За окном хлестал дождь. Г.М. опаздывал на час и десять минут. Кортни, не захвативший в Челтнем дождевик, по пути худо-бедно укрылся под зонтом, позаимствованным у портье из "Плуга". Туфли и штанины промокли насквозь. Что ещё хуже, с течением времени им всё больше овладевали приступы беспокойства.
— Довольно забавный случай, не так ли? — поинтересовался майор, с удовольствием затягиваясь сигарой. — Но были и позабавнее. В Пуне, в 1909 году...
В прихожей зазвонил телефон.
Кортни вскочил.
— Думаю, это меня, — сказал он. — Вы не против, если я отвечу?
— Мой дорогой мальчик! — сказал майор. — Чёрт побери! Совершенно нет. Отвечайте.
Когда он поднял трубку, в ней раздался женский голос — быстрый, потаённый шёпот, дрожавший от ужаса так, что слова были едва различимы.
— Мне нужно поговорить с доктором.
— Ошиблись номером, — устало проговорил Кортни. — Какой номер вы набираете?
Голос стал немного взбешённым.
— Две четвёрки, две четвёрки. Это разве не две четвёрки, две четвёрки?
— Да, это правильно. Но здесь нет никакого доктора. Какой доктор вам нужен?
— Большой доктор!
Тут его озарило.
— Вы имеете в виду сэра Генри Мерривейла? Это не миссис Проппер говорит?
— Да, да, да! (Ш-ш-ш! Дэйзи, если будешь продолжать, то нам обеим перережут горло!) Господи!
— Миссис Проппер! Слушайте! Это говорит Кортни. Мистер Кортни.
— Его секретарь?
— Ну... да. Что случилось? Что-то не так?
Голос стал ещё мягче.
— Сэр, вам нужно сюда прийти. Кому-то нужно сюда прийти. В доме какой-то мужчина. Грабитель. Я видела, как он влезал через окно.
Ещё одно очко в пользу приступов психоза!
— Слушайте, миссис Проппер! Вы слышите меня? Отлично! Спуститесь и разбудите мистера Фэйна. Мистера Хьюберта Фэйна...
— Я из этой комнаты никуда не сунусь, — со страстью заявил голос, — даже за все деньги из Банка Англии.
— Но откуда вы говорите?
— Я говорю из своей спальни. Сюда проведён телефон. О, сэр, бога ради, пошлите сюда большого доктора. Или придите сами. Я не доверяю гадкой полиции, после того, что они мне сегодня наговорили, даже за все...
— Хорошо. Я приду прямо сейчас. Но кто-то должен будет меня впустить.
Послышался яростный, тихий диалог с ещё более напуганной Дэйзи.
— Когда вы придёте, — пробормотала миссис Проппер, к счастью, оказавшаяся очень сообразительной заговорщицей, — позвоните в дверь три раза — раз, два, три — и мы будем знать, что это вы. Тогда мы побежим вниз и впустим вас.
— Хорошо. До свидания.
Тон, которым он это произнёс, хотя и пытался звучать обыденно, но заставил майора Адамса выбежать из библиотеки.
— Что-то случилось, старина?
— Звонила кухарка Фэйнов. У них в доме грабитель. Я отправляюсь туда немедленно.
Глаза майора заблестели.
— Что, в самом деле? Нужна помощь?
— Нет, спасибо. Я справлюсь.
Майор был опечален. Но он был в достаточной мере спортсменом, чтобы дать возможность другому парню показать себя.
— Возьмите плащ с вешалки. Подождите. Вернусь через секунду. Я знаю, что вам понадобится.
Он помчался вверх и вернулся, любовно держа восьмимиллиметровый экспресс-штуцер, который, по самым скромным ожиданиям, мог свалить прыгающего тигра с пяти сотен ярдов.
— Возьмите, — сказал он. — Всегда интересовался, что одна из таких штук сделает с грабителем. Сейчас уже никто не грабит дома, чёрт побери. Возьмите с собой. Пригодится. Что думаете?
— Но я могу...
— Мой дорогой мальчик, больше ни слова. Дождь ему не повредит. Как-то раз я упал с ним в реку. Если не хотите поджарить гада, можете его этим напугать. Если хотите, могу найти вам парочку кастетов. Тоже пригодятся. Что думаете?
Он уже втискивал Кортни в плащ. Дождевик, на несколько размеров меньший, чем нужно, почти не защищал запястья и грозил треснуть в плечах.
— Я имею в виду, что не могу же я палить из ружей по грабителям в чужих домах! Как минимум, это незаконно. А потом, если я выстрелю в него, его придётся отскребать от стен. Кроме того...
— Вот ваша шляпа, — сказал майор, напяливая её Кортни на голову. — Лучше поторопитесь. Доброй охоты, мой дорогой мальчик. Если я услышу шум, то прибегу помочь.
Дверь за ним закрылась, и он был выгнан в дождь.
Он попытался бежать. Но дорожка была скользкой, ворота — грязными, а тротуар на Фитцхерберт-Авеню напоминал водную горку. Пришлось замедлить темп, чтобы не промокнуть по уши.
Шёл тропический ливень, в котором многие обитатели тропиков могли бы почувствовать себя, как дома. Ни грома, ни молнии — только постоянно льющий дождь, отскакивающий от тротуара до высоты подбородка и заглушающий даже человеческий крик.
Даже фонари едва виднелись. Кортни наклонил голову и направился навстречу ливню. Он чувствовал, как промокают шляпа и воротник, как хлюпают туфли. Но в этом ревущем мраке всё остальное вытесняла лишь одна мысль: взломщик миссис Проппер мог быть не обычным грабителем, как она думала. А Энн Браунинг — одна, не считая настолько же перепуганной Вики Фэйн — заперта в комнате, уже вызывавшей кучу неприятных воспоминаний.
По коже побежали мурашки. Теперь он был рад, что захватил ружьё.
Приблизившись к воротам, он вновь побежал. За передней лужайкой сквозь стену дождя бледно-белесоватым пятном виднелось "Гнездо". В доме было темно.
Кортни бежал по дорожке, слыша, как дыхание хрипло вырывается из лёгких. Чем бы ни занимался этот "грабитель", он вряд ли продолжит свои действия, если услышит кого-то за дверью. Кортни посмотрел на окна спальни Вики. Там было темно, но, похоже, из-за штор.
С глубокой волной благодарности он подошёл к парадной лестнице.
Он подал миссис Проппер сигнал, три коротких звонка в дверь, и стал ждать.
В доме ничего не шевельнулось. Он слышал только шуршащий рёв дождя, поток из водоотвода, стук собственного сердца. Минута сменяла другую, но ничего не происходило. В отчаянии он снова трижды резко позвонил, и лишь тогда понял, в чём дело.
Дверной звонок не работал.
Глава 18
Он отошёл и внимательно посмотрел на дом.
Несомненно, звонок был сломан. Его отчётливый звук обычно раздавался и в коридоре, и на улице.
Итак, "грабитель" выводит из строя дверные звонки...
Он попробовал открыть парадную дверь, но та была заперта на замок. Согласно общепринятым канонам, подходящий способ для привлечения внимания — бросить пригоршню гравия в окно. Но поблизости не было видно гравия.