Кьярра, которую я оставил за главную, такому повороту вещей тоже рада оказалась не слишком сильно. Однако, её почти сразу затянули в водоворот вопросов. А я двинул наверх. Перекусить и посидеть в тишине.
Столовая встретила запахом жареного мяса и ароматом кофе. А ещё почему-то — стойким запахом корицы.
За стойкой возился мужчина, чьё имя я сейчас никак не мог вспомнить. Странно даже — вижу его регулярно, а вот как зовут не помню. Рядом крутилась свенга, имени которой я честно не знал.
— Шеф, — встрепенулся повар, заметив меня. — Ещё один гирос? Или что другое?
— Гирос, — кивнул я. — И кофе. Побольше.
Вот честно — я устал. Сейчас опустился на стул и даже вставать не хочется. Скорее наоборот — прилечь.
И нет, это отнюдь не физическая усталость. Моё тело было машиной, которая могла пахать сутками без перерыва. Мало того, что даргская выносливость, так ещё и печать регенерации, все дела.
Нет, устал я по-другому. Ментально. Слишком много сложностей, с которыми не хочется разбираться. Вот взять Кьярру, сорвать с ней одежду, уложить лицом вниз на кровать и… Так. Стоп, дарг! Цверга далеко и занята. А ты вообще-то гирос ждёшь. Лучше ещё о чём подумать. Например о том, что достали все эти заморочки.
Просто хотелось. Даргского. Женщин. Много и разных. Пива. Такого, чтоб вкусное. Сарделек. Чтоб во рту лопались. Пирушек на крышах в свете костров. Рейдов под Мглу. Покатушек по Мраморному морю на Кашалоте.
А вместо этого — вот это вот всё. Ну и гирос мне только принесли. В который я сразу же зубами впился.
Аристократы. С ними я точно завязал. Ну, если только реально вопрос жизни или смерти. Да так, что больше никак. Потому что, если другая возможность будет — я воспользуюсь. Даже если придётся кому из потомственных ариков башку откромсать. У меня вообще и свои союзники теперь найдутся. Вон, в ереванских подземельях, если что укроюсь.
Или не укроюсь. У меня теперь есть город.
Ну, почти есть. Юридически, это пока всё не оформлено. Однако, что-то подсказывало — с этим вопросом мы справимся.
Вот на этом месте я аж застыл с гиросом в руках. Помните ведь, что я раньше думал о своём городе, да?
Представлял правда что-то другое обычно. Мегаполис. Небоскрёбы. Миллионы жителей. Бюджет, от которого глаза на лоб лезут. Влияние, власть, возможности.
А получил каменную нору под землёй. С кучей проблем, недовольным населением и такими себе перспективами.
Хотя… Если полторы тысячи цвергов устроили такой хаос, то что было бы с миллионом разноформатных жителей? Меня бы на запчасти разобрали в первую неделю. Как минимум, морально.
С другой стороны — стоило мне подумать о мегаполисе, как внутри начинал играть азарт. Тот самый, который заставляет лезть в безнадёжные авантюры и пытаться выжить. Даргский. Точно так же, как любопытство или ярость. Как теперь выяснилось — азарт тоже имелся. Просто проявлялся не так часто. Поводов похоже раньше не было.
Гирос закончился и уже думал махнуть повару, чтобы сделал ещё один, когда захрипела рация.
— Тони, — послышался голос Арины. — Ты на связи?
— Здесь, — отозвался я, вжав кнопку рации. — Что случилось?
— Эльфка очнулась, — ответила иллюзионистка. — Пришла в себя. И хочет поговорить.
Палата находилась на третьем ярусе. Чтобы добраться туда, пришлось спуститься из столовой, миновать пару технических коридоров и свернуть в медицинский отсек.
Арина ждала у двери. Прислонилась к стене, скрестив руки на груди. Выглядела при этом не слишком довольной — роль надзирательницы и одновременно медика, блонду явно тяготила. Но что поделать — иных кандидатов на это место у меня не имелось.
— Как оно? — спросил я, останавливаясь рядом. — Что там наша спящая красавица?
— Проснулась, — Арина отлипла от стены. — Физически почти норм. Но вайб тяжёлый. Токсик уровня бог.
Пока я переваривал, она отошла в сторону.
— Постою тут. Покараулю, чтобы никто уши не грел, — глянула на меня девушка. — Тебе в любом случае лучше одному зайти.
Палата была относительно небольшой. Одноместной и заточенной под цвергов. Сама Арьен сидела на краю койки.
Медицинский халат, который она на себя нацепила, тоже шился на цвергу — чуть широковат в плечах, но ультракороткий. На высокой эльфийке едва прикрывал задницу.
Длинные ноги почти полностью голые. Грудь вот-вот ткань порвёт — та аж натянулась. Да и вообще — нельзя в таком наряде даргу показываться. Противозаконно это!
Взгляд правда у неё не слишком пока располагал к фривольностям. Задумчивый. Чуть потухший. Непросчитываемый.
— Тони, — взглянула она на меня. — Как ты это сделал?
— Арьен, — я взял стул, расположившись напротив. — С возвращением. Ты в норме? Навязчивых мыслей больше нет? Или наоборот есть? Об измене законному мужу с даргом?
Она чуть наклонила голову вбок. В глазах мелькнуло веселье.
— Ты никогда не изменишься, да? — вздохнула таэнса, сама при этом забрасывая ногу на ногу. — Разве сейчас это важно?
— А есть что-то важнее? — притворно изумился я. — Ну, влез сыночек барона Ржева в какое-то дерьмо. И что теперь? Рано или поздно ему всё равно открутят башку.
Арьен разом помрачнела. Опустила взгляд, рассматривая свои руки.
— Я хочу всё рассказать, — выдавила она наконец. — Дело не в Ржеве. Не только в нём.
Хм. Как-то слишком серьёзно она выглядит. Рассказать — это, конечно, дело. Только ей бы одежду для начала сменить тогда. Хотя тут и не на что. Вот же! Как мне её слушать, когда стоит девушке чуть сдвинуться в сторону, как сразу же становятся видны отвлекающие факторы.
В любом случае — выбора у меня не было. Посмотрев на неё, молча кивнул. И сцепив зубы, начал слушать. А она — рассказывать.
Сначала сбивчиво, перескакивая с факта на факт. Потом голос окреп, стал жёстче. Да и общая линия стала вырисовываться.
Дом Скальной Тени. Влиятельная таэнская аристократия. Уральские эльфы. Древняя кровь, тайные традиции, закрытые приёмы для избранных союзников. И специфические услуги, которые те стали оказывать с недавнего времени.
— Я вышла замуж за Романа по приказу старших, — Арьен смотрела в стену. — Роман Ржев. Четвёртый сын барона. Не наследник. Амбициозная тварь, которая ненавидела своё положение. Хотел доказать отцу, что достоин большего. Или убить его. Не уверена.
Значит груз предназначался не самому барону. Его четвёртый сын оказался не прикрытием,