На следующий же день после совещания мы построили первую роту батальона Киры и не тратя лишних слов, начали отбор.
— Нужны добровольцы, — сказал я строю, коротко, без эмоций. — Для установки симбиотов. Боевой тип. Риски неизвестны до конца. Скорее всего паразит останется с вами навечно, до самой смерти. Можете отказаться, никто за это не будет наказан, не получит ограничений по службе или еще как-либо понижен в правах. Короче — отказ без последствий. Мне нужно двести человек, которым после установки симбиотов предстоит серьезное дело. Желающие — шаг вперёд.
Шагнули все одновременно, синхронно.
— Другого я от вас и не ждал парни — Я удовлетворенно кивнул головой и краем глаза заметил, как Кира надулась от гордости за своих бойцов — Вы все войдете в поисковые группы на «Скаутах». Для начала вам предстоит довольно спокойная, как я надеюсь миссия по доставке кое чего нужного для колонии из дальнего космоса. Что именно вы будете перевозить и зачем, вам объяснят ваши командиры. Ну а после установки симбиотов, я расскажу вам, что мы будем делать дальше.
На третий день ушли первые «Скауты». Это были не боевые выходы — обычные короткие рейсы по координатам, которые я сбросил Денису: точки, где лежали повреждённые ядра, уже вырастившие коконы. Подлетели — контроль пространства — десант в штурмовых комплексах — идентификация коконов — упаковка в карантинные контейнеры — обратный ход. Я удаленно, через сеть запретил погибающим ядрам активировать симбиоты при приближении потенциальных носителей, как это когда-то случилось со мной, так что все проходило без эксцессов.
Пять рейсов за сутки. Семь — на следующий день. К шестому дню у нас было: двести семнадцать коконов операторского типа, пригодных к установке (по первичным признакам); ещё сорок с лишним — сомнительные: повреждения оболочки, неполная активность, непонятные реакции; и девять — мёртвые. Пустая тишина внутри. Симбиот без ответа.
Сейчас я уже не воспринимал симбиотов как просто инструмент, они были живыми существами и каждый мёртвый кокон бил по нервам так же сильно, как статистика потерь моих штурмовиков во время боя. Потому что сейчас для меня это выглядело как гибель боевого товарища.
Скрепя сердцем я отдал все мертвые коконы медикам для препарирования и исследований. Не полагаясь на сеть АВАК, нам нужно было самим разобраться с тем, как устроены симбиоты, и возможно научится их клонировать. Так что даже мертвыми, они послужат людям.
Слияние с новыми носителями и активацию симбиотов мы провели одновременно, для всей роты бойцов. Система была уже отработана и затягивать процесс, деля десантников на мелкие партии я не стал.
Медблок работал в режиме конвейера. Чёткие маршруты, временные окна, контрольные метки. Каждый боец заходил в зал активации уже с личным идентификатором симбиота, подобранным заранее. Никакой лотереи. Никаких сюрпризов.
Я, Заг и Кира присутствовал при процедуре лично. Не из сентиментальности — из служебной необходимости. Мы стояли по контрольным точкам и контролировали процесс. Баха и медики торчал у технических консолей, хмурые и сосредоточенные.
Первый боец вышел из зала через сорок минут. Второй — через сорок две. Третий — через сорок. Никаких рефлексий, никаких тревог — каждый знал во всех подробностях, что его ожидало и был готов.
— Принять боевую форму, — сказал Заг первому.
Боец мгновенно превратился в жуткую образину похожую на инопланетную тварь из фильма ужасов. Сканеры медиков тут же сняли параметры брони, для занесения в общую базу.
— Ну и рожа у тебя сержант… — Даже Заг вздрогнул от резких перемен, произошедших с десантником — Оружие покажи.
На биоскафандре бойца сформировался энергетический шип, а руки преобразовались в клинки.
— Нормально, — коротко сказал Заг. — Снимай свою кольчужку. Следующий.
Кира практически весь процесс молчала. Я видел, как она смотрит — как командир, который переживает за своих бойцов. Сравнивает: были — стали. Не лучше, не хуже. Другими.
Когда последний боец покинул зал активации я снова построил роту.
— Ну что, чудовища, как ощущения? — Спросил я, позволяя добровольцам немного расслабится. — Вопросы есть? Задавайте, не стесняйтесь.
Несколько секунд стояла тишина потом кто-то из бойцов хмыкнул:
— Командир, а броню теперь чистить надо или она сама?
— Сам, — ответила Кира вместо меня. — Но ты, Варламов, не расслабляйся, я найду чем занять залетчиков. Коридоры линкора ещё не все промерены спичкой. А как вы все знаете, эти знания очень важны, для построения антиабордажной обороны флагмана. Я правильно говорю?
— Так точно тащ командир батальона! — Двести луженных глоток проорали ответ одновременно, и моему симбиоту даже пришлось активировать звуковые фильтры, чтобы я не оглох.
Я вышел вперёд.
— Ладно, посмеялись и хватит. Внимание, — сказал я спокойно. — Симбиот активен. Он не командует вами и не думает за вас. Он усиливает то, что уже есть. Глупых он не сделает умными, трусов — храбрыми, а героев — бессмертными. Так что ведём себя как обычно. Только аккуратнее. Силы теперь больше, стены тоньше.
— Есть! — снова прогремел синхронный ответ.
— Ну и хорошо — удовлетворенно хмыкнул я — сейчас пока свободны, но никуда далеко не разбредаемся. Перекур и дальше по плану. Разойдись!
Бойцы разошлись и сбились кучками у стен зала, делясь впечатлениями с товарищами, а Заг подошёл ко мне.
— Всё штатно прошло, — сказал он. — Потерь нет. Управляемость в норме. Дальше — только учить.
— Сколько времени вам надо? — спросил я.
— День на адаптацию, еще один на инструктаж и отработку штурма. Парни опытные, этого времени нам хватит. Потом можно грузить в трюмы трофея.
Я кивнул.
— Делай.
Заг повернулся, уже собирался уйти, но остановился и бросил через плечо:
— И да, командир… Я бы рекомендовал запретить им на спор пробивать переборки.
— Уже пытались? — спросил я.
— Уже спорили, — коротко ответил он. — Пока без повреждений казенного имущества. Но тенденция понятная.
— Принято, — сказал я. — Но это уже ваши проблемы ребятки, это ваши бойцы, вот вы ими и занимайтесь. Если что — спрошу с вас.
— Как всегда… — Обреченно махнул рукой Заг.
Баха стоял рядом, с тупым выражением лица, видимо капаясь в своем имплантате. Он выглядел так, будто ему хотелось взять всех этих новеньких боевых операторов и сложить обратно в коробку.
— У меня два замечания, — сказал он наконец.
— Только два? — удивилась Кира.
— Я