Вера
Я не то, чтобы испугалась Алёну и того, что теперь она была в курсе, что мы с Артёмом Руслановичем были чуть ближе, чем коллеги, но я не знала, чего от неё можно было ожидать.
Те её угрозы… Они, в принципе, могли быть и пустышками, но вдруг. Я была уверена в том, что на свете было очень много сумасшедших женщин, способных на многое ради достижения своих целей.
Но время шло, один день сменялся другим, а пока никаких ответных санкций не поступило.
Мы с Артёмом Руслановичем продолжали «узнавать» друг друга лучше. Работы было много, но после, когда мы возвращались в гостиницу, мы проводили вечера вместе. Чаще всего, почему-то, у меня в номере.
Мы много разговаривали, смотрели фильмы, ну и не только, конечно же. В общем, наверное, делали всё то, что делали обычные пары. Вот только за тем исключением, что официально я пока не признавала, что мы в отношениях. Почему-то мне казалось, что всё это было ненадолго, и совсем скоро всё должно было прекратиться. Так зачем в этом случае было что-то решать?
Я отчаянно пыталась беречь своё сердце, не давая ему влюбляться в Артёма, но он вообще не делал всё проще, ведя себя как настоящий джентльмен.
От свидания с Валерой в субботу я отказалась, и это должен был быть наш первый совместный выходной с Артёмом, но, когда мы с утра проснулись, всё сразу пошло наперекосяк.
Во-первых, утро началось вообще не с кофе, а с пожарной эвакуации. Мы планировали выспаться за напряженную рабочую неделю, но нас разбудила орущая на весь номер сигнализация, оповещающая о том, что нам необходимо было без паники покинуть помещение.
Делать было нечего, и мы, наскоро одевшись, и прихватив с собой документы, вышли на улицу, где простояли без малого почти час.
Пока приехали пожарные и саперы, пока всё проверили… Как оказалось, какой-то «шутник» написал сообщение на почту гостиницы, что заложил взрывчатое устройство.
Когда мы вернулись в номер, и хотели ещё немного поспать, после чего поехать погулять где-нибудь в центре, а заодно позавтракать и выпить кофе в красивом месте, Артёму позвонили из клиники.
В эту субботу дежурной стояла Алёна, и я сразу напряглась, когда он сказал, что звонят с работы.
И, напрягалась не зря. Потому что поступил экстренный пациент, и Артёма попросили приехать и помочь на операции, подстраховать, так как он был единственным пока кардиохирургом в клинике.
Наши планы были разрушены.
— Ну вот. Ты будешь там на операции со своей бывшей женой, а я тут сидеть одна, как дурочка. — Надулась я, хотя понимала, что такое поведение было детским, но ничего с собой не могла поделать.
— Хочешь, поехали со мной. — Он взял меня за руки, и поднял с кресла, на котором я сидела, смотря, как он переодевался, чтобы поехать в клинику.
Я оказалась напротив него, и он чуть наклонился, поцеловав меня в кончик носа.
— Я же не специально… Ты сама видела, как мне позвонили. Я не могу не приехать, но мне правда жаль, что так получилось. Я с удовольствием провёл бы этот день с тобой. Ты и сама хирург, должна понимать, как сложно построить личную жизнь с нашей профессией.
— Да я понимаю… — Вздохнула я, обняв Артёма за талию, и прижавшись к нему. — Ты же правда уже ничего не чувствуешь к бывшей жене?
Я замерла, ожидая его ответа, и боясь посмотреть ему в лицо. Удивительно, насколько сильно меня беспокоил этот вопрос. Прошло меньше года, а они были вместе довольно долго…
Вместо ответа, Артём Русланович отлепил меня от себя, и поцеловал так, что все мысли моментально покинули мою голову, оставив там лишь сахарную вату.
— Как закончите, напиши мне, хорошо? Я, может, подойду к клинике, и мы сможем провести вместе хотя бы вечер?
— Конечно.
От безделья, когда Артём ушёл, я вообще не знала, чем заняться. В гостинице, одна, в городе своего детства, из которого когда-то сбежала… В общем, я не дождалась звонка, и, когда по моим подсчётам операция должна была уже закончиться, если всё пошло хорошо, потопала к клинике.
У администратора узнала, что операция завершилась уже минут двадцать назад, и недовольно поджала губы, поднимаясь в кабинет Артёма. Почему он не позвонил?
Неприятное предчувствие сосало под ложечкой, но я старалась себя успокоить.
В кабинете Артёма не горел свет, и было заперто, так что я пошла в сторону ординаторской. И, только подойдя туда, сразу же услышала женский смех и уже привычный мужской голос.
Я сама не знаю, почему не зашла внутрь. Может, побоялась, что увижу что-то, что не хотела бы видеть? А так, у меня оставалась иллюзия того, что мы с Артёмом можем быть вместе.
Достав телефон из кармана, я напечатала ему сообщение: «Не забудь написать, как всё закончишь».
Ответ пришёл довольно быстро: «Закончили, так что можем куда-нибудь ещё успеть сходить».
Однако, непонятная обида уже отравляла мою сущность изнутри. Наверное, поэтому вместо того, чтобы признаться, что я здесь, я написала: «Уже не хочется. Как придёшь, надо поговорить.»
41 глава. Не муж
Я успела вернуться обратно в гостиницу, посмотреть какую-то дурацкую передачу по телевизору, просто полежать, смотря в потолок, и мне казалось, что Артём специально оттягивал время прихода.
Конечно, ему ведь было там так весело в больнице с Алёной!
Я терпеть не могла это чувство, которое просто отравляло меня изнутри: ревность. Надо было признать, что это была именно она.
Наверное, она должна была проходить со временем, потому что говорили, что если в паре есть доверие, то нет места этому гнилому чувству. Но правда была в том, что мы и парой-то толком не были. Несколько раз переспали, провели пару вечером вместе… Откуда здесь взяться доверию?
И, наверное, Алёне я не доверяла гораздо больше, чем Артёму. Я знала такой типаж женщин: они не останавливались ни перед чем. Просто пёрли напролом к своей цели. А если возникали новые препятствия, успешно их обходили, или так же брали тараном.
В общем, когда Артём постучался в мой номер, я уже была накрученная донельзя.
Выждав пару секунд, чтобы ему не казалось, что я очень уж его ждала, я неспешно пошла открывать дверь.
Открыла, и, не посмотрев на мужчину, вернулась обратно в номер и заползла на кровать с ногами, сев по-турецки.
— И что это за перфоманс? — Поднял брови Артём, зайдя осторожно внутрь, и сев на кресло в углу. —