— Я ничего не помню, не помню, чтобы меня кто-то будил! — Я схватилась за голову. — Сколько прошло времени?
— Почти час. Медсестра ушла, и не додумалась сразу проверить, вызвала ты меня, или нет. Так что мне позвонили сильно позже, и я примчался быстро, как только мог.
Сердце у меня в груди стучало, как бешеное. Я сама помчалась в сторону операционного блока.
— Какая операционная? — Крикнула я, Давид Маркович шёл чуть позади меня.
— Вторая. Будешь ассистировать, нас уже ждут, все остальные на месте. — Ответил он. Мы почти синхронно зашли в предоперационную, и начали мыть руки. Как положено, до локтя. Затем, после просушки, приступили к обработке рук антисептиком. Оба сосредоточенно молчали.
У меня был легкий шок от услышанного. Мне поручили такую важную задачу, на кону была жизнь человека, а я просто обратно провалилась в сон? Исходя из того, что я услышала, получалось именно так…
— А где сестра, санитар, как мы будем стерильные халаты надевать? — вдруг дошло до меня, и я начала крутить головой по сторонам, а потом посмотрела сквозь стекло в двери, ведущей в операционную. — Давид Маркович, в операционной пусто… Там никого нет…
— Как пусто? — Дернулся он к двери и застыл у окна. — Опоздали… — Низким голосом подытожил он, опуская руки, которые держал на уровне пояса, чтобы они оставались стерильными.
— Что значит опоздали? — У меня внутри всё похолодело. И даже в голове появился шум.
— А то и значит, Аня. Экстренные операции они потому так и называются, что требуют экстренного оперативного вмешательства. Что скажешь? Хорошо выспалась? Когда меня в следующий раз спросят, почему я не беру на работу женщин, я расскажу им эту историю. — Он смотрел прямо мне в глаза, а у меня начали подгибаться ноги, а на глаза выступили слёзы. Нет, это не могло быть правдой! Но как же так!
— Вот ты и открыла своё кладбище. Ну, хоть где-то ты первая… — Давид Маркович стянул с головы шапочку, и пошёл на выход, а я так и осталась стоять, в предоперационной смотря ему вслед.
Тяжелая слеза выкатилась из моего глаза, оставив на щеке мокрую дорожку.
Взгляд сам собой упал на часы на стене напротив. И тут я чуть не подпрыгнула. Подождите…
Я бросилась следом за хирургом.
— Давид Маркович! Стойте! — Крикнула я ему в спину, и он замер.
— Ну, чего тебе ещё? Мало сегодня натворила?
— Как могли час назад привезти тяжелого пациента после ДТП, и попросить меня позвонить вам, если я заснула только полчаса назад? Я не спала, хоть мне и разрешили, к экзамену предстоящему готовилась…
Ответ я прочитала на его лице. Он меня обманул! Да я же чуть с ума не сошла только что! Как так можно было вообще с людьми?
— Да вы… да вы… — Я гневно бросилась на Давида Марковича, а он начал пятиться назад, но я быстро его нагнала. Хотела замахнуться на него, чтобы треснуть по плечу, так сильно я злилась, но он успел каким-то непостижимым образом перехватить мои руки, и зафиксировать их сзади, практически заключив меня в объятия.
Моя грудь быстро вздымалась от злости, я пыталась вырваться, и, только немного успокоившись, поняла, как близко мы стояли, а Давид Маркович как-то странно смотрел мне на губы…
8 глава. Дышите. Не дышите
Давид
Я чувствовал, как девчонка билась в моих руках. Приходилось держать её, чтобы она не заехала мне куда-нибудь от злости. О да, я её разозлил. Эмоциональная малышка.
Как-то я и сам не заметил, что Аня в какой-то момент перестала вырываться, а я поймал себя на том, что пялился на её рот. Он был чуть приоткрыт. А она, как специально, облизнула быстро пересохшие губы. Захотелось повторить это движение, и тоже их лизнуть.
— Ой, Анечка, а ты не спишь, оказывается? — Из-за угла на нас вышел Олег, хирург, который дежурил сегодня. Девушка буквально отпрыгнула от меня, услышав его голос. Что за реакция? Мы ничего плохого не делали…
Я медленно развернулся, и уставился на хирурга.
— О, Давид, ты тут какими судьбами? Тебя вызвали, что ли? У нас, вроде бы, спокойно всё сегодня. Я даже вздремнуть тоже успел.
Олег общался со мной, а сам смотрел на девушку. Его пухлые щеки казались ещё больше сегодня, потому что он улыбался, вот только улыбка больше походил на оскал. На лбу была испарина, словно он только что бежал откуда-то.
— Да вот, телефон забыл. — Я вытащил из кармана телефон, и показал коллеге, но его мой ответ не устроил.
— Почему тогда в форме?
За его спиной послышался какой-то шорох и в коридор следом за Олегом вышла дежурная медсестра. Она смотрела только себе под ноги, и не видела нас, на ходу застегивая халат.
Ну, ясненько. Хорошо хоть взрослая. И, к слову, тоже замужняя, насколько мне было известно.
— Олег, ты там оставил часы свои… — начала она говорить, и только тогда подняла голову, и, увидев нас с Аней, стала краснеть, и пятиться назад.
— Я заберу, спасибо, Светочка. — Ответил медсестре Олег. Ему, к слову, всё было будто не по чем. Он делал вид, что ничего странного не произошло.
И, вообще, на самом деле, в чём-то он был прав. В больнице много кто с кем спал. Так уж повелось. Врачи проводили на работе огромную часть своей жизни, и, так и получалось, что личное и работа становились связаны. Обычно все знали, у кого с кем отношения, но никто не осуждал. Это было личное дело каждого, лишь бы не мешало рабочему процессу.
У меня было множество возможностей тоже войти в этот круг, мешающих работу и личную жизнь, но я, к своей гордости, пока держался. Моим принципом было не гадить там, где ешь. Если уж просто случайные любовницы иногда умудрялись устраивать мне проблемы в жизни, то я представлял, что могло бы быть, переспи я с кем-то с работы. А мы тут жизни спасаем, между прочим.
Поэтому у меня было чёткое правило для самого себя: никаких служебных романов.
— Анюта, раз ты не спишь, может, поможешь мне с документами? Я могу многому тебя научить… — Не знаю, что именно меня выбесило: то, как Олег смотрел на девушку, или то, насколько пошло прозвучали его слова, но единственным