоручив царевича Настиным заботам, увёз меня на берег лесного озера. Мы отключили звук на телефонах и развалились на огромном надувном матрасе лицом друг к другу.
— Любушка, — Богдан гладит меня по щеке. — Ты кого мне родишь? Мальчика или девочку? Мне кажется…
Смыкаю пальцами его губы.
— Тс-с. Лучше не загадывать, а то снова двойня родится.
Богдан, смеясь, нависает надо мной.
— Так это же прекрасно. Тем более тут тоже могут быть варианты. Два мальчика, например, или две девочки.
— Второй раз я такое не переживу…
— Не бойся. Я поеду с тобой на роды. Вместе мы справимся.
— Я буду орать, а ты петь?
— Я буду тебя обнимать, держать за руку, что угодно, лишь бы хоть немного забрать твою боль! — Смущённая улыбка Богдану к лицу. В такой момент ему можно простить всё, даже чисто мужскую наивность в подобных вопросах.
— Боль она забывается, Богдан, а вот первые годы, когда остаёшься одна с двумя младенцами на руках, впечатываются в память навсегда. Когда спишь урывками и не знаешь, как всё успеть, и при этом не сдохнуть.
— Я буду тебе помогать, — Богдан трётся носом об мой нос.
— А кто тогда будет работать?
— Тоже я.
— Будешь петь на корпоративах и свадьбах?
— А ты всё ещё не веришь, что можно заработать денег в сети?
— С твоим голосом тебе нужно выступать в Кремле. Позвони отцу, может, он поможет выйти на какого-нибудь хорошего продюсера.
— Ну вот, приехали. Значит, ты ни в меня, ни в Настю, ни в Артура не веришь?
— Всё это очень здорово, но надо выходить на более серьёзный уровень.
У Богдана в кармане вибрирует телефон на беззвучном звонке.
— Гляну, вдруг там что у наших стряслось, — Богдан скатывается с меня и извлекает мобильник из кармана. Меняется в лице и, надув щёки, медленно выдыхает.
— Кто там? — Пуганая я такая стала. Ещё ничего не случилось, а сердце уже в пятки сбежало.
— Серьёзный уровень! — передразнивает меня Богдан и садится, прижимая трубку к уху. — Привет, отец! Сто лет тебя не слышал.
Затаив дыхание, устраиваюсь возле Богдана так, чтобы слышать о чём пойдёт разговор.
— Привет, Богдан! — Голоса у сына и отца похожи. — Я тут совершенно случайно наткнулся на одно видео в интернете, а потом уже целенаправленно перешёл на страницу некоего Богдана Беломира. Хорошо поёт парень.
— Спасибо.
— Так это реально ты? — чересчур пафосно удивляется отец Богдана.
— Пап, ну кончай этот цирк. Я, кто же ещё?
— Почему же тогда ты взял какой-то левый псевдоним, вместо того чтобы воспользоваться нашей фамилией?
— Двух певцов Кришневских не может быть, — вздыхает Богдан. — Я не хочу быть вторым.
— Так вот в чём дело, — вздыхает отец Богдана. — Я никогда тебе не говорил, но сейчас скажу. Моей самой заветной мечтой когда-то было выйти на сцену со своим взрослым сыном и спеть на два голоса.
— Ты серьёзно? — щёки Богдана заливаются краской, он берёт мою руку, и его дрожь передаётся мне.
— Более чем. Ты разве не знаешь, что я скоро приеду? Афиши уже должны висеть и в Питере, и в Москве.
— Я сейчас живу загородом.
— А что за красотка мелькает на твоих видео? Твоя подружка?
— Будущая жена.
— Ого?
— Ого.
— И почему мы с мамой до сих пор не в курсе?
— Да как-то всё так быстро завертелось. На самом деле новостей много, — Богдан гладит меня по животу.
— Не знаю, сможешь ли ты меня удивить ещё больше.
— Приедешь — удивлю. Свадьба в конце августа у нас. Сможете с мамой прилететь?
— У меня гастроли в Барселоне, нужна точная дата.
— Двадцать пятое число.
— Записал… Мама мия, сакраменто диего… Пойду матери расскажу. Перезвоню тебе на днях.
Богдан смотрит на меня с блаженным видом.
— Отец всегда меня так жучил за моё пение. Никогда бы не подумал, что он мечтает спеть со мной дуэтом.
— Похоже, ты и сам не прочь.
— Настя обрадуется, — вытягивается Богдан на матрасе, щурясь на солнце. — Такой пиар вынесет наш проект на тот самый серьёзный уровень, о котором ты мечтала. Под это дело можем себе пять дней отпуска, как минимум, вытребовать.
Щекочу травинкой крепкую грудь Богдана.
— Фартовый ты парень.
— Это ты мне удачу приносишь, — Богдан перехватывает мою руку. — Иди ко мне, мой талисман.
Глава 43
Богдан
Лето выдалось жаркое, и я так привык ходить по посёлку в одних шортах, что когда пришла пора ехать в город, разворчался как старый дед.
— Что за бесовы одёжи? — верчу в руках джинсы. — В городе небось ещё жарче, там везде