Жана взяла досада. О каких цветах думает доктор, если нужно спешить? Но вслух старику ничего не сказал. Лишь ускорил шаг.
Доктор, и правда, нагнал его быстро. Жан услышал его легкие торопливые шаги за спиной.
— Надеюсь, ты на меня не в обиде. Сейчас пора простуд, а эти цветочки хорошо укрепляют организм. Такая удача, что они попались по пути, — проговорил доктор. — Расскажи мне, что Энни написала в записке?
— Да, особо ничего такого. Только то, что герцог держит в подземелье свою жену и Мирту.
— А кто такая Мирта?
— Девушка из Ольстена. Живут на краю.
— А, припоминаю. Бойкая девчушка. У ее отца пасека. Так?
— Да, — Жан хотел сказать что-то еще, но его нога вдруг проехалась по глине, оставляя след. Чудом ему удалось удержать равновесие. Жан бросил взгляд на дно ущелья, куда мог запростосейчас угодить. Руки-ноги сломать да шею свернуть при падении было проще простого.
— Осторожнее, Жан, я же предупреждал, — мягко укорил его доктор, и когда понял, что Жану ничего не угрожает, задумчиво продолжил: — Я ее давненько не видел Мирту. У тебя есть какой-то план?
— Нет, — буркнул Жан.
— Тогда поступим так. Ты подождешь в лесу, а я войду в замок, скажу, что необходимо провести осмотр Энни, и когда мы останемся с нею наедине, вызнаю все подробности про Мирту и Розалинду. После я вернусь к тебе, и мы подумаем, как лучше поступить исходя из ситуации.
— Погодите, вы сказали Розалинду? — Жан внезапно остановился, и доктор чуть не врезался в него.
— Да. А что? — удивленно спросил Норрис.
Жан обернулся и в упор уставился на доктора:
— Я точно помню, что не называл ее имени. У герцога помимо Розалинды было шесть жен, почему вы подумали именно на нее? — Жан свел брови: — А ведь справки о смерти именно вы выписывали.
Доктор добродушно улыбнулся, по-отечески похлопал Жана по плечу и притянул его к себе:
— Все ты правильно понял.
Пока одна рука доктора удерживала плечо Жана, вторая, в которой был зажат охотничий нож, молниеносно нанесла удар под лопатку.
Вытащив окровавленный клинок, доктор собирался добить парня, метя в шею, но Жан успел извернуться и вцепиться в доктора, одновременно валя его с ног. Какое-то время они боролись, катаясь по мокрой глине. Доктор бил ножом вскользь и наугад, до тех пор пока Жану не удалось выбить нож. Несмотря на ранение, Жан все еще был сильнее Норриса.
Ситуация вышла из-под контроля доктора. Само место было опасным. Жан, ослепленный сильной болью, мало что соображал и действовал на инстинктах. Неверное движение — и он мог сорваться в пропасть, увлекая за собой доктора. Слишком близко они находились от края. Собрав последние силы, Норрис сумел скинуть с себя Жана, оттолкнув его ногами. Дальнейшее не составило особого труда, осталось помочь противнику перевалиться через край, с чем доктор успешно справился.
Кряхтя, доктор поднялся с земли, осмотрел свой грязный плащ и покачал головой. Стряхнул налипшие веточки и травинки и двинулся в путь.
Проверять состояние Жана он не стал. Склон скользкий. Спускаться рискованно. И так понятно, что пациент скорее мертв, чем жив. Доктор засвистел веселый мотивчик.
Слова Жана задели отца Дариона. Он был уверен в своей правоте, но червячок сомнения нет-нет да и шевелился в его душе. После службы он подошел к родителям Мирты и спросил, почему их дочь так часто пропускает богослужения.
— Гостит она у тетушки в Горках, — ответил ее отец.
Глаза матери Мирты забегали:
— Святой отец, если вы знаете что-то, чего не знаем мы, лучше скажите нам сразу. Может, Мирта сказала вам, что понесла? Потому и возвращаться не хочет. Иначе с чего бы к нам приходил сегодня ни свет ни заря парень с графской усадьбы. Не встречалась ли с ним Мирта тайком от нас?
Отец Дарион закашлялся.
— Вы ничего не подумайте, — вторил жене отец Мирты, — мы дочку держим в строгости, не позволяем ничего такого.
— Я уже думаю, пусть что угодно с ней будет, лишь бы не в подоле принесла, — поднесла замызганный платочек к глазам женщина.
— Уж поверьте, есть вещи куда страшнее, — холодно заметил отец Дарион. — Мадам и месье Хавье, я бы хотел попросить вас сопроводить меня к вашей родственнице.
— Вы что-то не договариваете. Точно Мирта понесла! — всплеснула руками мать Мирты. — Уж я накажу негодницу!
Путешествие до соседних Горок заняло три часа. Хорошо, что родители Мирты не отличались плотной комплекцией, иначе поездка в небольшой крытой повозке священника была бы еще мучительней. Ветер, швыряющий холодные брызги дождя в лицо пассажирам, приятных впечатлений не добавлял. Пыл мадам Хавье, желавшей как можно скорее разобраться с Миртой, под проливным дождем быстро остыл. Теперь она смирилась бы и с беременностью дочери, если бы не пришлось ради новости об этом трястись по ухабистой дороге.
Показав святому отцу домик сестры, мадам Хавье, едва дождавшись, когда лошадь остановится, выпрыгнула из повозки. Она угодила ногами в лужу, и в ее башмаках противно зачавкала вода. Взбежав на крыльцо, она затарабанила в дверь. Через пару минут вышла ее сестра.
Отец Дарион не слышал, о чем говорили женщины. Но по замешательству, отобразившемуся на лице хозяйки дома и по покачиванию головой, он понял: Мирты здесь не было.
— Она не приезжала к Мари, — растерянно произнесла мадам Хавье, оказавшись в повозке.
— Почему твоя сестра не сочла нужным поднять свою задницу и сообщить нам об этом?
— Она не знала наверняка, что Мирта к ней поедет. Посчитала, что мы передумали. И вообще мне кажется или ты обвиняешь Мари? — мадам Хавье перешла на визг, и у Дариона, сидевшего между супругами, заложило левое ухо.
— А кого мне еще обвинять? — взревел месье Хавье. — Тебя? Дочка домой не вернулась, а ей и дела нет.
— Будто сам лучше!
— А я чего? Ты мать, не я. Мне и на пасеке дел хватает, чтоб еще следить, кто и когда вернуться должен.
— Может, мне не стоит трогаться? Вы выйдете, выясните отношения, зайдете в гости к вашей родственнице, выпьете чаю, а потом спокойно прогуляетесь до дома. Или доедете на попутном транспорте, — Дарион сумел-таки вклиниться в перепалку.
— И то правда. Не стоит обвинять друг друга, — согласилась мадам Хавье. — Мне кажется, здесь замешан парень с графской усадьбы. С чего бы ему интересоваться Миртой? При этом он так нервничал...
Строгий взгляд святого отца заставил ее замолчать. До тех пор пока супруги не оказались перед своими воротами, они не перекинулись ни единым словом.
Когда повозка отца Дариона двинулась с