— И что мне теперь делать?
Снять штаны и бегать. Хотелось ответить мне, но вместо этого я зачем-то к ней подошёл. Хотел взять за локоть, найти Федю, и провести честный обмен. Но вместо этого застыл рядом с ней, как истукан.
Мелкая для меня. В грудь дышит. Пробежался взглядом с ног до головы, задержавшись на груди. А там, надо сказать, было на что посмотреть. Несмотря на хрупкую комплекцию, природа девочку явно не обделила, хоть «сокровище» и было скрыто медицинским халатом.
А затем я допустил большую ошибку, заглянул ей в глаза. А там… какая-то невероятная смесь эмоций, которая меня почти сразу поглотила. Смотрел на грудь — ничего. А здесь — глаза, и нижняя часть меня моментально ожила. Что за…?
— Родиться мужчиной у тебя уже не получится, остаётся только смириться, что хирургия не для тебя. Я работать, а ты — свободна. — Пулей выскочил из ординаторской, пока эта пигалица не заметила, что не такой уж я и женоненавистник, а наоборот, очень даже любитель.
Блин, и куда попёрся! Так ведь выписки до конца и не оформил.
Я же говорю, женщины в хирургии — зло.
2 глава. В эту игру могут играть двое
Федя сегодня был на консультациях в первой половине дня, и я не раздумываясь отправился в кабинет. Я не привык откладывать проблемы на потом, такой я был человек. Решал сразу, по мере поступления.
Часы на запястье подсказывали, что до моей первой операции сегодня был ещё час, за который я планировал управиться с историями болезней, выписками и прочей макулатурой.
Возле кабинета хирурга привычно было много народа, и, если бы я был сейчас в обычной одежде, то, заходя в кабинет в обход очереди, наверняка бы услышал в спину множество «приятных» вещей. Но, благо, к работникам в медицинской форме это правило не относилось.
Наоборот, как только я появился в коридоре, уверенным шагом направляясь к кабинету, где проводился приём, многие с интересом начали меня разглядывать. Особенно девушки. Это тоже было обычным явлением, и я на это даже не обращал внимание.
Мне повезло, и я как раз успел залететь между двумя пациентами. Улыбнувшись своей максимально обаятельной улыбкой девушке, которая собиралась зайти, я протиснулся мимо неё.
— Простите, пожалуйста. Я буквально на минуту.
Девушка тут же расплылась в ответной улыбке, и немного покраснела.
— Конечно, конечно. Сколько вам будет нужно, доктор… — она посмотрела на мой бейдж, а потом обратно в мои глаза, ошибочно приняв мою доброжелательность за флирт. — …доктор Волков.
Я закрыл за собой дверь в кабинет, и начал без предварительного вступления.
— Это. Было. Не смешно. — Сказал я, вложив максимально свой гнев в голос. По крайней мере практикант Феди, сидящий здесь же, даже вздрогнул. А вот самому другу — хоть бы что.
— А, по-моему, очень смешно. — Федя оторвался от бумаг, подняв на меня голову, и улыбнулся. — Вы только посмотрите на него, прибежал, с пеной у рта. Чистый кайф. Это тебе за то, что ушёл тогда с той рыжей из бара. Хотя я очень чётко сказал «чур моя».
Я закатил глаза, потому что Федя припоминал мне этот случай уже не первый раз. А что я мог сделать, если прекрасная особа была крайне заинтересована в моей кандидатуре в качестве «ночного приключения»? Я же не мог бросить даму в беде.
Хотя мог. Ладно уж. Эту девицу с глазами-омутами бросил же в ординаторской.
— Ладно, поиграли, посмеялись и хватит. С меня пиво в следующий раз. Вставай малой. Скоро операция, разрешу тебе посмотреть.
Я увидел, как у паренька загорелись глаза, и он и вправду приподнялся со своего места, но Федя не позволил ему уйти.
— Куда? Сидеть. Я твой руководитель на ближайшие несколько недель, и ты будешь делать только то, что говорит тебе твой руководитель практики, понял? — Федя тоже мог быть жестким, когда хотел, хотя многие считали его душкой.
Парень кивнул, и сел обратно.
— А ты, повзрослей уже наконец. Тридцать четыре года мужику. Пора уже понять, что мир не крутится вокруг тебя. Практикантка — девушка? Ничего, зубы сжал и вперёд. Честно, достало с тобой возиться. Тебе с ней детей не рожать. У врача нет пола. Но ты, кажется, и сам недалеко ушёл от истеричной девицы. Видишь ли, работает он только с мужчинами…
Федя встал, и буквально вытолкал меня за дверь, громко пригласив следующего на консультацию.
Раньше друг себе подобного не позволял, и я, мягко говоря, был растерян. Что на него сегодня нашло…
Нет пола, значит? Ну и ладно, ну и отлично. Но если эта … практикант. Буду называть её в голове практикант, может, так станет легче. Но, если этот практикант напортачит…
Да нет, лажа какая-то получается. Даже в голове не могу её практикантом обозвать.
В хирургическое отделение возвращался злой, как чёрт. Проскользнула шальная мысль дойти до заведующего отделением, попросить его поменять практикантов, но в каком бы свете это меня выставило?
Он собирался на пенсию через месяц, и все пророчили мне назначение на его должность. Я был уверен, что он походатайствует за меня. Но, если я покажу, что не могу справиться с такой мелочью…
Несколько недель. Это всего каких-то несколько недель… Уговаривал я себя, стоя перед ординаторской, где оставил девушку, но никак не мог заставить себя зайти, и переступить через свои принципы.
— Давид Маркович! — раздалось слева от меня, и повернул голову. А там…
Ко мне приближались две фигуры. Палатная медсестра в сопровождении пигалицы. Что, успела на меня нажаловаться? Фаина Степановна женщина у нас была, конечно, мощная. От неё и получить можно было, а сказать в противовес было нечего. Она ведь старше меня была раза в два. И в больнице работала ещё тогда, когда я под стол пешком ходил.
На всякий случай расправил плечи, чтобы казаться увереннее и спокойнее.
— Ой, ну я так рада, что вы всё-таки одумались! Ну, то есть за голову взялись. Тьфу ты. Ну вы поняли. Какая хорошая девочка! — всплеснула руками медсестра, показывая в сторону практикантки. — Я ей, пока вас не было, тут всё у нас показала, рассказала, с пациентами познакомила в стационаре.
Так. А это уже было интересно… Что она наплести нашей медсестре успела? За что я там взялся?
— Спасибо, Фаина Степановна. — Сдержано улыбнулся я.
— Анечка, очень тебе повезло, что с Давидом Марковичем будешь работать. Он у нас хирург от бога. Стольких людей спас… — Я вполуха слушал хвалебные оды медсестры, параллельно