– Я не уверен, что руководство колледжа Смит это одобрит, – сказал он, – но зрителям, по-моему, понравится.
Каждый эпизод фокусировался на одной из женщин и показывал поворотный момент в ее жизни. Похищение и убийство ребенка Линдберг; в этом же эпизоде показана фигура Чарльза, мужа Энн, протофашиста и знаменитого авиатора. Создание Фридан «Загадки женственности», спровоцировавшей переворот в сознании среднего класса. Убийство Харрис своего неверного любовника, известного диетолога из Скарсдейла. Свадьба Плат с Тедом Хьюзом, ее стихи, ее самоубийство. Тайная работа Стайнем в манхэттенском клубе Playboy по поручению журнала Show, где она играла Кролика.
Грейс никогда не была на съемочной площадке. Это был бедлам. Все орали, когда не шли съемки. В тот день снимался эпизод с Плат. Ее играла Эль Фаннинг в каштановом парике-каре. Джейк Джилленхол исполнял роль Хьюза. Грейс даже не знала, куда ей смотреть, так много интересного происходило вокруг, во всяком случае, была куча известных актеров.
– Правда ли, что она укусила его в щеку при их первом знакомстве? – спросила она у Ксандера. Он кивнул.
– В их отношениях это началось рано. Увы. Мы старались построить на этом какую-то мотивацию, но в реальности она просто набрасывалась на него. – Его глаза сканировали сцену словно телекамера. – Интересно, каким надо быть мужиком, чтобы так сводить с ума женщин, что они начинали кусаться.
– Это все феромоны и похотливость, – сказала Грейс. – Все говорили, что от Хьюза просто воняло сексом.
* * *
Группа «Пресс-банда» начала трансляцию «Слоновьих мемуаров». Коллеги отобрали десять эпизодов и обещали Рут, что будут транслировать по эпизоду раз в две недели в дополнение к своим программам. Если «Слоновьи мемуары» понравятся зрителям, они войдут в число регулярных подкастов. Рут взяли на шесть месяцев и помогли набрать помощников. Она согласилась без обсуждения деталей. Никаких контрактов не подписывали. Ей не нужно было много помощников. Она считала большинство подкастов перегруженными и избыточными.
– Мне хотелось бы работать на продвинутом оборудовании, – сказала она Нико, – но я хочу вести подкасты в духе Фрэда Уайзмана [112] – никого кроме меня и звукорежиссера.
– Так будет только в первый год, – возразил Нико. – А потом тебе захочется завести армию осветителей.
Первый подкаст, по предложению Грейс, был посвящен бабушкам. Первым гостем стал Тито Солас, пуэрториканский актер, их чикагский знакомый, которого вырастила бабушка. Когда ему было два года, его мать сбежала со своим отчимом. Мима, его бабушка, была убита этим. Она не винила Тито, но это ничего не меняло. Он не сердился, не горевал, он просто стал безжизненным. Он предупредил Рут, когда она попросила его об интервью, что он оживает только тогда, когда играет очередную роль.
– Скажи себе, что ты Тито Солас, и играй эту роль, – посоветовала она.
Ее последний вопрос вызвал болезненный ответ, удививший их обоих своей интенсивностью.
– Если ты встретишься со своей матерью, что ты сделаешь?
– Я повернусь к ней спиной и уйду. Мима называет это взаимностью. – Он невесело засмеялся. – А я говорю, что это закон физики. На каждое действие бывает равное противодействие.
Второй гостьей была Грейс.
– Ее история, – сказала Рут во вступлении, – мягкий вариант истории Тито, еще один акт исчезновения, но на одно поколение раньше. Тито был покинутым ребенком. Грейс – дочь покинутого ребенка, Лайлы, ее матери. – Рут помолчала. – История мутная. Семья не знает, то ли Зельда, мать Лайлы, умерла, как сообщил ее отец Альдо, то ли она сбежала. Грейс убеждена, что Зельда сбежала.
Грейс начала свой рассказ:
– Это история призрака. Умерла Зельда или жива, ее призрак преследует нашу семью. Сначала Лайла относилась с подозрением к отцовской истории – не было ни похорон, ни могилы, ни свидетельства о смерти – но вскоре она смирилась с ней. Она не хотела верить, что ее мать могла бросить своих детей, оставить на жестокого и злого отца. – Она помолчала. – Когда я впервые услышала об исчезновении Зельды, у меня тоже возникли подозрения, но, в отличие от Лайлы, я не приняла официальную версию. Можно назвать это внутренним инстинктом, но я им не доверяю. Слишком близки они к нашим желаниям. – Она вновь сделала паузу. – В прошлом году я опубликовала роман, тесно связанный с моей семьей. В нем от родных убегает женщина по имени Зелина. Вскоре после этого умерла моя мать. Перед смертью она написала мне письмо и попросила как-нибудь выяснить, что случилось с Зельдой/Зелиной. Она написала это как один репортер другому. Я поняла, что у меня не осталось выбора и надо ее искать.
Грейс тяжело вздохнула.
– Моя бабушка после замужества стала Зельдой Перейра. Я не знаю ее девичью фамилию. Сейчас я пытаюсь ее выяснить. Если она жива, ей уже восемьдесят семь лет. Говорят, она была красавицей, как мои мать, тетка и сестры, – невысокая блондинка с изящной фигурой, жемчужно-белой кожей и голубыми глазами. Она жила в Детройте на Гранд-стрит; в те дни там селились евреи. Оттуда она и пропала. Фамилия сефардская, но в семье были браки с ашкеназами, и члены семьи говорили не на ладино, а на идише. Я провожу все стандартные процедуры, прочесываю официальные записи, делаю ДНК-тесты, но я почти уверена, что есть люди, которые знают или знали мою бабушку. Мне бы очень хотелось что-то услышать от вас. Пришлите Рут электронное письмо. Она передаст его мне.
Грейс снова вздохнула.
– Вы можете спросить, почему я вообще взялась за поиски, – продолжала она. – В конце концов, Зельда ведь мне бабушка, а не мать. Я готова признать, что могу ошибаться и что моя бабушка действительно умерла в молодости, но предполагаю, что это не так. – Она помолчала. – Мне нравится думать, что я хочу избавиться от семейного призрака, но, пожалуй, дело еще и в том, что я репортер и хочу написать историю.
Через две недели Скотт Саймон сделал интервью с Грейс для Weekend Edition. Он знал Лайлу и читал роман Грейс. Один из его продюсеров слышал подкаст Рут. Последний вопрос Саймона был из тех, какие Грейс избегала задавать себе.
– Ты думаешь, что Зельда, если она жива, будет рада видеть тебя?
Грейс ответила не сразу.
– Я репортер, – сказала она наконец, – и стараюсь изо всех сил не придумывать финал, пока не закончу расследование.
После Грейс позвонила Рут.
– Ты слышала мое интервью на Weekend Edition?
– Да, – ответила Рут.
– Что ты думаешь?
– Оно было скользкое, – ответила Рут, – так же, как и конец подкаста был скользким. Грейс Майер – несгибаемый профессиональный репортер. И нет разницы, кто пропал – ее бабушка