— Я не боюсь сплетен. Я к ним привыкла.
— Я против того, чтобы ты работала, — отрезал Жан. — Я смогу обеспечить и мать, и вас с господином Шарлем.
— Ты решишь жениться и куда ты приведешь жену? В дом, где еще два нахлебника? Никому не понравится, если деньги будут тратиться на чужих людей.
— Не говори ерунды! Вы не чужие мне. Тем более ты сама говорила, что я тебе как брат. Значит, ты мне как сестра.
— «Как» не значит, что я ей являюсь.
— Жаль, что я не додумался когда-то так же тебе ответить.
— Вот только ссориться сейчас не надо, — шикнула на них Ханна. — Господину Шарлю сейчас покой нужен. Ему точно легче не станет от ваших перепалок.
На следующее утро, вооружившись лопатами, Энни и Жан отправились на свое тайное место. Энни хотела взять только часть вещей, но Жан сказал, что не намерен рыть землю, каждый раз как ей вздумается достать какую-нибудь ерунду.
Поэтому из-под земли извлекли оба мешка и погрузили их на телегу, стоящую метрах в ста от тайника.
Дома Энни разобрала вещи. В одно из подаренных Беатриссой платьев она завернула кубки и сложила все в холщовую сумку.
— Ты решила его продать? — возмутился Жан.
— Мне они больше ни к чему. Гусям и коровам все равно, в чем их будут пасти.
На самом деле Энни было жаль продавать платья, но только из-за того, что на ярмарке в Сент-Клере она могла бы выручить за них гораздо больше чем здесь. Но в Сент-Клер ехать долго, да и не время сейчас о поездках думать.
Перво-наперво Жан и Энни заглянули к Францу в кузню. Франц принял их тепло и сразу согласился взять Жана в подмастерья. Энни спросила может ли она устроиться кем-нибудь в пекарню его тестя.
— Не у меня это спрашивать надо и даже не у Стефана. Анхелика сейчас всем заведует. Вот с ней и поговори. Если срочно, можешь зайти в пекарню прямо сейчас и узнать у нее. Думаю, она против не будет.
Жан скинул куртку и остался помогать в кузнице. А Энни, поблагодарив Франца, поспешила в пекарню Стефана.
Анхелика встретила ее не столь приветливо, как муж. Энни подумала, что Анхелике уже известно, что произошло с семейством де Рени и та боится, что у нее начнут выпрашивать деньги.
В пекарне витал сладковатый запах свежеиспеченных булочек. У прилавка толпились люди. Торговка едва успевала рассовывать по кулькам ароматную выпечку и принимать за нее монеты.
В желудке у Энни засосало.
— Говори быстро, что надо, у меня тесто стоит. Не могу я тут лясы точить.
— Я бы хотела работать у тебя. Возмешь?
— Ты? Работать? — расхохоталась Анхелика. — А что ты умеешь?
— Я способная и выносливая. Возьмусь за любую работу.
— Ты мне все равно не подходишь?
— Почему?
— Потому что мне надоело девок из-под мужа вытаскивать. Посмотри на Сельму, — она ткнула пальцем в свою торговку. — Вот только таких я беру или мужчин.
Если не было форменное платье с воротничком под горло, надетое на торговку, Энни подумала бы, что за прилавком стоит дородный безусый мужик.
— Может, тогда тебе что-нибудь понравится из того, что я принесла? Мне очень нужны деньги, — с надеждой спросила она.
На лице Анхелики промелькнуло что-то вроде недовольства. С видом будто делает великое одолжение, она заглянула в сумку. Но когда она увидела чудесную ткань, взгляд у нее загорелся. Энни развернула платье и показала Анхелике серебряные кубки.
— Да зачем мне кубки? Платье покажи.
Энни расправила платье, приложила к себе, будто красуясь.
— Красивое, — сдержанно сказала Анхелика. Как человек, умеющий торговаться, она прекрасно знала, что нельзя показывать восторг.
— Оно великолепное, — не согласилась Энни. — Его шили лучшие модистки Тура. Ни у кого такого нет. Жаль, я не успела его поносить.
— Платье я, пожалуй, возьму, — задумчиво произнесла Анхелика.
— Без кубков платье не продается, — с извиняющейся улыбкой ответила Энни.
— Сколько хочешь?
Энни назвала цену.
— Да ты с ума сошла! — воскликнула Анхелика.
— В Туре оно бы стоило втрое дороже.
— Вот и поезжай в свой Тур и продай его там!
— Зачем? Я отнесу его Вивьен или Мирте, — Энни назвала имена заклятых подруг Анхелики. — Конечно, платье прекрасно подошло бы к твоим глазам, но, думаю, на Мирте оно будет смотреться ничуть не хуже. Такое роскошное платье превратит в красавицу любую девушку. Прости, что отняла твое время, — Энни демонстративно начала сворачивать платье, не глядя на Анхелику.
— Погоди! Я возьму его!
— Я не уверена, что оно сядет по фигуре. Придется перешивать.
— Перешью, — почти прорычала Анхелика.
— Но кубки... Они же тебе не понравились.
— У отца скоро именины, подарим ему.
— Ну хорошо. Как хочешь.
Анхелика на минуту скрылась за дверью, откуда слышался гомон работников, и вернулась с деньгами.
Отдав платье, Энни направилась к выходу, но Анхелика окликнула ее:
— Ты если решишь продать что-то подобное, не иди к Мирте или Вивьен. Приходи сразу ко мне. Я куплю. И если тебе, правда, так нужна работа, зайди в «Безрогую корову», там искали помощницу.
Поблагодарив Анхелику, довольная совершенной сделкой, Энни вышла на улицу.
Глава 20
«Безрогая корова» являлась самой обычной таверной. По вечерам здесь яблоку негде было у пасть, и не только потому, что это была единственная таверна на всю округу — старый Берзэ и его жена Абель с душой относились к своему делу. Абель готовила так, что пальчики оближешь. Она просто не умела по-другому. А Берзэ делал прекрасное молодое вино. Ко всему еще хозяева отличались радушием. Хозяйка всегда приветливо улыбалась гостям, а хозяин, подливая в очередную кружку вина, мог поддержать беседу на любую тему.
Энни никогда раньше не бывала внутри, но чету Венсан знала. Абель она часто видела в дневные часы у таверны. Несмотря на палящее полуденное солнце, та мела мощеную площадку, на которой стояли столики и лавки. Это был ее ежедневный ритуал. Старик Берзэ в это время всегда стоял на пороге и жмурился на солнце. Как только Абель возвращалась вовнутрь, заходил и он.
Энни понравилось, что в зале чисто. Деревянные столы отскоблены ножом добела. На холщовых занавесках ни единого винного или жирного пятна. Полы чисто выметены. Кружки на стойке вычищены до блеска.
Абель, услышав звон колокольчика над входной дверью, вышла в зал, торопливо вытирая руки о фартук.
— Госпожа де Рени, желаете пообедать?
Энни покачала головой:
— Нет. Я совсем по другому вопросу. Анхелика сказала, что вам нужна помощница. А мне очень