Аппаратная наполнилась звуками смеха. Гоша чуть не сполз со стула. Арина вытирала слёзы. Кто-то подвывал в углу, впав в истерику.
— Это шикарно! Мы такого хайпу с вами жеранём, что весь мир япнется! — орал Фот с монитора, захлёбываясь словами. — Систему автоблюра только подстроить надо! Технари, займитесь! У этих двух сосок обе пары дырок секунды три шли в эфир. Так не пойдёт!
Выдохнув, гоблин бросил взгляд в сторону.
— Сразу хреначьте нарезку, — продолжил он, переведя дух. — Заголовок: «Голый король душевой»! Бахнем в рекламу к вечеру.
— Возмездие, — констатировал Гамлет, заглянувший в аппаратную. — И новые ориентиры. Не каждый проигрыш приводит к потерям. А некоторые победы могут оказаться горше поражений.
— Смеялся над Грохом? — утирающий слёзы Гоша, предпочёл выразиться куда проще. — Получи ответку, япь!
Я же смотрел на экран и думал о справедливости.
Грох утром получил урок. Публичный и болезненный. Но он хотя бы был одет. А этот умник решил потоптаться на чужом унижении. Пристегнуться к чужой ситуации. Как дебилоид, который решает прокатиться за фурой, держась за неё. И вот предсказуемый результат. Идиота размазало по встречной тачке.
Карма. Или как там это называется? Баланс восстановлен.
Минут через тридцать, когда дарг вдоволь набегался по ярусам, замотанный в полотенце, орчанки всё-таки сжалились. Выкинули его вещи в коридор. Предварительно перемазав их чёрной краской для волос, которую одолжили у какой-то цверги.
К позднему вечеру ситуация окончательно вышла из берегов. Снесла дамбу здравого смысла и затопила нас сюрреализмом.
Грох — тот самый лохматый парень, которого утром унизили перед камерой и над чьей ситуацией ржали все вокруг, внезапно оказался королём горы.
Две орчанки. Бестии из ударной роты со знакомыми мордами лиц. Сначала опозорившие его обидчика, выкинув голым в коридор, а теперь…
Не поверите, но сейчас они втроём закрылись в комнате Гроха. Благополучно не пустив туда оператора. Вот только установленные на дарге камеры продолжали функционировать. Одну из наплечных они вовсе забыли снять — она так и висела на тонком ремешке. Звук тоже писался идеально чисто. К сожалению или к счастью.
— Где справедливость? — Гоша возмущённо пялился в экран. — Это как вообще? Он тут пять секунд без четырёх и уже вон! Свенг голых по сиськам шлёпает! А я? Эт ваще законно?
— Технически — да, — Сорк поднял на него невозмутимый взгляд. — Все совершеннолетние. И дееспособные. Насчёт Гроха я б поспорил. Но судья не станет.
Старший ушастик глянул на него с выражением «ты чё шмаглина, тут несёшь?». Но комментировать это вслух не стал. Вместо этого снова повернулся к экрану.
Грох — громадина выше двух метров роста, под два центнера живого веса, шире и тяжелее любой из свенг, сидел на краю кровати. Выглядя как робкий студент, который случайно попал в гримёрку к стриптизёршам и боится пошевелиться. Только глазами из стороны в сторону водит и надеется, что это не сон.
А вот орчанки действовали как слаженная штурмовая группа. Одна стягивала с него сапоги. Вторая, та что со шрамом, уже сидела у него на коленях, расстёгивая рубаху.
— Тройничок! — оживился Фот, чья физиономия снова возникла на боковом экране. — Шеф! Это джекпот! «Месть неудачника»! «Из грязи в князи»! «Дарг из Дальнего, который смог!» Это будет прекрасно!
— Нахрена он им? — пробормотал техник-гоблин, поправляя очки. — Как телёнок ведь. Глазами моргает, губами шлёпает, сказать ничё не может.
— Завидуешь? — хмыкнул Сорк.
— Да! — честно и с надрывом признался техник. — Люто! Сердечко рёбра щас проломит, как хочу вместо него оказаться. И каждую отшпилить!
Ракурс картинки изменился и мы дружно наклонили головы вбок, пытаясь за ней проследить. Звуки тоже сменились. Отчётливо слышался шёпот орчанок. «Вот так», «Нежнее», «Не мни так, сладкий!», «Ни хрена, у тебя большой!». Потом раздался низкий, утробный рык Гроха. Смесь страха и дикого, первобытного восторга.
Арина закрыла лицо руками. Но пальцы расставила так, чтобы всё видеть.
— Я на это не подписывалась, — пробормотала блондинка. — Ничё тот факт, что Фотичка далеко. А я тут одна! Чё они? А он чё? А вы все чё? Зоопарк на флексе!
— Это не зоопарк, а жизнь, — заметил Гоша, открывая пачку чипсов. — И ваще — Фоти-тап может и в Царьграде. А я тут.
— Не понял, — протянул Фот, чья морда так и отображалась на экране. — Гош-скош, эт чё за дела? При всём уважении к королевской крови, так нельзя.
На несколько секунд в аппаратной повисла неловкая тишина, нарушаемая только звуками из динамиков.
— Да шучу я, — махнул рукой Гоша, хрустя картофельными пластинами. — Не грузись — не пристает никто к твоей тёлке.
— Ты сексистский шовинист, — Арина даже руки от лица убрала. — А это порно-продакшн! Ваще ни разу не реалити-шоу.
— Это документалистика! — снова вклинился Фот. — Для взрослых! Ариночка, не грузись! Я тебе видео пришлю. С собой в главной роли. Потеребишь, чё надо. А вот этот шедевр мы выведем в топы! Ещё и тотализатор замутим перед анонсом. На то, сколько он продержится и сколько всего раз будет.
На экране орчанка со шрамом ловко запрыгнула на Гроха сверху. Тот дёрнулся и кровать жалобно скрипнула. Вторая тоже мелькнула в кадре. Правда как я не присматривался, осознать, что именно она делает, никак не мог.
А вот Фот разительно изменился. Жизнь в южной столице империи, да ещё с неплохим социальным статусом и баблом, кого угодно поменяет. Особенно амбициозного гоблина из зоны отчуждения, который вцепился в единственный выпавший шанс и реализовал его. Вон и Арина на экран, где видно лицо ушастика, посматривает без особого вдохновения.
— Зырьте! — Гоша тыкал в экран чипсиной. — Там сбоку зеркало, де его морду видать. Счастливый шмаглина!
— Блюр! — скомандовал Фот, когда камера снова изменила ракурс. — Вот так! Успели в этот раз. Но автоматика опять не сработала. Чинить надо! Немедленно!
Забавно. Утром этот парень хотел провалиться сквозь землю от стыда. А уже вечером стал легендой. Две самые опасные самки выбрали именно его. То ли желая покуражиться, то ли из-за того, что тот оказался таким непосредственным и живым. А может ему просто повезло оказаться в нужном месте в нужное время.
— Сорк, — позвал я, отвлёкшись от мыслей.
— Да, шеф? — тут же поднял на меня глаза гоблин.
— Если они там задержатся, проследи, чтобы Гроху через пару часов притащили пожрать, — озвучил я инструкцию. — Чтобы не доводить до полного истощения.
— Будет сделано, — кивнул тот. — Накормим и напоим. Заодно спросим, в безопасности ли он.
— Всем б такую опасность, — завистливо протянул кто-то из технарей. — Сисясто-жопастую и в двух экземплярах.
В комнате на экране погас