Еще есть время пуститься в погоню, они не успели даже выехать из поселка. Поддавшись порыву, хватаю ключи, трость, сумочку, скидываю фартук и тапочки, надеваю удобные туфли и выхожу за дверь. Моя почти новая бирюзовая «мини» с автоматической коробкой передач и электромотором ждет с торца дома у зарядной станции. Наверное, надо было предложить Винсу взять мою машину. Хотя бы ради безопасности детей. Увы, поздно спохватилась. Сажусь за руль, включаю передачу, и машина плавно трогается с места. Вскоре я еду через очаровательный белоснежный мостик над прудом и поворачиваю налево на Райхолл-роуд.
Не знаю точно, каким маршрутом они поехали, так что у меня два варианта. Можно либо свернуть на шоссе A1 в сторону Питерборо, либо продолжать путь по этой дороге через Стэмфорд. Предполагая, что Винс едет прямиком в Питерборо, я выезжаю на A1 и почти сразу замечаю его потрепанную колымагу. Они, должно быть, задержались, потому что он всего в трех машинах впереди. Я пристраиваюсь за другим автомобилем, чтобы следить за ними, оставаясь вне поля зрения. Клубы дыма из выхлопной трубы Винса сильно упрощают задачу.
Следующие сорок минут я слушаю скучную пьесу по радио «Би-би-си 4», скриплю зубами и ругаюсь себе под нос на водителей грузовиков, которые постоянно норовят подтолкнуть меня сзади. Один даже набрался наглости посигналить мне за то, что я еду недостаточно быстро. Вероятно, думает, что седая старушка за рулем «мини» не умеет водить. Однако настоящая причина в том, что Винс еле тащится. Честно, с него толку, как с козла молока.
Когда очередной нетерпеливый дальнобойщик стремительно обгоняет меня и бросает злобный взгляд, я ору:
– Пошел ты, придурок! – и подношу два пальца ко рту. Выражение его лица бесценно, и я развязно хихикаю. Однако мой смех быстро угасает, когда я понимаю, куда мы направляемся…
Глава 40
Отец
Дейзи, переодевшись в свою старую одежду, которую мы нашли наверху, помогает мне красить гостиную в нежно-голубой цвет. Элис дизайн интерьеров абсолютно не интересен. Она устроилась на диване с огромным пакетом хрустящих шариков и без остановки смотрит «Дисней». Стоит нам с Дейзи издать хоть один звук, как она яростно шикает, не сводя глаз с принцесс на экране, и я каждый раз не могу сдержать улыбку. Девочки явно рады вернуться домой, несмотря на то, что здесь умерла их мама. Поначалу я боялся везти их сюда – детей не заставишь сидеть тихо. Но потом подумал: соседи услышат, ну и пусть. Чем быстрее все узнают, что я вернулся, тем лучше. Люди поднимут шум, если меня попробуют выселить – особенно если будут в курсе моего плана вернуть дочерей. После победы в суде, конечно.
Чуть ранее Дейзи вручила мне конверт с моим именем.
– Мне велели отдать это тебе. Еще она просила напомнить про чеки.
Моя старшая никогда не называет миссис Касл «бабушкой», только «она».
– Спасибо, родная, – пробормотал я, прикидывая, как долго еще смогу тянуть, не отчитываясь о расходах. Злая ирония – тратить деньги миссис Касл на подготовку к суду против нее. По сотне фунтов в неделю можно быстро накопить неплохую сумму, – адвокаты вроде Рэйчел Уинтерс обходятся недешево.
Съесть большую тарелку рыбы в кляре с жареной картошкой перед тем, как браться за ремонт, оказалось не лучшей идеей. Меня мучает тяжесть в животе, зато в доме уже стало гораздо светлее. Старый грязный ковер выброшен, жирные следы рук и пятна на стенах скрыты под свежим слоем краски. Я обещал девочкам съездить с ними на могилу мамы, прежде чем отвезти обратно к бабушке. Вряд ли миссис Касл представляла себе такую программу на выходной день, когда предлагала финансировать наши встречи, но будь я проклят, если буду транжирить деньги на развлечения, когда нужно обустраивать дом, чтобы девочкам жилось в нем комфортнее.
– Мне скучно, – внезапно заявляет Элис, перекатываясь на спину и вздыхая.
– Ты же вроде кино смотришь.
Она выразительно закатывает глаза.
– Сто раз видела.
– Может, поиграешь с Везунчиком в саду?
Услышав свое имя, белый песик навострил уши. Девочки сразу влюбились в него, а он в них, как я и предполагал. В нашей семье нет «кошатников».
– Ладно, – неохотно соглашается Элис, будто ее попросили прочистить дымоход. – Пошли, Везунчик! – И они оба исчезают за дверью.
Теперь, наедине с Дейзи, я не нахожу нужных слов. У меня столько вопросов… Например: «это ты убила свою маму?» Но я боюсь услышать ответ. Как бы там ни было, мой долг – защищать дочку.
– Ну, Дейзи, – начинаю я, – как у вас с бабушкой после нашего прошлого разговора? – Девочка закатывает глаза даже более театрально, чем Элис. – Она сказала или сделала что-нибудь, что тебя расстроило?
– Нет. – Дейзи опускает взгляд, и я делаю вывод, что она врет. Только зачем обманывать меня, она ведь знает, что я сам не слишком высокого мнения об Ивонн Касл? Все же дети – сложные создания. Особенно моя дочь.
– Ты сказала бы мне, если бы она тебя обидела? – продолжаю допытываться я. Хочется заботливо прижать ее к себе, однако Дейзи считает себя слишком взрослой для объятий, так что я обычно жду, когда она сама захочет ласки и внимания.
– Пап! – фыркает она, будто предпочла бы поговорить о чем угодно, только не о бабушке.
Я понимаю намек и меняю тему:
– Как считаешь, хорошая идея – мне вернуться сюда жить?
Она задумчиво пожимает плечами.
– А как же Лия?
– У нас все сложно. Боюсь, нам придется расстаться.
На лице Дейзи отражается тревога.
– А что будет с Сэффи?
Справедливый вопрос. Я тоже об этом думаю, хоть и не говорю вслух. На самом деле я места себе не нахожу от мыслей, как Лия справится одна с ребенком. Мы так и не пообщались нормально; я собираюсь заскочить к ней позже, когда отвезу девочек,