— Спасибо тебе, Берн, — король, вздохнув, кладёт руку другу на плечо.
Тот ободряюще кивает. Он всегда говорит и делает то, на что государь рассчитывает. Дедрику немного стыдно, что сам он ничего для друга сделать не в состоянии. Он мысленно обещает самому себе, что однажды отпустит Медведя назад в его графство. Вот ещё немного он побудет эгоистом. Совсем чуть-чуть потянет время. До весны или до следующей осени. И тогда-то уж точно отпустит его.
— У меня остались дела, — произносит Берн, делая шаг назад. — Передай госпоже пожелания доброго самочувствия.
— Она будет рада услышать их от тебя лично, — отвечает Дедрик двусмысленно. — Навести её.
— Обязательно, — кивает Берн. — Завтра вечером, непременно навещу.
Они обмениваются многозначительными взглядами и расходятся. Дедрик некоторое время смотрит ему вслед. Завтра Бернхард придёт к ним двоим и останется на ночь. Воспоминания о вечерах, проведённых втроём, захватывают его. Сердце начинает учащённо биться в предвкушении. Нужно предупредить Ивет об этом.
Часть 33
Бернхард смотрит с благоговением на чуть округлившийся живот Ивет. И в его взгляде Дедрик не замечает ни толики похоти. Только бесконечная нежность и обожание. Позабыв о собственном теле, Берн ласкает её набухшие груди, целует и гладит. Разомлевшая Ивет, раскинувшись, лежит на спине. Волны её волос устилают разложенные вокруг подушки. Дедрик, держа на весу её ноги, несильно, но ритмично толкается внутри неё. Это кажется неправильным, но лишь больше заводит короля. К тому же, тело Ивет стало гораздо чувствительнее, а её реакция на ласки ярче и эмоциональнее. Она старательно двигает бёдрами навстречу, с алых губ срываются дразнящие слух стоны.
Дедрику кажется несправедливым, что Берн почти не принимает участия. Он понимает, что Ивет нужно беречь, но боится, что другу станет с ними скучно. А Дедрик ведь хотел удержать его в Шиберге. К счастью для короля, Ивет обращает на Берна внимание. Тянется к его напряженному паху, потирает маленькой аккуратной ладонью. Берн издает мучительный стон и прикрывает глаза.
— Не стоит, — шепчет он, мотая головой.
Но Ивет настойчиво тянет брэ вниз, обнажая возбужденный член. У Дедрика дрожь пробегает по спине. Он с трудом сдерживает безумное желание излиться внутрь Ивет. Приходится замедлиться, отвести взгляд от рук, скользящих по большому крепкому стволу. Наблюдать за тем, как Ивет ласкает Берна, изобретательно и со старанием, для Дедрика отдельное удовольствие. Ради него он даже готов повременить с удовольствием плотским. Сам Берн оказывается совершенно застан врасплох. Возбуждённый и чувствительный, он будто струна, вздрагивает от каждого прикосновения.
Берн лежит, откинувшись на спинку кровати, прикрыв от удовольствия глаза. На его лице мука. Он будто сопротивляется настойчивым касаниям королевы, но на деле лишь надеется продлить сладостный момент. Наконец горячее белое семя окропляет руки Ивет. Дедрик, глядя на истому на лице Берна, чувствует, как сам изливается. Он подаётся назад и касается Ивет рукой. Та вздрагивает и шумно выдыхает. В такт движениям Дедрика водит бёдрами вверх и вниз всё быстрее и быстрее. И вот судорога пробивает её тело. Она издаёт протяжный стон и совершенно обессилев обмякает на кровати.
Вместе они нежатся в ленивых объятиях друг друга. Дедрик думает, что каждый свой день хотел бы завершать вот так. Огонь в камине догорает, и в покоях становится темно. Ивет быстро засыпает, даже несмотря на то, что Берн ещё некоторое время продолжает гладить её живот. Дедрик понимает, что делает это он неосознанно. Видимо, в полудрёме вспомнилась старая привычка. Король смиряется, ведь дурного в этом нет, и похоже это приятно им обоим. Он осторожно поднимается и идёт в купальню. Некоторое время стоит у окна, а потом забирается в приготовленную заранее теплую воду.
Внезапный шум из покоев привлекает его внимание. Дедрик слышит голос Берна. Он ругается на чём стоит свет. Слышны звуки борьбы. Король накидывает на себя нижнюю рубаху и снимает со стены боевой топор. Выйдя из купальни, он обнаруживает двоих посторонних в тёмных масках, сражающихся с Берном. Её Величества нигде не видно. Друг до сих пор наг, и только кровоподтёки покрывают его кожу. Одна рана на спине кажется особенно глубокой. Вероятно её нанесли, когда Берн ещё спал. Дедрик в ярости бросается на одного из убийц.
«Как они смогли пробраться незамеченными?» — пульсирует в его голове.
Ответ на этот вопрос очевиден. Чтобы сохранить визит десницы в тайне, Дедрик убрал стражу от дверей королевских покоев. Впрочем, сокрушаться из-за этой ошибки теперь уже поздно. Ему в принципе повезло, что убийцы не смогли быстро осуществить свой план. Против них двоих теперь у них нет шансов.
Дедрик блокирует удар меча и отбрасывает противника назад. Тот падает на пол, но быстро поднимается и снова бросается в атаку. В покоях темно, только свет Дара богов освещает пространство. И по его свету Дедрик может судить о состоянии Берна. Пока что он успешно обороняется. Отбивает один мощный удар за другим. Дедрик верит, что он победит. Недаром он зовётся Бернхардом Костоломом. Узоры шрамов на его теле — свидетельство множества успешных боёв. Не во всех тот выиграл, но после каждого выжил. Эта мысль придаёт Дедрику сил. Сегодня Берн принял на себя клинок, что предназначался государю. И тот непременно вознаградит его за это, когда всё закончится. А Дедрик намерен закончить всё как можно скорее.
Король отбивает очередную серию атак, а затем одним ударом выбивает меч у убийцы из рук. Тот бросается к стене, где на декоративном щите закреплены несколько мечей, но удар топора Дедрика останавливает его навсегда. Убийца падает на пол и ещё некоторое время продолжает биться в конвульсиях. Король, морщась, глядит на это, а затем бросается другу на подмогу. Он видит, что Берн получил ещё одно ранение в живот. Его противник оказался более умелым. И всё же против Медведя, вооружённого Даром богов, обычному человеку не под силу выстоять. Вдвоём они теснят убийцу к стене, а после Берн пронзает его мечом. Тот немного сопротивляется, подобно пришпиленному булавкой насекомому. Но, лишившись сознания, сползает вниз.
Дедрик спешит забрать его меч. Потом оборачивается на друга. Дар богов медленно угасает.
— Где Ивет? — спрашивает Дедрик с тревогой. Берн смотрит на него растерянно, будто не понимает, что тот говорит.
— Я здесь, — слышится тихий голос из-под кровати. Вскоре в складках простыней появляется и её растрёпанная голова.
— Я её