– Вы столько всего наговорили, что получается работа на полную ставку, – сказала Грейс. – А я и так работаю на полную ставку.
– Найми кого-нибудь на поиски в архивах, – посоветовала Стелла.
– Но только ты можешь поговорить с Альдо, – добавила Ава.
– Нам пора идти, – сказала Стелла. – Беременность – тяжелое испытание для мочевого пузыря. А также для стоп и лодыжек.
– Когда вам?.. – спросила Грейс.
– Мне через шесть недель, – ответила Ава, – а Стелле через семь.
– Мы забеременели одновременно не специально, – сказала Стелла. – Кажется, все так думают.
– Оба мальчики, – вставила Ава.
– Что требуется от тетки? – спросила Грейс. – Ведь я не Клара.
– Купи им футбольные мячи, – ответила Стелла.
– Когда им будет одиннадцать лет, посмотри с ними «Теда Лассо», – сказала Ава.
– Спасибо за помощь, – поблагодарила Грейс.
– Пока, – сказала Стелла.
– Удачи тебе, – добавила Ава.
Они отключили связь.
– Она сказала «спасибо», – удивилась Стелла.
– Мы будем ей помогать? – спросила Ава.
– Если она попросит, – ответила Стелла. – Только если попросит.
* * *
Грейс позвонила Джо.
– Я только что говорила по телефону со Звездными Птичками. Спросила у них совета, как мне искать Зельду. Они дали мне кучу домашних заданий – отыскать свидетельства о рождении, о браке, о смерти, постановление суда о расторжении брака. А я даже не знаю девичью фамилию Зельды.
– Ты попросила у них помощи? – спросил Джо.
– Я надеялась, что они сами ее предложат.
– Грейс, тебе почти тридцать лет, – вздохнул Джо. – Если ты хочешь чего-то, проси. Только так это работает.
– Мы не настолько близки, – возразила Грейс. – Я вижусь с ними только в День благодарения.
– Слушай, – сказал Джо. – Они тоже внучки Зельды. Они тоже заинтересованы в результате. Это хорошая история, как бы она ни завершилась. Лучше, чем та, которую ты написала.
– Ты опять начинаешь меня грызть? – обиделась Грейс. – Я жалею, что написала ее.
– Реальная история потянет на хороший материал, если ты хочешь снова пойти по этой сомнительной дорожке, – сказал Джо. – Ты начнешь со своей книжной версии, потом поиски, потом… твои находки. Я бы предпочел название «В поисках Зельды», а не «Квест ‘Где Зельда?’».
– Полагаю, я должна повиниться и сказать mea culpa, – сказала Грейс.
– Несомненно, – подтвердил Джо.
– Нет, спасибо, – заявила она. – Я воздержусь.
– Правильный выбор.
– У тебя есть копии двух свидетельств о рождении – моего и Лайлы? Звездные Птички сказали, что они мне понадобятся.
– Я сомневаюсь. Может, твое где-то лежит, но вопрос – где? – ответил Джо. – Я рад, что ты позвонила. Я как раз собирался звонить сам. У Фрэнсис проблемы с сердцем. Она плохо себя чувствует и злится из-за этого. Устает, плохо дышит, у нее опухают ноги. Она больше не может носить свои «Феррагамо» [100]. Теперь перешла на «Крокс». Я собираюсь навестить ее в конце недели.
– Мне поехать с тобой? – спросила Грейс.
– Нет, лучше мы разделимся, чтобы она могла ждать других приятных визитов. Сначала поеду я, потом ты, потом Рут. Клара регулярно звонит и навещает ее. Звездные Птички будут разговаривать с ней по Zoom. Я все организую.
– Смерть Лайлы ее подкосила. Фрэнсис не может смириться с тем, что она пережила Лайлу.
– Она пережила многих своих подруг, – сказал Джо. – Она больная и одинокая. Я уговаривал ее переехать в Вашингтон. Она не хочет.
* * *
На следующий день Грейс позвонила своей бабушке.
– Джо говорит, что ты не заботишься о себе, – сказала она. – Это недопустимо.
– Недопустимо для кого? – возразила Фрэнсис. – Когда речь идет обо мне, то я решаю сама, что допустимо, а что нет.
– Если только ты не решишься на аборт, или на употребление веществ, или на смерть с достоинством.
– Ох, эти власти, – сказала Фрэнсис. – О них я не беспокоюсь. Меня интересует единственное правительственное агентство – IRS [101].
– Кстати, о птичках, – сказала Грейс, – ты слышала про скандал? G-Men [102] нагрянули в винный погреб Уэбба. Кто-то снял это на видео. Я смотрела его сегодня утром на Morning Joe. Выносили коробки за коробками. Как ты думаешь, Большой Чак выпорол его за то, что он приволок все эти дары домой? Там были золотые «Ролексы» ценой в четверть миллиона долларов. Саудиты, конечно. Бедный Большой Чак, он думал, что проплывет остаток жизни в ореоле славы – как-никак он отец экс-президента. – Она засмеялась. – Может, и проплывет. Даже через пять лет после того, как его пинком вышвырнули с должности, Паук до сих пор популярен в Техасе.
– Жалко, что Лайла не дожила, – сказала Фрэнсис. – Ей бы понравилось.
– Как ты думаешь, она была счастлива? – спросила Грейс. – У нее была счастливая жизнь после того, как она уехала из Детройта?
– Я что-то сомневаюсь, что она когда-нибудь думала о том, счастливая она или нет, – ответила Фрэнсис. – Она хотела жить интересной жизнью, решать трудные задачи. Она любила свою работу. Мне ужасно ее не хватает. Если бы я была христианкой, я бы утешалась мыслями о том, что увижу ее на небесах. Ты поищи сговорчивого мормона, чтобы он крестил меня после смерти. Как Анну Франк.
– Разве ты не хочешь пожить еще и побывать на свадьбе Рут? – спросила Грейс.
– На последнем Дне благодарения я сказала ей, что хотела бы устроить ее свадьбу, но только ей надо перестать так мешкать. Я слишком старая, чтобы так мешкать.
– Ты не слишком старая, – возразила Грейс. – Ты просто пожилая.
– Я прожила долгую жизнь, – сказала Фрэнсис. – Слишком долгую. Каждый день мне в тяжесть. Дышать все труднее. Про лестницы я уж и не говорю. Я готова уйти. – Она помолчала. – Только мне хочется увидеть, как вы выходите замуж.
– Ты перестала есть? – спросила Грейс.
– Какая ты прозорливая, – усмехнулась Фрэнсис. – Пока нет. – Она немного помолчала. – Но если дело дойдет до памперсов…
– Сначала Лайла, потом ты, – проговорила Грейс. – Слишком тяжело.
– Ты смирилась бы с моей смертью, будь мне девяносто пять, девяносто восемь, сто один год? – спросила Фрэнсис. – Я уже достаточно старая, мне пора. Вот Лайла ушла слишком рано. Мне надо было бы умереть вместо нее.
– А теперь ты хочешь умереть не вместо, а в дополнение, – сказала Грейс. – Бонусом.
Фрэнсис засмеялась.
– Я оценила твой юмор.
– Тебя возмутила «Пропавшая мать»? – спросила Грейс.
– Нет, – ответила Фрэнсис, – но я не поняла, зачем ты придумала эпизоды про бегство бабки и любовную связь матери. Сюжет книги был близким к правде, но внезапно отскочил далеко в сторону. Ты хотела, чтобы люди поверили твоей версии, и облегчила им эту задачу. В клубе все поверили.
– Отныне я буду писать истории других людей, – сказала