Убранство комнатки полностью соответствовало ее состоянию. В ней имелись только обшарпанный стол советских времен и два стула с засаленной и вытертой до дыр обивкой. Все остальное пространство было завалено образцами плитки, винилового сайдинга, клинкерного кирпича и разноцветными листами профнастила. Общее впечатление дополняли стоящие у стены деревянные двери и оконные профили нескольких видов, а также забрызганная краской видавшая виды стремянка.
Складывалось впечатление, что офис в большей степени использовался как склад. Маловероятно, что потенциальные клиенты, увидев подобное, прониклись бы доверием к подрядчику. Но, похоже, Сергей Сергеевич этого мнения не разделял.
– А у вас уютно, – вместо приветствия начал Кузьмич, обводя помещение оценивающим взглядом.
– Да, все на благо клиента, – гордо ответил Сергей Сергеевич, не поняв сарказма и довольно хмыкнув.
– Хочу бытовку заказать, – приступил к делу потенциальный заказчик, осторожно присаживаясь на стул.
Тот жалобно скрипнул, но выдержал. Откинуться на спинку посетитель не рискнул.
– Без проблем. Бани, бытовки, сараи – это наш профиль. Цены лучшие в районе. Строим много, опыт огромный, нас все знают.
«Причем не с лучшей стороны», – про себя заметил Кузьмич.
– Очень хорошо, что все знают. Размеры у меня есть, – он протянул заранее приготовленную бумажку. – Посчитаете?
– С удовольствием. Смету смогу прислать через пару дней.
– Отлично! Надеюсь, работаете по договору?
– А как же! Мы солидная фирма!
– Ну, пока вы будете считать, я бы ознакомился с типовым договором.
– Пожалуйста. Сейчас, только распечатаю.
Обсуждать особо было нечего, все, что нужно, Кузьмич уже получил. Да и само помещение не располагало к долгим разговорам. Поэтому задерживаться не стоило.
– Итак, жду от вас звонка, – голосом человека, который умеет ценить свое время, сообщил потенциальный клиент и удалился.
Уже дома, найдя в конце договора все реквизиты, Кузьмич открыл ноутбук и погрузился в увлекательное чтение. Информации нашлось довольно много, причем на удивление однотипной. Изучив буквально два источника, молодой человек понял, что воровство досок – это еще цветочки. Музалевский просто дешево отделался, все могло быть намного хуже. Оставалось неясно только, как шабашнику еще удавалось держаться на плаву.
И если сначала Кузьмич взялся за поиски через «не хочу», то теперь он получал от процесса истинное удовольствие.
Но заниматься этим спокойно ему дали недолго. Пришла Кира с собаками. Началась такая возня, что сосредоточиться было просто невозможно. Чик лаял на любой шум за забором и с азартом гонял пролетающих мимо окон птиц. От избытка чувств пес еще и подскакивал на одном месте, отчего звенела посуда в шкафчике над мойкой. Пипа же принесла свою пищащую лису, улеглась с ней под столом в ногах у Кузьмича и стала перехватывать ее в разных местах зубами, внося в какофонию свой вклад. Прерывалась она лишь на несколько секунд, чтобы скорбно вздохнуть. А Кира чем-то жутко гремела на кухне. Молодой человек не выдержал и спустился на первый этаж.
– Ты где была?
– В деревню за хлебом ходила. Нам же надо что-то есть.
– Хлеб?
– Почему хлеб? Еще и грибной суп вчера сварила.
– Я его уже съел.
– Весь?
– Весь.
– Это же целая кастрюля!
– Так не за один же раз.
– Прямо какой-то вредитель! Прожорливый, как гусеница. Мне что, опять убиваться у плиты?
– Почему тебе? Я могу что-нибудь приготовить.
– Ты? Разве ты умеешь?
– Конечно.
– Первый раз слышу. И где ты этому научился, в шанхайской тюрьме или на Каннском кинофестивале?
– Когда работал в международном скаутском лагере.
– Навыки теоретические?
– Практические.
– Зачем тебя вообще понесло на эти галеры?
– Так там курсы английского бесплатные были, причем с носителями языка.
– И кем ты туда поехал, скаутом или поваром?
– Лидером патруля.
– Кем-кем?
– Долго объяснять. Потом, если захочешь, в интернете почитаешь.
– И что, лидер патруля должен был кашу детям варить?
– В базовом лагере нет, а в походе приходилось. Так и научился. И не только кашу.
– И сколько же ты там проработал?
– Четыре месяца.
– И за это время научился готовить?
– Если понять основные принципы, то это не сложно.
– Ну иди тогда готовь. Желательно не кашу.
– Хорошо, пожарю курицу, – кивнул Кузьмич и включил плиту.
На конфорку он поставил сковородку и зачем-то насыпал в нее крупную соль толстым слоем. Затем молча вышел во двор. Вернулся приятель с кирпичом, который начал тщательно мыть щеткой в раковине. Кира напряглась.
– Скажи, пожалуйста, а все дети вернулись домой из того скаутского лагеря?
– Вроде. Я не считал. А что?
Антон Платонович и Кирилл вернулись домой почти одновременно. Где Самойлов пропадал целый день, было непонятно, но выглядел он весьма довольным. То ли провел время в компании очередной смазливой девицы, то ли разузнал что-то про сына Музалевского и его подругу.
Кира умирала от любопытства, однако заводить разговор при хозяине дома было как-то неудобно.
Поездка Ратая, видимо, тоже оказалась продуктивной. Он периодически потирал руки и что-то бравурное мурлыкал себе под нос. Чем он занимался все эти дни, никто не знал, но о гостях хозяин не забыл. С собой Антон Платонович привез несколько объемных сумок с продуктами. Собаки тут же бросились к ним и стали, шумно сопя, изучать содержимое, ныряя мордами до самого дна.
– Ну, как у вас тут дела? Оголодали без меня? – поинтересовался радушный хозяин, широко улыбаясь. – Может, сделать вам мое фирменное блюдо?
– Нет, спасибо, нас уже Кузьмич накормил, – отказалась Кира.
– Вот так новость, а я и не знал, что он умеет готовить. И чем же он вас потчевал?
– Цыпленком табака.
– Ну и как, блюдо удалось?
– Еще бы. Зубов не оторвешь!
– Поразительно! – Антон Платонович с подозрением взглянул сначала на Киру, затем на Кузьмича, силясь понять, не разыгрывают ли те его.
– Сами же